Дар Древнего короля - Аск Рона - Страница 112

– Нет, Ваше Величество, – неожиданно отозвался мужчина.

На этот раз Райг был удивлен:

– Нет?

По залу тоже прошелся беспокойный ропот.

– Тогда что же ты просишь?

– Освободить мою дочь от немилости! – подавленно отозвался старик. – В голодное время нам помогал Энрих – владелец пекарни на Дальнем Краю города. Он не назвал цену его хлеба и обманом затребовал мою дочь в наложницы.

– Если он не называл цены, почему ты согласился принять его помощь? Злой умысел Энриха изначально был ясен.

– Мы голодали, Ваше Величество! – навзрыд произнес старик и сильнее прижал лоб к сложенным на полу ладоням. – Отказ значил медленную смерть. Я не мог позволить родным погибнуть в нищете и муках голода.

– Хм… – задумался Райг. – Энрих и сейчас помогает тебе?

– Нет! Я начал торговать рыбой и постепенно смог отстроить дом, облагородить землю, завести птицу… Но Энрих нагрянул с требованием отдать ему мою девочку, хотя сам женат уже как десять лет!

В зале повисла тишина, а у меня руки зачесались хорошенько отделать Энриха. Как он посмел воспользоваться отчаянным положением семьи? Этот тип гадкий и низкий. Я очень надеялась, что его покарают за столь отвратительный поступок.

– Скажи, старец, – вновь заговорил Райг. – Ты хочешь наказания для Энриха?

– Хочу, но не прошу, – наконец-то поднял голову мужчина и взглянул на короля. – Дочь важнее мести.

– Хорошо, – одобрительно вымолвил правитель и приказал: – Дочь освободить, долг отдать, наградить за милосердие к обидчику!

Один из стражей покинул строй и помог старику подняться, уводя его прочь. Тот до самого выхода рассыпался в благодарностях и пожеланиях добра. После Райг отдал приказ пустить следующего, и так около двух часов. Люди приходили. Люди уходили… Кому-то Райг отказывал, как, например, нагловатого вида даме, которая попросила выдать ее замуж за местного вельможу. Который, между прочим, пребывал в зале и зашелся такой бранью, что у меня чуть уши не завяли. Я облегченно выдохнула, когда Райг потребовал тишины, но вельможу за длинный язык наказывать не стал, лишь немного пристыдил и пригрозил браком с просящей дамой. Та сразу обрадовалась, будто правитель все уже решил, но быстро поникла, стоило ей услышать совет: найти сердце, которое будет способно ее полюбить. Женщина уходила под тихое хихиканье гостей.

За все время «прошения» мне довелось многое услышать и увидеть. Даже девочку с безобразным лицом, мать которой просила алхимедиков излечить ее болезнь. И бессовестных скупердяев, которые честно признавали, что хотят только золота и жить припеваючи. Райг каждому задавал вопросы, чтобы раскусить лжеца и найти достойного награды. Из всех, кто переступил порог тронного зала, только человек десять получили желаемую милость. Другие уходили ни с чем.

Когда белые стены зала тронули первые предзакатные лучи, я уже стояла на последнем издыхании, стараясь не переминаться с ноги на ногу. Ступни неприятно покалывало и не терпелось скорее пройтись. Шорл тоже устало вздыхал по соседству. Не только меня утомила королевская рутина. Удивительно, как только Райг до сих пор соображал после стольких людей? Угадывал их намерения и тайные желания. Поразительный человек.

Когда Райг объявил окончание «прошения», по залу прошли облегченные стоны. Мы уже собрались удалиться, как у входа началась суета.

– Пустите! Пустите меня немедленно! – бесновалась женщина по другую сторону живой стены из стражей. – Иначе пожалеете!

Я беспокойно переглянулась со Змеем. Он напрягся, как и все асигнаторы в зале, а гости возмущенно зароптали, гадая, кто же такой дерзкий посмел так бессовестно требовать аудиенции у потомка Древнего короля. Сквозь поднимающийся людской гам вдруг раздались три звучных удара каблуком о каменный пол.

– Тишина! – раскатисто потребовал Райг и выступил вперед.

Наконец-то мне удалось его увидеть. Наследник Древнего рода обладал длинными пшеничного цвета волосами, заплетенными в толстую косу, которая спускалась до самых колен. Профиль Райга Древнего был идеальным. Прямой лоб, изящная дуга золотистых бровей, высокие скулы, прямой нос и чувственные губы. Оделся правитель в белые одежды, а на плечи накинул ярко-красную мантию, расшитую золотой нитью. По ее подолу шел волнистый узор, означающий воду – поток, который раньше уничтожал Сарем, а на спине виднелся знак мира – сферы, от которой исходили лучи света.

