Жить жизнь. Трилогия о любви и манипуляциях (СИ) - Богинская Анна - Страница 94

– Получается, что женская идея об изменении таких мужчин не более чем иллюзия?

– Да, это иллюзия, на которую женщина тратит всю свою жизнь, отказываясь признать, что для нее любовь – это созидание, для него – подавление. Она – океан, а он – рюмка.

Анна молчала.

– А если женщина согласна стать рюмкой?

– Наступает психосоматика, – категорично заявил Виталик. – У женщины начинаются проблемы со здоровьем, ее делом, имуществом или близкими. Это происходит из-за того, что огромная энергия сильной женщины расходуется не на реализацию своего проекта, а на кормление комплексуальной структуры мужчины-червяка. Здесь ключевое понятие – взаимно отдавать: «выиграл – выиграл». А если океан превращается в рюмку, то это результат психического вампиризма. – Анна понимала, о чем он говорит, и соглашалась с этим. Она вспомнила Стаса. Вспомнила свою фиброаденому. – Тебе необходим мужчина-океан, а не мужчина-рюмка. Потому что его шизофрения всегда будет стремиться сделать из тебя рюмку, – он замолчал, а потом сказал с чувством: – Аннушка, услышь меня! Любовь таких мужчин неистинна, болезненна, извращена, замешана на мести. Такая любовь не созидает, она разрушает сильную женщину изнутри. Эти мужчины и себя не созидают.

– Если наш разговор записать и дать послушать кому-нибудь, то это «Палата № 6»!

Виталик серьезно ответил:

– Для большинства, возможно, да. Но тот, кто сможет понять, о чем мы говорили, сможет спасти свою жизнь.

Анна закурила. Она анализировала сказанное другом, она проживала каждое произнесенное им слово. Она не могла этому сопротивляться, потому что факты из ее жизни заставляли признать его правоту. Значит, она доросла до того, чтобы пройти этот урок в жизни каждой сильной женщины – урок под названием «Манипуляция мужчины». Безмятежность и тишина. Долгое время она не ощущала этого. Она молча смотрела вдаль – на улице было так же тихо, как и у нее в душе.

– Хорошо – это когда хорошо, – тихо сказала она.

– Что ты решила? Будешь в рюмку превращаться или останешься океаном? – саркастично спросил психолог.

– Океан звучит перспективнее. Судьба рюмки не так заманчива.

– Правильное решение, Аннушка! Как ты собираешься остаться океаном? – продолжил он аллегорию.

– Я много думала после встречи с Артемом. Играть дальше в его игру нет никакого смысла. Но я хочу еще раз убедиться в своей правоте.

На лице Виталика явственно читалось несогласие, смешанное с беспокойством.

– Что ты собираешься делать?

– Я решила, что дождусь встречи с ним, – Анна вздохнула. – Мой прогноз (и Артем с ним согласен) – он будет вводить меня в максимальный минус. Это значит, что, вернувшись, он скажет примерно следующее: «Я много думал и решил, что не готов к отношениям с тобой». А я скажу ему в ответ, что все знаю.

– Зачем?! – это прозвучало не как вопрос. – Это может быть опасно, в конце концов!

– Хочу посмотреть ему в глаза и еще раз убедиться в том, что его цинизм бездонен, – с грустью сказала она.

Она взглянула на часы: 22:15. «Матвей не позвонил сегодня», – подумала она. Впрочем, позвонит он или нет, еще в среду стало ей неважно, а сегодня уже просто безразлично. Она сфотографировала Буржуя, сидящего у окна и рассматривающего ночное небо. «Буржуй уже устал смотреть в сторону Днепропетровска», – написала она Матвею в Facebook.

Воскресенье. Утро. Туман, который исчез из ее жизни в последние несколько дней, обнажил болезненную реальность. Виталик во всем прав, но поверить в это до конца она пока не могла.

Вчера до прихода Виталика она была занята чтением. Сегодня читать уже не хотелось. Она хотела знать все и составила полную картину. Ее пазл под названием «Матвей» сложился. Она не могла изменить его, она не могла ускорить их встречу, но могла изменить свое отношение к происходящему.

