Бывший муж. Я к тебе не вернусь (СИ) - Тес Ария - Страница 6

— Что?

— Я решил проследить за нашим «большим начальником».

— И?

— Мам…

— И?!

— Я видел его с этой шаболдой.

Ты уже это слышала, господи! Но почему так больно?

Новая волна разрушения похожа на ударную волну от цунами.

Он их видел…

— И что они делали?

— Мам…

— Егор. Что они делали?

— Целовались у его тачки.

— Где? — голос звучит жалко и сипло, но я не могу держать себя в руках.

Не получается…

— У отеля.

Блядь.

Закрываю глаза и шумно выдыхаю.

Ясно…

— У него это давно…

— Я не знаю. Мы с ним не говорили.

— Когда ты узнал?

— Сегодня.

Ну, хотя бы кто-то меня не обманывал. Это же хорошо, да?

— Мам?

— В порядке, — хриплю и часто киваю, — Я в порядке.

— Нет. Не в порядке.

Молчу. Что мне ответить? Сопротивляться? Какой в этом смысл? Но если ты не возьмешь себя в руки, ты точно сделаешь только хуже. Только хуже, Полина! И себе, и детям…и ему.

Прекрати.

Запрещаю себе впадать в истерику здесь и сейчас, но как сменить тему? Если мысли только вокруг всего этого и крутятся? Вокруг темной комнаты и извивающейся змеи?…

— Кто такая Светка?

— М?

— Ну…ты сказал. Как Светка. Кто такая Светка?

— Ааа… — Егор небрежно отмахивается и чуть кривит лицо, — Одна «бэ» у нас в школе. Перевстречалась со всеми парнями. По две недели задерживается на одном, а потом дальше летит.

— Ясно.

— Тебе неловко? — слышу смешок в его голосе, открываю глаза и хмурюсь.

Сын стоит сложа руки на груди, смотрит на меня пристально. Его взгляд…серьезный, будто он в любую секунду готов ко мне подлететь и спасти, если я вдруг упаду в обморок. Например. Ну. Как там леди страдают? Так? Я просто не знаю. Этих уроков мне никто не давал.

Но он пытается…Поль, он пытается сгладить ситуацию. Давай и ты тоже, ладно?

Выдавливаю улыбку и тихо усмехаюсь.

— Говорить с тобой о «бэ»?

— Ну, да.

— А тебе?

Немного краснеет, отводит взгляд, губу прикусывает. Неловко.

Улыбаюсь уверенней. Он у меня такой очаровательный…

— Или ты хочешь поговорить со мной о девочках?

Вау. У тебя почти натурально получилось начать над ним подтрунивать.

Ну, хотя бы комната отступает…

Егор фыркает, что вызывает во мне искренний смешок.

— Что? Сам начал. Я могу и спросить.

— И что же ты можешь спросить?

— Не знаю. Ммм…например, есть ли у тебя девочка?

— Слабо, — хмыкает он, пожав плечами, — Нету. Я не готов к отношениям, у меня учеба.

— Это хорошо. Отношения в твоем возрасте…

…приводят к разбитому сердцу и тонне разочарования в моем.

Проглатываю сарказм и боль. Киваю.

— Они отвлекают.

— Ага. Не то слово. Девчонки — безумные создания. Времени уйма, толка ноль.

— Какие глубокие познания. И стой, ты что сказал, что я задала слабый вопрос?

— Ага. Сказал.

Егор мне подыгрывает, я знаю. Он видит, что этот разговор помогает мне странным образом выплыть. И я знаю, что, наверно, снова совершаю глупый, эгоистичный поступок, но я хватаюсь за спасательный круг и говорю.

— Я могу и другой вопрос задать.

— Например?

— Например? Хм…например...ты уже доходил до второй базы?

Егор резко выпучивает на меня глаза, а я немного краснею, но позиции не сдаю. Не знаю, откуда во мне берется такая смелость, но она…как тот серотонин и прочий перечень гормонов, которые помогают справиться с душевной болью.

Вытаскивают.

Да…они вытаскивают то, что я думала, уже потеряла навсегда…

— Серьезно? — усмехается, я жму плечами.

— Ты хотел сильных вопросов. Ну как? Это было сильно?

— Хотел, но не думал, что ты решишься его задать. И да. Это было сильно.

Знаю.

Не решилась бы ни за что, но сегодня день такой. Ретроградный Меркурий, ну, и от меня муж ушел.

Егор снова поворачивается к плите и спокойно спрашивает.

