Дар Древнего короля - Аск Рона - Страница 78

– Штанут шиними, – изрек, жуя, и позже добавил: – Черными, белыми, рыжими, но точно не синими.

– Ты даже не знал, что произойдет? – гневно сверкнула глазами Талина. – А если бы Рив пострадал?

– Исключено. Будь у меня сомнения, я не стал бы испытывать на нем сыворотку. Все-таки он мой друг.

– Для друга ты слишком унизительно с ним поступил.

– Сказал же: я не знал, что он… Ну, посинеет. Наверное, отвлекся и добавил не тот пигмент.

Устав с ним спорить, Талина тяжело вздохнула и вернулась в кресло. Она коснулась пальцами лба и поморщилась, будто от боли, а темные короткие волосы упали ей на лицо.

– Его вообще можно отмыть? – поинтересовалась она.

– Раз Рив уже пытался и у него не получилось, – значит, нет, – покачал головой Бигис. – Да ты не переживай! Со временем отрастут. Ну, или сразу побрей его налысо. Делов-то…

– Главное, чтобы они не продолжили расти синими, – в шутку заметила я, на что Биг перестал улыбаться и промычал что-то нечленораздельное.

Талина сощурила глаза и метнула на него колючий взгляд:

– Хочешь сказать, есть шанс, что Рив останется таким на всю жизнь?

– Как на всю жизнь?

Мы все обернулись. Стоя в дверях, Ривар выронил полотенце на пол.

М-да… Не вовремя он появился, да еще выглядел так, будто его нарядили в мешки – одежда Бига явно была ему велика. Длинные волосы Рив перетянул веревкой на затылке.

– Один шанс из ста, – попытался успокоить его здоровяк. – И то на случай неожиданности.

– Замечательно, – без особого энтузиазма отозвался Рив и, подобрав с пола мокрое полотенце, швырнул им в Бигиса. – Ион теперь сожрет меня с потрохами.

– Да забей ты на этого выскочку, – поймал полотенце Биг и положил рядом. – Он на язык мастак, а в честной драке тебя не победит.

– Не подначивай его, Бигис, – предупредила Талина. – Ты же знаешь, ему нельзя распускать руки.

– Но Ион тот еще придурок! – возмутился Биг.

– Да будь он хоть трижды придурком, Риву нельзя его бить.

– Ну ма-а-ам! – досадливо протянул Рив, закатив глаза к потолку.

– Заткнись! – ощетинилась Талина. – Уже забыл, как тебя чуть плетями не высекли за драку?

– Не высекли же, – с невинным видом пожал плечами Рив.

– Потому что я рискнула своей головой! – прорычала Талина. – Поручилась за тебя, обещала, что ты будешь на испытательном сроке до конца обучения. Так что только попробуй что-нибудь отмочить. Я с тебя тридцать три шкуры спущу. А потом… – зловеще добавила она, – найду тридцать четвертую и тоже ее спущу!

– Сурово, – выдохнул Биг, а я поинтересовалась:

– А кто такой Ион?

Повисло короткое молчание, после которого Рив произнес:

– Ион – та еще заноза в заднице. Не хочешь проблем – держись от него подальше.

– Не преувеличивай, – возразила Талина. – Он просто ученик, который немного… зазнался.

– Ага, – фыркнул Бигис. – Выиграл разок в Играх и… Тю-ю-ю! Крышу сорвало.

– Играх? – заинтересовалась я.

– Да, Играх, – кивнул Рив и оживленно продолжил: – Они проходят в Обители раз в год. Старики проверяют учеников, кто сильнее, а мы за это получаем приз – карманные деньги и целых три дня свободы от тренировок!

Он мечтательно прикрыл глаза, но потом вдруг напрягся и обиженно процедил:

– И в прошлый раз мне запретили участвовать…

– Из-за той драки, – догадалась я.

– Из-за той драки, – угрюмо согласился Рив.

– Только поэтому Ион и победил, – заметил Бигис и воинственно тряхнул кулаком: – Ты бы его порвал!

– Точняк! – плотоядно улыбнулся Рив.

Но тут же опомнился и посмотрел на друга, как сытый волк на зайца – с обидой, что не влезет.

– А ну, прекращай подмазываться! Даже не надейся, что я тебя прощу.

– Уже простил, – привстал со скамьи Биг и потрепал Рива по голове. – Я это чувствую.

– Эй! Я еле собрал их! Твою ж мать, Биг!

Он оттолкнул здоровенную ручищу друга и быстро пригладил волосы, а потом вдруг замер, отрешенно всматриваясь куда-то вперед:

– Я тут подумал: и как только Змей живет с такими патлами? Это же столько возни.

– Вот придет Змей, у него и спроси, – посоветовала Талина.

