Оставь себе Манхэттен - Данжелико П, - Страница 28

Я испекла кексы вчера, перед той злополучной поездкой на квадроцикле в город. Быстрый взгляд на поднос, находящийся на столе, дал понять, что нескольких штук не хватало. Кое-кто все-таки приходил домой. У меня потеплело в груди.

Дрейк кивнул и жестом показал, что угостится кофе и выпечкой позже. Затем отступил назад, указывая на радиатор и водонагреватель, расположенные в сарае, пристроенном к хижине.

– Дрейк. – Я коснулась его руки, прежде чем он скрылся из виду. Он повернулся ко мне, его нежный взгляд упал на мои губы. – Ты не видел Скотта? Возможно, ты знаешь, где он?

Давайте будем честны: Скотт, по сути, победил. Я не могла продолжать так жить. Я ненавидела то, что он взял надо мной верх, но комфорт был важнее, чем гордость. Моя работа критически важна, и я не могла выполнять ее в таких условиях. Не на долгосрочной перспективе. Определенно не в течение трех лет. Сегодня я уезжала, и нужно было предупредить Скотта, что, когда я вернусь, условия нашего проживания должны измениться. Я даже готова снять какую-нибудь квартирку в городе, чтобы он мог пожить у меня.

Смущенный вопросительный взгляд, которым ответил Дрейк, был просто очарователен. Я, однако, слишком сильно продрогла и страдала от похмелья, поэтому не могла долго им любоваться.

Дрейк достал телефон из заднего кармана джинсов и набрал текст.

«У себя дома».

Я моргнула. Затем еще раз и еще. Информация произвела эффект ядерной бомбы. Я попыталась выровнять дыхание, изо всех сил стараясь контролировать свою реакцию, как делала всегда. Я чертовски гордилась собой, потому что готова была взорваться, как Йеллоустонский гейзер, но сдерживалась. Тем не менее унять жар, который поднимался по шее и заливал лицо, не получалось.

Я мысленно прокрутила в голове снимки Скотта, сделанные много лет назад. Интуиция не подвела. Эта хижина была не в его стиле. Он все это время обманывал меня. Пока я была близка к тому, чтобы заболеть… или совершить убийство. Пока не уверена, что более вероятно. Скорее всего, и то, и другое.

– То-о-очно, – ответила я, задыхаясь.

Мысли находились в беспорядке, отчего даже такое простое слово я произнесла с большим трудом.

– Напомни, пожалуйста, как мне туда попасть? – спросила я.

Он напечатал:

«Поднимитесь по грунтовой дороге на холм, поверните у осин направо и продолжайте подниматься. Вы не пропустите дом».

Я заставила себя улыбнуться.

– Спасибо.

Дрейк вздернул подбородок и обошел хижину. Как только он скрылся из виду, моя улыбка исчезла, и я перешла к активным действиям. Одеяло, накинутое на плечи, полетело на пол, я натянула ботинки. Затем направилась прямиком к сараю, Ромео и Джульетта последовали за мной. Вчера я видела там горный велосипед.

Оседлав его, я взглянула на своих верных лохматых друзей.

– Пришло время выбить из вашего хозяина дерьмо.

Двадцать минут спустя…

Его дом был великолепен. По приблизительным подсчетам, его территория занимала около десяти тысяч квадратных футов. Натуральный камень, стекло и полированное дерево. Он смотрелся органично на фоне потрясающего пейзажа. И все же я не могла по достоинству его оценить. По крайней мере пока. Намного, намного, намного позже я бы сделала это. Однако в тот момент легкие жгло после поездки в гору, икры и ягодицы ныли, а внутри дома все еще находился человек, из которого я могла бы испечь пирог.

Пыхтя от негодования и безуспешно пытаясь отдышаться, я подъехала к входной двери с огромным выступом из дерева и камня сверху и бросила велосипед на подъездной дорожке. Испытывая сильную боль, я споткнулась; легкие горели сильнее, чем квадрицепсы. Схватив камень среднего размера, я пару раз подкинула его на ладони и решила, что его веса хватит, чтобы нанести имуществу моего засранца-мужа серьезный ущерб. Затем я изо всех сил швырнула его в одно из панорамных окон, вскрикнув от удовлетворения. Камень попал точно в центр, но издал глухой звук и упал обратно на землю, не оставив даже царапины. От разочарования мне снова захотелось закричать.