— Помнишь, в том году мы ездили в спортивный лагерь?

— Конечно.

— Оттуда я вернулся мужчиной.

Меня обдает жар. А еще сердце и ноет, и радуется. Мой мальчик…черт, когда они успели так вырасти?…

— Довольна? — сын хитро подмигивает мне, но я не знаю, что ответить.

Я довольна? Пожалуй, да.

— Вот. Кушай.

Передо мной появляется тарелка с ароматными, желтенькими макаронами, куда навалена щедрая порция сыра.

Еще один удар.

Но не больно.

Меня будто откидывает в прошлое, когда я действительно была смелой и любила готовить.

Медленно поднимаю глаза, а Егор слабо улыбается.

— Помнишь, как ты нам их готовила?

— Да, — соглашаюсь тихо.

Егор кивает и присаживается передо мной на корточки.

— Я очень любил эти макароны. Почему ты перестала?

Жму плечами. Почему?

— Высший свет не ест такое.

— А стоило бы.

— Да. Стоило бы…

— Может…плевать на высший свет? — тихо спрашивает, — И ты снова начнешь их готовить? Пожалуйста. Я очень скучаю по твоим макаронам с сыром, мам.

И говорим мы не о макаронах с сыром на самом деле.

Куда я делась? Где я? Как я потерялась...господи, как сильно я заблудилась в попытках угодить всем вокруг. Я так хотела...так старалась! Сука! Я так старалась стать ему равной, достойной, что совсем забыла о себе…в глобальном смысле...и нет.

— Будет сложно вернуть эти макароны, Егор…

— Справимся. Ты главное захоти, хорошо? Просто захоти.

— Я хочу. Правда.

— Это уже супер. А теперь самое сложное.

— М?

— Вспомни, что эти макароны хотят. Не кто-то, а именно макароны.

Егор слегка улыбается, а потом отходит обратно к плите, чтобы взять порцию себе.

Я смотрю на макароны. Красивые, яркие, веселенькие такие...а главное, горячие. Живые.

Да. Я хочу их вернуть. Макароны...так что...пора вспомнить…чего хотят макароны, а не все вокруг.

«Плотину прорвало»

Полина

Мы с Егором еще долго сидели на кухне и говорили. Просто говорили…обо всем и ни о чем.

Надо признать, что такого давно уже не было.

Я вечно была в мыле. Сделай то, сделай это, а потом не забудь, пожалуйста, что у тебя съемка для журнала интерьеров помещения. Ты помнишь? Это очень большая честь, твоя кухня будет на втором развороте.

А сейчас всего этого нет.

Ни фотосъемок, ни приемов, которые мне нужно организовывать или посещать. Нет ничего. Даже развода нет.

Я об этом сейчас не думаю.

Знаю, что это очень глупая попытка сбежать от своей действительности, хотя почему? Я сижу с сыном, мы смеемся и обсуждаем его планы, потом Светку, а потом и остальных его одноклассников. Если это спасательный круг, то самый лучший.

Но время неумолимо мчится вперед. Бросаю взгляд на часы и охаю:

— Егор, уже почти два часа ночи!

— М? — меланхолично бросив взгляд на стрелки, сын возвращает мне взгляд и жмет плечами, — И что?

Глаза у него красные, сам носом клюет. Черт. Что я за мать? дура…

— Спать.

— Мам…

— Не обсуждается. Иди спать. Что у тебя завтра первым уроком?

— Литература.

— Если один раз пропустишь, будет страшно? Она тебе нужна для поступления? Какая у тебя оценка в итоге?

Егор тихо усмехается и закатывает глаза.

— Нет. Нет. И твердая пятерка.

— Тогда…

— Неужели дашь мне карт-бланш на прогулы?

— Похоже на то.

— Кринж, но спасибо. Я запомню. Ладно, спать.

Егор встает и идет в сторону большой арки, а я даже для себя неожиданно поворачиваюсь и выпаливаю.

— Егор? Что такой «кринж»?

Сын оборачивается и поднимает брови. Я же чувствую себя просто максимальной старухой, поэтому жутко краснею. Может быть, Тим был прав? Я будто спрашиваю о чем-то настолько очевидном, что мне даже неловко.

— Это означает стыд. Ну или неловкость.

— Тебе стыдно за меня?

— Боже, мам! — Егор закатывает глаза и хмурится, — Нет, конечно! Ситуация просто неловкая и странная, но забавная. Ничего такого.