– Думаешь, ответит?

– Угу. Сразу после того, как в далекое пешее тебя пошлет. – Ну, Тали-и-и!..

– Сколько раз тебе говорить – зови меня Талина!

Вздохнув, я взяла еще один пирожок и стала неспешно его жевать, игнорируя препирательства Рива и его наставницы. Гроза за окном постепенно успокаивалась: гром стихал, а ливень перешел в редкие постукивания по крыше и стеклу. Только зарница где-то вдалеке все еще бесновалась. И, засмотревшись на то, как убегает в посветлевшем небе туча, я задумчиво убрала волосы за уши.

– Ну-ка, – вдруг потянулся к моему лицу Бигис.

Я отпрянула от неожиданности и закашлялась, подавившись кусочком пирога.

– Не бойся, – успокоил он и указал на шрам: – Лучше расскажи, где такую красоту словила?

– В битве с разрушителями.

Перед внутренним взором мигом промелькнуло сражение возле поселения, и я сильнее стиснула несчастный пирожок. А Бигис озадаченно покачал головой и цокнул языком:

– Больно, небось, было.

Я только пожала плечами и попыталась снова спрятать шрам, что не скрылось от Бигиса:

– Ладно тебе, не переживай. Вон, Иригос! У него вся физиономия – сплошной шрам, а не стесняется.

– А я и не стесняюсь.

– Тогда почему всегда прячешься? – сдал меня с потрохами Рив.

Аппетит совсем пропал, поэтому я отложила помятый и недоеденный пирожок на стол и произнесла:

– Людям не нравится, а я не хочу видеть отвращение на их лицах.

– И не будешь, – уверил Биг. – На днях забегу к алхимедикам, спрошу у них что-нибудь от шрамов. Убрать совсем не выйдет – рана уже старая, но сгладить и снять красноту – запросто!

– Было бы здорово… – смутилась я и накрыла ладонью щеку.

Радовало, что Бигис сам вызвался помочь. Иначе я бы вряд ли решилась попросить его о помощи, пусть Иригос и велел к нему обратиться. А так… Меня порадовала мысль избавиться от ненавистного шрама. Ведь этот шрам – все равно что напоминание о трагедии и пожизненное клеймо моей печали.

Вдруг входная дверь резко распахнулась, явив нам мокрого, злого, явно чем-то недовольного Змея. Следом за ним показался Иригос, который, напротив, лукаво улыбался, и взвинченное состояние моего наставника его будто бы забавляло. Внутри меня тут же все зачесалось от желания узнать, о чем же асигнаторы говорили.

Я смотрела на пылающего злостью Змея. Змей смотрел на меня, а потом…

– Идем, – коротко бросил он и, протиснувшись в узком коридоре мимо Иригоса, тут же покинул дом.

Я растерянно переглянулась с Бигисом, потом с Иригосом. Первый непонимающе скривил рот, второй жестом показал, что ни при чем, и кивнул на выход. Я и сама догадалась, что не стоило испытывать терпение наставника. Быстро вскочила на ноги, оттеснила сидящего по соседству Рива и поспешила за Змеем, который, убрав руки за спину, нервно топтал землю возле лестницы. Повезло, что дождь закончился. Осталась лишь неприятная изморось.

– Покажу твой новый дом, – заметил мое появление наставник. – Иригос рассказал про храм подробнее?

– Д-да…

– Мне не нужно повторять?

– Н-нет.

– Вот и славно, – пошагал в сторону аллеи Змей. – Не подходить к храму – это главное, что следует запомнить.

Прежде чем за ним последовать, я хмуро посмотрела на его спину, гадая: это он так обо мне волновался или совсем за дурочку считал? Но интересоваться не стала. Чувствовала, что с таким настроением Змей ничего приятного не ответит. Вот только бы узнать, что же его так разозлило.

Мы шли по аллее, на которой после урагана лежали поломанные веточки и опавшие листья. В воздухе витал терпкий дух мокрой древесины, похожий на мой родной лес, но все равно другой. Этот был с примесью земли, а не мха или лишайника.

Змей молчал. Даже когда поравнялись с усыпальницей короля, он не проронил ни слова, а я с замиранием сердца посмотрела в сторону одинокого храма с темными окнами, где ничто, кроме низкого обветшалого забора, не говорило о том, что он под защитой опасного магического поля. Трава возле него не жухла. Редкие птицы свободно пролетали и не сгорали в пламени, которым пугали меня Иригос и Змей. Однако я чувствовала рядом с ним трепет, будто инстинкты что-то подсказывали. От одного взгляда на храм напрягалась каждая мышца в теле, а слух, обоняние и взор становились острее в желании уловить малейшую подсказку о тайне Древнего короля.