Адреналин и жажда справедливости заставили ноги двигаться. Поднявшись по лестнице к входной двери, я нажала большим пальцем на кнопку звонка и не отпускала ее до тех пор, пока с другой стороны не послышался женский голос.

– Да иду я, черт возьми!

Если это клоун, я точно надеру ему задницу.

Входная дверь распахнулась, на пороге появилась отнюдь не стройная модель, но, тем не менее, очень высокая женщина. Она, однако, была бы в конце «списка идеальных» по Рубенсу[13]. Это была женщина средних лет с короткими рыжими волосами, широкими плечами и глазами необычного голубого оттенка. Собаки проскочили мимо меня в дом, как будто делали это миллион раз, и давление у меня подскочило до небес.

Женщина заметила мой потрепанный вид – взъерошенные волосы, румянец, появившийся на щеках от перенапряжения, безумный взгляд, – и ее губы, покрытые розовым блеском, изогнулись в ухмылке.

– Кто вы? – сердито спросила я, потому что… Неужели в этой ситуации нашлось бы место хорошим манерам? Нет уж, они остались в хижине.

– Это ты кто, черт возьми, такая, милочка? – ответила высокая женщина.

Она весело улыбнулась и произнесла это более ласковым тоном, чем я. Очевидно, она не страдала от холодного душа и перепадов настроения одного недозрелого мужчины.

– Жена Скотта. – Я безуспешно пыталась разглядеть убранство дома, мельком заглядывая высокой женщине за спину. Она продолжала преграждать мне путь. – Где этот двуличный сукин сын?

– Ах да, новая жена. – Она протянула мне руку, я отметила ее идеальный маникюр. – Приятно познакомиться. Я Джен, домработница Скотта.

Сколько бы очков кармы Скотт ни заработал, наняв трансгендерную женщину, их количество казалось ничтожным по сравнению с теми баллами, которые по праву присуждались мне за все дерьмо, через которое он заставил меня пройти.

После короткого рукопожатия я подошла ближе:

– Приятно познакомиться. Мне сейчас же нужно его увидеть. – Когда Джен не сдвинулась с места, я пошла ва-банк. – Джен, верно? Я три недели жила без горячей воды и отопления, потому что Скотт солгал мне. Он заставил меня поверить, что его домом была хижина, а не… – я указала на особняк, на пороге которого мы стояли, – …вот это.

Джен моргнула. В ее ярко-голубых глазах отразилось сочувствие.

– Он в главной спальне. Пройдите вперед по коридору и поверните направо. Только снимите ботинки. И, пожалуйста, не испачкайте кровью ковры. Они тибетские.

Затем Джен отошла в сторону.

Мы с ней прекрасно поладим.

Сбросив заляпанные грязью ботинки, я направилась прямиком в спальню Скотта и ворвалась в нее без стука. Там я не обнаружила ничего, кроме дорогой дизайнерской мебели. Строгость темного дерева смягчалась натуральными тканями в серых и бежевых тонах. Огромная кровать была застелена импортным постельным бельем бренда Frette и одеялом из гусиного пуха Scandia.

Давайте не будем забывать о печально известном матрасе Hästens, о котором я так много слышала, – вот он, одним своим видом насмехается надо мной. Все эти холодные ночи, когда я лежала на кривом надувном матрасе, свернувшись калачиком рядом с собаками, чтобы согреться… Все это время, когда мне приходилось принимать ледяной душ…

По иронии судьбы, именно звук льющейся воды прервал мои размышления. Я пересекла комнату, распахнула настежь дверь… и тут же пожалела об этом.

В противоположном конце очень большой ванной комнаты с каменным полом с подогревом (с подогревом!) под душем, смывая шампунь с головы, стоял Скотт. Вода, смешанная с пеной, стекала по его мышцам. На его теле не было ни сантиметра лишнего жира. Стыдно признаться, но мое внимание сразу же переключилось на то самое место. Его толстый и длинный член покоился среди аккуратно подстриженных темных волос, пока не начал твердеть под моим пристальным взглядом.