Дар Древнего короля - Аск Рона - Страница 40

– Какая же ты наивная, – остановился он возле входа в хижину. – Я прекрасно знал, что ты в любом случае не усидишь на месте и отправишься к сестре, и не отдавал таких приказов.

Я вконец растерялась. Получается, Дор мне солгал? Но зачем он устроил весь этот спектакль? И что из остального, о чем он говорил, было неправдой?

– Меня обманули? – жалобно переспросила я, растерянно глядя на асигнатора.

– Похоже на то, – согласился тот и спросил: – Сможешь за меня подержаться, пока я открываю дверь?

– Д-да, – расстроенно выдохнула я и, пребывая в своих мыслях, обняла Змея за шею.

– Потерпи немного, – попросил Змей с еле заметными нотками заботы в голосе.

Или мне это показалось?

Тело прошибла дрожь напряжения, когда асигнатор перестал придерживать меня под спину, и я сильнее вцепилась в его плечи. В раненую руку мигом воткнулись тысячи игл, и это ощущение постепенно расползлось по предплечью, груди и спине. На мгновение стало больно дышать, однако вскоре я ощутила, как рука Змея вернулась мне на спину. Вот только…

Сердце вдруг забилось чаще, в глазах стремительно помутнело, а тело охватил жар. Я прижалась лбом к плечу асигнатора, чувствуя, как на мгновение выпала из реальности, зависнув в месте под названием «Нигде».

– Рей, – будто издалека тихо позвал Змей. – Отпусти меня, Рей.

Я заколебалась. Голова кружилась уже настолько сильно, что казалось, будто сейчас расцеплю руки – и утону в темном водовороте.

– Рей, – вновь позвал асигнатор. – Ты должна меня отпустить. Нужно позвать Зориса.

Мне показалось, или Змей чем-то обеспокоен? Если это так, то я просто должна была позволить ему уйти. Зачем я вообще до сих пор за него держалась?

Мои руки насильно расцепили, и я коснулась головой подушки. Ее прохлада для разгоряченного тела стала самым настоящим спасением, а в ушах вдруг раздался еле слышный шепот: «Вельнар пал…» – который практически заглушил шум шагов и звук бьющегося стекла.

Я вымученно простонала:

– Зер? Что происходит?

Мне никто не ответил, а тьма вокруг будто стала осязаемой. Даже в полусознательном состоянии я поняла, что осталась одна.

– Вельнар пал! – резко раздалось в ушах, прежде чем я успела забеспокоиться или испугаться.

Я схватилась за голову и с силой вжалась затылком в подушку. Виски прострелила невыносимо резкая боль, гораздо сильнее, чем когда я чуть не напала на Данис.

«Мы… – на этот раз женщина в моей голове шептала. – Не можем…»

– Заткни-и-ись… – простонала я, прижимая подушку к ушам. – Замолчи!

Каждое слово… Каждая сказанная буква была равносильна пытке. Некогда черная тьма превратилась в багровую мглу.

«Нет… – продолжала терзать меня женщина. – Выслушай. Не можем…»

И вдруг замолчала, чтобы уступить место мужчине:

«Вельнар пал! Пал вместе с тобой…»

Я простонала сквозь стиснутые зубы, когда краснота перед глазами начала стремительно сгущаться.

– Рей! Рей! Рей… Рей, твою же мать! Ты меня слышишь? – просочился сквозь крики знакомый голос.

Кто-то тряхнул меня за плечи, и на мгновение алое марево перед глазами исчезло. Его словно разбила капля воды, сначала открывая для меня мир размером с точку, потом расползаясь и позволяя разглядеть нависшего надо мной Змея. Тусклый оранжевый свет свечей озарял его лицо с застывшим напряженным выражением. Глаза асигнатора превратились в две темно-серые бездны, но стоило ему встретиться со мной взглядом, в них появилась еле заметная искра.

– Она очнулась! – крикнул он кому-то за спиной. – Рей, ты меня слышишь? Кивни, если слышишь.

Медленно, опасаясь, что боль вновь завладеет моим сознанием, я двинула головой. Пусть на кивок не особо походило, но Змей меня понял.

– Слава Древним, – выдохнул он.

Раздались нетвердые шаги, и рядом со мной появилась тень еще одного человека. Из-за сумрака не получалось узнать, кто это был. Да и неважно это. Сейчас меня беспокоило другое.