Отчаянно захотелось чистоты, а еще – освобождения от этих швов, которые связывали ее с Матвеем. Швы он снимет скоро, но чистоту она могла навести уже сейчас. Скинув одеяло, она направилась в кухню, чтобы заняться уборкой – не просто уборкой, а очищением каждого сантиметра квартиры: пола, стен, зеркал, мебели. Эти простые действия отключали от мыслительного процесса, который в последние три дня был основным в ее ритме жизни. Звонок раздался неожиданно. Анна положила тряпку и взяла телефон: «Матвей». Уже почти два часа дня.

– Привет! Куда ты пропал вчера?

– Привет, – тихо сказал Матвей. – У меня разрядился телефон, – пояснил он спокойно и задал свой неизменный вопрос: – Что делаешь?

– Занялась генеральной уборкой. А ты?

– Я на пляже.

Анна вздохнула: ей не хотелось спрашивать, когда он будет.

– Как твоя голова?

– Не понял, – уточнил Матвей.

– Ты мне звонил вчера. Ты помнишь, о чем мы говорили?

– Да, помню.

– О чем, Матвей?

– Что возвращаться к этому? – слегка раздраженно ответил он. – Что сказано, то сказано.

Похоже, он не помнил.

– У тебя нет настроения? – мягко спросила она.

Матвей громко вздохнул.

– Смотрю на этот город и понимаю, из какого дерьма вырвался, – подавленно произнес он.

Анна вздохнула. Он молчал. Разговор не клеился.

– А твое настроение как?

– В ожидании снятия швов, – тихо сказала она.

– Я планирую завтра быть. Вечером приеду к тебе и сниму швы.

– Хорошо. А то я подумала, что ты решил там остаться, – не сдержалась Анна. Он молчал, не оценив ее иронии. – Матвей, я хотела сказать тебе кое-что.

– Говори, – так же подавленно произнес он.

Анна вздохнула.

– Я не знаю, о чем ты думаешь, но чувствую, что хочу сказать это. Я просто хочу дать совет. – Матвей молчал. – Я понимаю многие процессы, которые происходят сейчас в тебе. Они болезненны, но на самом деле это нормально. Чтобы получить то, чего ты хочешь, ты должен начать совершать другие действия и жить иначе. Это плата за изменения. И поверь, жизнь выведет на качественно новый уровень. Я могу, но не хочу кормить твои комплексы – ты должен сам принять для себя решение. Может, настало время начать жить иначе? – Матвей продолжал молчать. – Еще хочу сказать, что я всегда была честна в своих чувствах к тебе. Если в тебе есть хоть капля чувств ко мне, остановись и подумай об этом. Почувствуй себя, Матвей. Часто наша интуиция намного больше, чем наши знания, чем наш опыт.

Матвей все так же молча дышал в трубку.

– Мне пора, Аня! Я перезвоню, – наконец выдавил он из себя.

– Хорошего дня тебе.

Анна подошла к окну и посмотрела на синее небо. Он продолжал держать ее в неведении и не объяснял, почему не приехал и где он. Он увеличивал свое «Дальше», продолжая игру. Анна громко вздохнула и написала ему СМС: «Я сдаюсь. У меня больше нет сил верить в тебя». Но отправила его только в одиннадцать вечера, когда ложилась спать. А Матвей так и не позвонил.

– Ты очень красивая, Аннет! – не терпящим возражений тоном заявила Гала.

Анна улыбнулась. На ней узкая юбка синего цвета «электрик» и блузка без рукавов цвета фуксии, поверх блузки накинут такой же пиджак, тоже без рукавов. Стиль деловой, но очень летний. Этот летний образ гармонично дополняли яркие губы ягодного цвета. Сочный образ.

– Кофе с молоком, пожалуйста, – сказала Анна официанту.

Они встретились пообедать и сидели в «Праге», на берегу озера, по которому неспешно плавали два лебедя – черный и белый.

– Аннет, как твой настрой?

– В ожидании встречи с Матвеем. – Раздался сигнал входящего вызова: «Андрейчук Матвей Анат.». – Звонит уже седьмой раз.

– Ответишь?

– Перезвоню ему чуть позже.

– А почему не отвечаешь? – удивилась подруга.

– Когда он первый раз позвонил, я озвучивала ролик, – пояснила Анна: одна ее знакомая, владелица сети магазинов, попросила начитать текст ролика для ее компании. – Потом подумала, что он начнет уговаривать меня приехать к нему в клинику, а я не хочу – там я не смогу с ним поговорить. Но дозванивается активно! – усмехнулась Анна.