Дар Древнего короля - Аск Рона - Страница 83

– И, – произнес он спокойно, – какой у него дар?

– Скорость, – ответила я, но уже без былого энтузиазма.

– Надо же, – хмыкнул Змей. – Не соврал.

Дома асигнаторов закончились, и мы вышли на просторный луг, окруженный хвойными деревьями. Сначала показалось, будто Змей остановится здесь, но он продолжил идти вперед – вглубь леса.

– Мой дар – баланс, – все же ответил наставник после длительного молчания.

Я затаила дыхание и удивленно на него посмотрела. Надо же. Ответил! И даже ответил, когда я попросила его рассказать о даре подробнее:

– Баланс, он же равновесие или компромисс, позволяющий найти золотую середину во всем. Я его вижу. Я его чувствую. Я будто весь состою из него. Баланс вокруг меня и внутри. С ним я могу найти слабые и сильные стороны людей. В бою подстроиться под любого противника, и мне не нужно тщательно выбирать оружие. Я могу быть ловким или сильным. Даже распределить урон, чтобы избежать серьезной травмы.

Я пораженно хмыкнула, вспомнив удар разрушителя в поселении, когда Змей защитился голыми руками и даже не пострадал.

Его дар был необычным и очень полезным. Пусть он не усиливал физические возможности напрямую, как, например, у Талины, зато позволял развиваться в разных направлениях и многое подмечать. Благодаря этому таланту Змей становился опасным и непредсказуемым противником. Особенно с таким оружием, как кнут.

– Ты знаешь, что у каждого дара есть недостаток? – спросил Змей, всматриваясь в мое лицо.

Я медленно кивнула, понимая, к чему он клонил. Помнила, как Эрма, обладая удивительным слухом, долго не могла уснуть и жаловалась на постоянный шум. Вайя иногда не могла разобраться, где ее чувства, а где чужие, – у нее еще часто из-за этого болела голова. А Эльма сильно уставала от постоянных мыслей и идей. Тогда ее разум будто угасал и она вела себя нелогично или неразумно.

– Взять, к примеру, Талину, – продолжил объяснять Змей. – О ее даре говорить необязательно – его и так видно. Особенно когда она начинает размахивать молотом.

– Это уж точно, – улыбнулась я, припомнив свое удивление, когда впервые увидела Талину с ее грандиозным оружием.

– Ты уже заметила ее недостаток?

– Ага. Она не всегда контролирует силу.

– Верно, – согласился Змей, явно довольный моей наблюдательностью. – Вот у Рива нет терпения. Почти ни в чем. Так что Бигису вчера очень повезло, что Рив незлопамятный: быстро вспыхивает, так же быстро перегорает. А еще Рив не может усидеть на месте…

Змей насмешливо хмыкнул:

– Непоседливость Рива – бич Талины. Перед тренировками она часто его ищет, а Рив тем временем бегает по лесу или аллее.

– А какой недостаток у твоего дара?

Нас поглотила сосновая тишина, когда мы вошли в лес. Ветра здесь почти не было, а птицы лишь изредка издавали короткие трели, будто сами не желали перебивать молчание природы.

– Я бы предпочел, чтобы ты сама догадалась, – криво улыбнулся Змей. – Согласись, ведь так интереснее и на практике пригодится. Особенно во время ежегодных Игр. Сможешь вычислить недостаток противника – и считай, победа у тебя в кармане.

– Хм… А ты прав, – кивнула я, хоть и почувствовала какой-то подвох.

Змей даже чуть напрягся и искоса на меня посмотрел:

– Значит, я могу не отвечать на твой вопрос?

– Да. Можешь не отвечать, я сама догадаюсь.

– Тогда это твое первое задание: вычислить недостаток моего дара, – его плечи расслабленно опустились.

Похоже, Змей обрадовался возможности умолчать о сокровенном и не догадался, что я заметила его волнение. Интересно, что же за недостаток у его дара, почему он вдруг так занервничал?

Во мне загорелась искра азарта. Раньше меня постоянно терзали с поиском собственного дара, но сейчас Змей не просил копаться в себе, а дал задание разгадать кого-то другого. И это так интересно!

– Ты веселишься, – хмыкнул Змей.

Блуждая в своих мыслях, я даже не заметила, как начала напевать задорный мотив, услышанный на празднике в Тормире. А все потому, что я впервые за долгое время почувствовала себя… живой? Да, наверное, так. У меня появилась цель, а еще надежда. И это интриговало, будоражило, вдохновляло.

