Остров Покоя - Цзяцзюнь Ван - Страница 3

Чжан Лэй, который был мастером добывать информацию, довольно быстро выяснил подробности о Шэнь Ко.

– Говорят, что этот парень играл в шахматы в шахматном зале.

– В шахматном зале? – Хотя Цзян Юань никогда там не был, он знал, что это место для любителей го, где можно поиграть в шахматы с почасовой оплатой. Обычно владелец шахматного зала также имеет определенный уровень и подбирает посетителю соперника в соответствии с его уровнем.

– Говорят, что Шэнь Ко никогда не играл в шахматном зале без ставок.

– А, так он играет на деньги. Как мог учитель позволить такому человеку участвовать в турнире? – Цзян Юань был озадачен таким раскладом.

– Похоже, что учитель и владелец шахматного зала – одноклассники. Однажды он зашел в шахматный зал поиграть, сел сыграть партию с Шэнь Ко и вдруг проиграл. Позже, узнав, что Шэнь Ко – студент пятого курса и вот-вот закончит учебу, он нанял его для участия в турнире.

– Ты сказал, что учитель проиграл Шэнь Ко? – Цзян Юань был немного удивлен и выразил сомнения по этому поводу. Хотя учитель, ответственный за отбор, был в летах, но когда-то он был лучшим профессиональным игроком девятого дана. Чтобы он да проиграл в шахматы в придорожном шахматном зале – что это за сказки??

– Я сам слышал, как учитель об этом рассказывал, – сказал Чжан Лэй. – Насчет участия в турнире, Шэнь Ко сначала отказал учителю, но тот лично пришел к нему домой и пригласил его, сказав, что если он выиграет турнир, то сможет стать профессиональным шахматистом. Только тогда Шэнь Ко согласился.

По мнению Цзян Юаня, Шэнь Ко победил учителя по другой причине – он играл на деньги. Такие корыстные люди просто разрушили облавные шашки как спорт.

На этапе подготовки к турниру Шэнь Ко никогда не посещал шахматную академию, чтобы потренироваться, и Цзян Юань впервые встретился с ним только в день игры. Первым впечатлением Цзян Юаня о Шэнь Ко были его рельефные черты лица. Глубоко посаженные глаза под тонкими бровями были мрачными и немного сонными, и казалось, он вообще не мог сосредоточить взгляд на чем-либо, что вызвало у Цзян Юаня беспокойство, сможет ли он сосредоточиться во время игры.

В первый день Цзян Юань был поглощен своей игрой и не общался с Шэнь Ко. Тот не был знаком с другими учениками шахматной академии, поэтому, обменявшись кивками с Чжан Лэем, он сел в одиночестве в углу демонстрационного зала, всем своим видом держа остальных на расстоянии. Он с головой ушел в протокол игры и ушел до окончания партии между Цзян Юанем и Такэмией Хидэтоси.

Только вчера, наблюдая за игрой Чжан Лэя, Цзян Юань и Шэнь Ко просто обменялись парой слов, после чего Шэнь Ко так же ушел с головой в игру и не сказал Цзян Юаню ни слова. Возможно, то было заблуждением, но Цзян Юаню показалось, что в приветствии соперника проигравшему «генералу» китайской сборной уголки его рта изогнулись в насмешливой улыбке.

После проигрыша Чжан Лэя Цзян Юань пал духом и больше не надеялся на продолжение игры. Разве мог шахматист-любитель, ошивавшийся время от времени в шахматном зале, выиграть партию у Такэмии Хидэтоси ради того, чтобы стать профессиональным шахматистом? Он пожалел о своем импульсивном поведении в первом матче. Но тактика соперника застала его врасплох, и теперь ему приходится возлагать все свои надежды на человека, над которым он презрительно фыркал.

Если отбросить личные предубеждения, Шэнь Ко все-таки оказался хорошим товарищем по команде. Очевидно, он извлек урок из первых двух партий в шахматы и нашел способ одолеть врага, выбрав тактику еще более хаотичных атак, нежели противник. Это нарушило ход всей игры. Пламя войны горело в каждой части доски, а несколько шахматных ходов, демонстрирующих явное презрение, окончательно разозлили Такэмию Хидэтоси, и игра превратилась в неконтролируемый хаос.

