Призыватель нулевого ранга (СИ) - Дубов Дмитрий - Страница 45

— Ты сам так сказал! — демон развёл руками. Этот его жест полностью повторял человеческий. — Да и тем более, после всех событий и твоего отношения к нему, я понял, что этот выродок заслуживал смерти!

— Заслуживал, но только после признания! — мне трудно было сдерживать эмоции.- И я сказал, припугнуть его!

— Он испугался, отвечаю, — проговорил на это Йонир. — Даже обосрался.

— Ё!.. — я схватился руками за лицо.

Всё! Всё, к чему я шёл последние дни, всё разрушено. Я потерял свой основной козырь. Без живого, пусть и обгадившегося Старателя мне никто не поверит, что это не я убил своих одноклассников и прочих школьников. Скорее, наоборот, скажут, что я устранил свидетеля.

Нужно было что-то срочно придумать и предпринять! Очень срочно! Но мне ничего не шло в голову. Перед глазами лежало тело со смятой головой, которое оттягивало на себя все мысли. Три минуты! Три минуты назад всё ещё могло закончиться хорошо. Для меня, разумеется, а теперь что?

— Йонир, я очень сильно попрошу тебя больше никого не убивать, хорошо? — проговорил я, полагая, что хотя бы это мне сейчас надо обозначить железобетонно. — Из людей. Если я сам тебе не скажу!

Я, конечно, сомневался, что когда-нибудь попрошу о подобном, но всякое могло случиться, поэтому тут приходилось уточнять. Теперь я понял, что демону требуются доскональные инструкции. И больше никаких жестов!

— Попроси, — откликнулся тот, странно втягивая широкими ноздрями воздух.

— Прошу, — с нажимом проговорил я.

— Хорошо, — неожиданно легко откликнулся тот. — Всё?

А вот этого я не знал. Да и не мог знать. Откуда?

— Что мне теперь делать? — это я, разумеется, спрашивал больше у себя, нежели у Йонира, но тот неожиданно ответил.

— Уходить. И как можно скорее, сюда кто-то идёт, — он снова втянул носом воздух. — И достаточно быстро.

И после этих слов он просто взял и втянулся в кольцо. Сам.

«И что? Всё? Ты просто оставил меня разгребать проблемы, которые возникли из-за тебя? — впору было негодовать, так как пока что Йонир мне только подбрасывал проблем, но никак не способствовал их решению. — Мне теперь только из города уходить!»

И действительно, это было на данный момент самым правильным решением. Мне нужно было скрыться на какое-то время, чтобы придумать, каким образом доказать свою непричастность к преступлению. Но для этого мне нужны деньги. У меня оставалось три зелёных сферы, одну из которых я вполне мог продать, чтобы потом исчезнуть.

Жалко, что с Лёхой не удастся больше общаться, но тут уж ничего не поделаешь.

Я направился в сторону таверны. Но не только потому, что хотел продать там сферу. Но и потому что другой дороги из пустоши просто не существовало.

«В другую сторону, — сообщил мне демон. — С той стороны к нам приближаются».

«Идти в пустошь — медленная и мучительная, но стопроцентная смерть, — ответил я. — Поэтому придётся встретить того, кого ты там чувствуешь».

Другого выхода и правда не было. Палящее солнце убило бы меня за день, может, меньше. А пройти пустошь за ночь было невозможно.

И тут я увидел светящиеся фары. Вот в чём дело. Йонир просто не очень сильно понимал в транспортных средствах, поэтому и сказал, что приближаются быстро.

Как только огни осветили меня, автомобиль остановился и из него вышли два силуэта, которые двинулись в мою сторону.

Очень интересно.

Даже по обрисованным светом фигурам я догадался, кто ко мне идёт. И как они меня нашли? Даже побеги я сейчас, это меня не спасло бы. И всё-таки. Откуда следователи узнали моё местоположение?

Странный вопрос, конечно. Я посмотрел на свою сумку. Наверняка сунули мне жучок, вот и вся разгадка! Блин, надо было проверить! Но я почему-то даже не подумал о таком.

Следователи остановились в паре шагов от меня.

— Ну вот мы и снова встретились, Макс, — проговорил худой следователь, в очках которого блестел свет от фар машины, замершей метрах в ста от нас. — Знаешь, почему?