– Нужно уменьшить боль, чтобы она уснула, – распорядился асигнатор. – И…

– Зер, – хрипло позвала я, и глаза цвета стали мгновенно обратили на меня взор.

Как назло, в этот момент в комнате наступила тишина, и все, кто в ней был, отчетливо меня услышали. Я виновато прикрыла глаза, понимая, какую ошибку допустила – назвала Змея по имени.

– Похоже, она тебя с кем-то спутала, – донесся голос Талины.

– Не удивительно, – заметил Зорис. – Она вся горит. Древние! Как при лихорадке… Рей сейчас сама не понимает, что говорит.

Но я понимала и всей душой благодарила Зориса за его слова.

– Змей, – постаралась я произнести как можно невнятнее.

На самом деле, мне даже пытаться не приходилось. Язык отказывался слушаться, а во рту пересохло. Но все это было мелочью по сравнению с вновь подступающей алой пеленой.

– Рей? – окликнул меня асигнатор, когда мое молчание затянулось, а дыхание участилось.

Все это время я боролась. Боролась с тем, что рвало действительность и уничтожало меня изнутри.

– Не дай… – поморщилась я. – Не дай навредить…

Знакомое чувство холода стало постепенно расцветать в груди, забирая все чувства. Я напряглась. Впилась ногтями в ладони, будто бы пыталась удержать сознание в своих руках, но оно продолжало просачиваться сквозь пальцы, а краснота неумолимо сгущалась.

– Покиньте все хижину, – низким голосом произнес асигнатор.

– Покинуть? – удивился медик. – Вздор! Ей нужна…

– Я сказал покинуть хижину! – повысил голос Змей, продолжая смотреть мне в глаза. – Немедленно. Талина, ты тоже, и дверь запри.

– Ты уверен? – шепнула Талина, а Змей отрывисто ответил:

– Да.

Я почувствовала, как его пальцы сжали мои запястья. Сильно, решительно. Без сожаления и нежности, полностью блокируя движения рук. Именно то, что сейчас было нужно: уверенность, что мне не позволят творить бесчинства, как в прошлый раз, и остановят.

«Сфера разбита…» – тихим шелестом пронеслись в ушах знакомые слова.

Времени оставалось совсем мало. Я зажмурилась от страха и непонимания происходящего, и чем сильнее сопротивлялась дурману, тем хуже становилось.

– Не бойся, – произнес Змей, когда дверь с тихим стуком закрылась – Я рядом.

Хором с ним промолвила женщина: «Я помню», – а я сдалась алому кошмару, который окончательно меня поглотил.

Глава 26

Яркий свет проник сквозь закрытые веки. Морщась, будто меня заставили проглотить что-то мерзкое и горькое, я потянулась за одеялом, желая немедленно укрыться под ним. Но наткнулась пальцами на шершавую поверхность дощатого пола. Вот только из-за боли в теле и голове меня это не слишком-то взволновало. Подумаешь, пол! А вот ощущение, как под моей головой приподнялась подушка от глубокого вдоха, – заставило призадуматься.

Открыв глаза, первым делом я увидела окно, сквозь которое в хижину лился солнечный свет. Плотные темные шторы лежали на полу, а карниз удачно зацепился одним концом за спинку кровати. Моя постель превратилась в бесформенный комок тряпья. Тумбочка неподалеку хоть и выглядела крепче, чем у сестры, была сломана и перекосилась на одну сторону. Бокал, кувшин и чаша для отвара осколками рассыпались по всей комнате, будто ими швырялись. Единственное, что осталось «живым» – это стол. И то он тоже был немного сдвинут.

Я медленно подняла взгляд и почувствовала, как похолодели щеки, стоило увидеть мой меч, воткнутый в стену прямо над столом. Не по самую рукоять, но достаточно глубоко, чтобы было трудно его вытащить. Хм… Кажется, вчера меч стоял у стены возле тумбочки.

Глубокий вдох опять приподнял мою голову. Осторожно и без резких движений я попыталась обернуться, но меня тут же обхватили сильные руки.

– И-ик! – испуганно пискнула я и забилась в панике.

Ужаснее разгромленной комнаты было лишь то, что я ничего не помнила. В голове всплывали размытые силуэты и отголоски фраз, а все остальное скрылось за красным туманом. Но даже так можно было догадаться: в комнате случилась нешуточная потасовка.