Только Змею я, конечно, в этом не призналась:

– Погода хорошая, – широко улыбнулась я. – Я наконец-то выспалась, наелась сладостей и оказалась в безопасности – чем не повод для радости?

– Хм, интересно. Считаешь, теперь тебе нечего бояться? – вздернул белобрысую бровь Змей, а у самого уголки губ предательски дрогнули.

– Конечно!

Я забежала вперед и попятилась, с вызовом заглядывая в серые глаза наставника.

– Меня же опекает один из сильнейших асигнаторов, чего мне бояться?

– Прозвучало слишком… самоуверенно и напыщенно, – хмыкнул Змей.

– А то! У тебя научила-а-а-а!..

Из-за своей беспечности я не заметила под ногами корень дерева, спрятанный под хвойным ковром, – зацепилась за него пяткой и начала падать. Глаза Змея взволнованно распахнулись, а я взмахнула руками и к собственной досаде поняла: ухватиться не за что и я вот-вот шлепнусь на землю. Но тут мое запястье стиснули сильные пальцы, и меня дернули вверх, прижимая к мужской груди. Ощутив под ладонями рубаху Змея, я вцепилась в нее мертвой хваткой. Его руки скользнули мне за спину и крепко обняли. Все это произошло быстро, но каждое прикосновение и движение запомнились отчетливо, будто отпечатались в моем сознании.

Так мы со Змеем и замерли. Я – тяжело дыша, взволнованно вглядываясь в небо и вжавшись подбородком в напряженное мужское плечо. Он – нависнув сверху, крепко меня стискивая и не произнося ни слова.

Сердце колотилось, как бешеное, разгоняя кровь, и все время казалось: сейчас пошевельнусь, и мы оба шлепнемся на землю. Или попытаюсь встать на ноги, а они заскользят, тогда Змей меня выронит, и я непременно упаду.

– Бойся деревьев, – прозвучал голос наставника возле моего уха. – И, ради всех Древних, будь внимательнее… Меня засмеют, если ты помрешь от того, что разбила голову, запнувшись на прогулке.

Продолжая за него цепляться, я медленно оглянулась и заметила крупный камень с острыми углами, который как раз находился подо мной. Внутри поднялся ледяной вихрь от мысли, что я могла вот так просто погибнуть. Да еще после того, как заикнулась, будто нахожусь в безопасности. Никогда не знаешь, где поджидает беда.

– Н-но… – сильнее сжала я рубаху Змея, и та жалобно затрещала у него на спине. – Ты же… ты успел! Поймал! Значит, все в порядке? Все хорошо…

Наставник медленно отстранился. Пряди его светлых волос пощекотали мою левую щеку, а стальной взгляд сверкнул упреком:

– А если бы не успел?

Теплое дыхание Змея скользнуло по щекам.

– Успел, – упрямо выдавила я и виновато добавила: – Бы…

Я отвернулась, не выдержав его пристального взора. Глаза Змея были невероятно близко, так что даже получилось рассмотреть темные крапинки на светлой радужке. А взгляд пронзал насквозь.

Я тяжело сглотнула, осознав, что моя рубаха задралась, а ладони наставника касались обнаженной кожи. Теперь я чувствовала их тепло, как в тот раз, когда мы плыли по каналу, где я чуть не захлебнулась. Тогда Змей спас меня – поделился своим дыханием.

Стало неуютно. Не сказать, что неприятно, а просто неуютно, будто меня подловили на чем-то постыдном. Шеки вспыхнули, я закусила губу и отвернулась, делая вид, будто изучаю землю под собой. Но, к счастью, Змей тоже понял, что слишком долго меня держал. Его руки напряглись, когда он выпрямился, а я наконец-то нашла твердую опору под ногами и покрылась мурашками, стоило теплым ладоням соскользнуть с талии, уступив место лесной прохладе.

– Спасибо, – тихо произнесла я и поторопилась заправить в штаны выбившуюся рубаху.

Шеки горели, руки дрожали, а Змей отвернулся и без особого интереса рассматривал лес. Наверное, чтобы я лишний раз не смущалась, пока приводила себя в порядок.

– Готова? – поинтересовался он, когда я перестала возиться и посмотрела на его напряженную спину.