— Вы всё ещё подозреваете меня? — предположил я первое, что пришло мне в голову. — Или, наоборот, наконец-то вышли на настоящего убийцу?

Следователи переглянулись. Кажется, они ожидали от меня немного другой реакции. Или как раз той, что от меня и последовала.

— Слышь, парняга, — начал толстый, демонстративно разминая правый кулак. — Ты же не хочешь стать главным и единственным обвиняемым? Тогда разговаривай нормально. Ты знаешь, почему мы здесь?

— Потому что вы подложили мне маячок, возможно, в сумку, — ответил я и увидел замешательство следователей. — А это незаконно. Ладно, — я выставил руки ладонями вперёд. Давайте по-хорошему. Я не знаю, почему вы снова решили меня допросить. Ничего нового я вам сообщить не смогу.

Следователи снова переглянулись. Неужели кто-то из них действительно телепат, и они разговаривают на расстоянии?

— Несколько часов назад, — медленно, с расстановкой, начал говорить худой. — Обнаружено тело некоего Александра Блохина, — оба внимательно следили за моей реакцией, но её не последовало. — Так же известного в среде призывателей, как Блоха.

Я покачал головой.

— Мне об этом ничего не известно, — ответил я, разведя руками. — Тут уж извините, мимо кассы. Или вы по поводу каждого умершего теперь будете ко мне обращаться?

— Не ёрничай, — заметил на это толстый. — Блохина убили. Закололи ножом. Между прочим, твоим кухонным ножом. Что ты на это ответишь?

Я промолчал. Мысленно, я конечно, дал себе ладонью по лбу, но внешне никаких эмоций не показал. Надо же было ещё тогда всё понять, когда я не нашёл нож, чтобы порезать бутерброды. Но я просто решил, что он куда-то завалился. Был слишком уставшим, чтобы трезво оценить всю ситуацию. А утром и вовсе забыл об этом.

И вот теперь нож всплывает в трупе некоего Блохина. Погодите-погодите! А это случайно не тот призыватель, у которого пет — блоха.

Паззл стал собираться в моей голове с устрашающей скоростью. Старатель выкрал нож у меня из квартиры и зарезал им своего подельника. Чтобы что? Чтобы добавить улик в моё дело, вот зачем. Но у меня же есть козырь? Не такой, какой хотелось бы, но всё-таки…

— У вас же есть маячок, вы можете вычислить все мои передвижения с тех пор, как я от вас ушёл, — проговорил я, совершенно убеждённый в своих словах. — Вы можете посмотреть, что я не приближался к тому самому Блохину, где бы он ни был. Вы же увидите, да?

Толстый вздохнул и покачал головой. Худой снова блеснул очками. Кажется, это было его любимое занятие.

— Пойми, — сказал последний. — Я очень хочу тебе верить, но есть много проблем. Раз ты знал о маячке, о чём заявил нам, значит, мог пойти и без него, — я хотел возразить, но он поднял руку, призывая слушать. — В любом случае, это не может быть доказательством в суде. Как ты понимаешь, нож с твоими отпечатками, воткнутый в тело, лежащее на вещах погибших в данже школьников — это прям железобетонное доказательство. Если только у тебя нет другого.

— Но у меня есть! — невольно вырвалось из моего рта. — Это всё сделал Старатель! Блоха — его подельник был в данже вместе с ним. Это Старатель ехал с нами в автобусе, это он всё подстроил! И он даже во всём мне признался!

— Хорошо, — внезапно проговорил худой следователь и чуть подался вперёд, ко мне. — Мы можем услышать признание из его уст?

— А вот с этим… — проговорил я, мысленно матеря Йонира, на чём свет стоит, — есть определённые трудности.

— Какие? — вмешался толстый, делая шаг ко мне.

— Идёмте, — выдохнул я, понимая, что всё это бесполезно и деваться мне уже некуда.

— Мда, — проговорил худой, разгибаясь после осмотра трупа Старателя с раздавленной головой. — Пациент, скорее мёртв, — тут он посмотрел на меня. — Ты хоть записал его признание, чтобы мы приобщили его к делу?

Я покачал головой.

— Хотел, но не успел, — ответил я. — Эмоции побороли, потому что эта гнида не заслуживала жить. Да и по уставу призывателей я мог защищаться. Ведь он напал на меня первым при помощи своего пета.