Эта тактика оказалась эффективной. Судя по ситуации на доске, черные, которыми играл Шэнь Ко, пока лидировали, а белые потихоньку уступали. По мере развития этой ситуации демонстрационный зал единодушно склонился к мнению, что черные могут победить.

За шахматным столиком, где было меньше всего зрителей, о чем-то перешептывались несколько японских шахматистов. Они хмурились и, то и дело цокая языком, снова и снова разыгрывали варианты партии, но в конце концов покачали головами и убрали фигуры с доски.

Сотрудник в черном костюме ворвался в демонстрационный зал с листом бумаги и торжественно положил его на шахматный столик в центре комнаты.

– Новый протокол принесли! – Чжан Лэй потащил Цзян Юаня к столику.

Матчи проходят в зале на пятом этаже, который находится прямо над демонстрационным залом. Поскольку это соревнование только на уровне вузов, прямая трансляция не ведется. Чтобы не повлиять на соревнование игроков, постороннему персоналу и журналистам, за исключением судьи и ассистента, ведущего протокол, не разрешается входить в игровой зал, а запись ходов в режиме реального времени приносит в демонстрационный зал протоколист.

В демонстрационном зале внезапно наступила тишина, слышно было только шорох фишек, которые шахматисты выхватывали из чаш, и постукивание стекла.

Белая шашка сделала ход вверх по доске.

Это был ход Такэмии Хидэтоси после длительного раздумья. Он ворвался в лагерь черных, нацелившись на их слабое место: увлекшись атакой, Шэнь Ко допустил некоторую рыхлость строя, и это мгновенно стало опасным.

Хотя этот ход и не попал прямо в цель, он в десять раз усилил все слабые места, которые не обнаружили черные.

– Неудивительно, что он ведущий игрок японской сборной! – воскликнул кто-то.

Дискуссия разгорелась заново. Цзян Юань и Чжан Лэй также позаимствовали шахматную доску и быстро стали разыгрывать партию, пытаясь изучить возможные контрмеры.

Прошло полчаса, а черные не сделали ход.

Учитывая, что японский игрок в целом превосходил Цзян Юаня и Чжан Лэя, им также нечего было предложить в качестве контрмер.

– Если так будет продолжаться и дальше, у Шэнь Ко кончится время.

Цзян Юань, которому Чжан Лэй напомнил об этом, примерно рассчитал время игры.

Игра предусматривает, что у каждого из двух шахматистов есть по два часа. После их истечения дается одна минута дополнительного времени, и если за это время ход не будет сделан, игроку засчитывается поражение. Шэнь Ко не смог предсказать ход противника, и ему недостает опыта: в шахматном зале вряд ли ему доводилось часто играть на время. До конца двухчасовой партии осталось меньше получаса. Его противник Такэмия Хидэтоси редко ошибается в финале, и, как только время истечет и пойдет отсчет секунд чвероятность проигрыша Шэнь Ко в игре возрастет в геометрической прогрессии.

Все на время замолчали, молча смотрели на расчерченную доску и гадали, как может сходить Шэнь Ко. Никто не рассуждал, какой ход лучше сделать. Японские игроки за своим столиком, напротив, стали разговаривать спокойнее, чем пять минут назад, но они по-прежнему внимательно следили за Шэнь Ко.

– Поражение предрешено. – Мужчина средних лет с длинными волосами покачал головой и вздохнул, как будто потерял интерес к шахматной доске.

– Нет! У нас все еще есть шанс. – Цзян Юань, сохраняя спокойствие, сидел, уставившись на доску.

– Даже если сейчас быстро сделать удачный ход, все равно проиграем по очкам. Противник славится своими финалами, и шансов выиграть практически нет. – Мужчина сдался и собрался уходить.

– Возможно, вы не знаете, что в командных соревнованиях у каждой команды есть право отложить партию и продолжить доигрывание позже, и никто из нас им раньше не пользовался.

– Так это когда было! Это правило старше меня! Разве оно еще действует? – В голосе мужчины звучало сомнение.

– Хотя это соревнование проводится в нашей стране, японская сторона специально попросила включить в правила этот пункт, чтобы отдать дань уважения своим предшественникам [4], – объяснил Цзян Юань. – На этом турнире можно приостановить игру в любое время после ее начала, дав игрокам три дня на обдумывание следующего хода, так что у нас есть все шансы вернуться.