На голове Райга покоилась тяжелая корона с инкрустированными рубинами. Когда он к нам повернулся, чтобы окинуть асигнаторов взглядом, камни ослепительно сверкнули, однако не они больше всего меня поразили, а его глаза удивительного фиалкового цвета. Взгляд Райга был мягким, теплым, в то же время строгим и пытливым, а концентрации власти в нем мог бы позавидовать даже Змей.

Сердце екнуло в груди, когда Райг немного дольше задержал на мне свой взор. Глядя в его удивительные глаза, я взволнованно стиснула юбку и тихо выдохнула, когда правитель вновь отвернулся к выходу.

– Я требую, чтобы меня немедленно пустили! – продолжала кричать женщина. – Пусть он знает! Знает, что… Что я все знаю! И всем об этом расскажу! Лжец! Вы все лжецы…

– Пустите ее, – холодно потребовал Райг.

Стражи резко расступились, и в зал ввалилась – буквально рухнула на пол – замарашка. Всклокоченная и перепачканная грязью, она быстро поднялась и резво бросилась к трону. Стражи мигом выступили вперед, перекрывая ей путь, отчего оборванка повисла у них на руках и прошлась ненавидящим взглядом по ряду асигнаторов. Я чуть воздухом не подавилась, когда она ткнула в меня трясущимся пальцем.

– Ты-ы-ы… – прошипела женщина. – Я нашла тебя!

Все внимание присутствующих было теперь приковано ко мне. Даже Райга.

– Кто это? – шепотом поинтересовался Змей.

– Н-не понимаю, – побледнев, ответила я.

А сама пригляделась лучше. Женщина давно не мылась, и ее волосы превратились в пыльное гнездо на голове, но можно было угадать их светлый цвет. Я подалась немного вперед, разглядывая черты ее лица и мысленно отделяя смутно знакомый образ от грязи.

– Не можешь узнать? – прокаркала замарашка и взвыла, протягивая ко мне скрюченные пальцы. – Убийца! Детоубийца! Забыла обо мне? Спрятала шрам и думала, я тебя не найду?

– Мора… – сокрушенно выдохнула я, узнав ее по карим глазам.

И ринулась на помощь, когда стражи ее грубо оттолкнули, отчего Мора рухнула на пол, но Змей не позволил мне приблизиться. Он остановил меня рукой и оттеснил обратно в строй асигнаторов.

– Ваше Величество! – рухнула на колени Мора и припала к земле. – Молю о справедливости и возмездии!

– Хм? – задумчиво промычал Райг и дал ей знак продолжать.

– Эта…особа!

Она снова ткнула в меня пальцем.

– Она убила моего ребенка! Моего малыша!

Мора жалобно прохныкала и церемонно прижала пустые руки к груди. Стала размеренно покачиваться, будто убаюкивала душу малыша, спрятанную в ее стиснутых кулаках.

– Она утопила его! Обещала, что все будет хорошо. Просила поверить, говорила от лица ловцов и убила моего ребенка! – навзрыд проорала Мора. – Неужели…

Она хрипло и мучительно выдохнула, будто ее горло нестерпимо саднило.

– Неужели вы, правитель страны и заступник народа, позволите подобным монстрам служить в рядах асигнаторов? Осквернять ее устами волю вашего Праотца?

– Мора, – снова вымолвила я и потянулась к ней, но тут же беспомощно опустила руку.

Внутри все горело от боли прошлых воспоминаний и необъятной печали. Хотелось разразиться рыданиями, но я только опустила взгляд в пол, чтобы не видеть женщину. Не видеть ухмыляющегося Клавриса. Ливиона. Осуждение и любопытство на лице Грасдис. Ярость Ривара и озадаченность Талины. Змей же стоял ко мне спиной.

– Ваше Величество! – вновь взмолилась Мора. – Проявите благоразумие! Позвольте справедливости восторжествовать. За моего ребенка… Мальчика…

– Моя скорбь столь же велика, как ваша, – заговорил Райг, уверившись, что дальше она ничего вразумительного не скажет, а будет только давиться всхлипами. – Потеря детей – ужасное событие, ведь они – наше будущее. Ваш сын мог стать стражем и оберегать покой жителей.