Оставь себе Манхэттен - Данжелико П, - Страница 46

Пока наши губы сливались в поцелуе, он раздел меня догола, уложил на второсортную кровать мотеля и медленно начал раздеваться сам, я наблюдала за ним с нескрываемым ликованием в глазах. Это было лучше любого рождественского подарка, который я когда-либо получала. Серый свитер? Бум – и пропал. Дизайнерские итальянские ботинки? Оказались сброшены, вот и отлично. Джинсы? Пока-пока.

– Без трусов?

Он озабоченно нахмурился.

– Я спешил к тебе.

– Я когда-нибудь говорила тебе, что ты идеален?

– Нет. Но ты назвала меня королевской занозой в заднице. – Он широко улыбнулся.

– Это то же самое. Иди сюда.

Я поманила его в свои объятия. При всех недостатках Скотт Блэкстоун – бывший плейбой и любитель вечеринок, защитник окружающей среды и новоиспеченный король скотоводческого бизнеса – был идеален для меня.

Он стоял передо мной обнаженный, с гордостью демонстрируя каждую четко очерченную линию мышц. Его эрекция выделялась на фоне остального тела. Орудие Господне. Произведение искусства, созданное для того, чтобы доставлять удовольствие.

Я подумала о том, что сказали бы на это бабушка с дедушкой, и усмехнулась. Возможно, я была такой же, как моя мать – страстной и склонной к получению удовольствия грешницей… безнадежным романтиком. Мои бабушка и дедушка делали все, что в их силах, чтобы выбить это из меня, но у них ничего не вышло. Моя натура попала под программу защиты свидетелей, пряталась, ожидая, когда появится Скотт и выпустит ее на свободу.

– Ты смеешься надо мной? – спросил мужчина моей мечты с легкой усмешкой.

Благослови его Господь, у Скотта была такая здоровая самооценка, что ему даже в голову не пришло бы обидеться. Мне это в нем нравилось. Полностью обнаженный, он поставил колено на кровать и начал подкрадываться ко мне.

– Просто подумала, что, должно быть, очень похожа на свою мать. Я в полном восторге от твоего тела…

Или твоего сердца…

Но я не осмелилась сказать это вслух. Я была на семьдесят пять процентов уверена, что на сто процентов влюблена, и не могла рисковать потерять его, проговорившись о любви в минуту слабости.

По правде говоря, я не знала, что Скотт чувствует ко мне. Его стремление заботиться обо мне было очевидным. Он не только доказывал это на деле, но и открыто говорил о своем влечении ко мне. Но любовь? Я совершенно уверена, что Скотт никогда раньше не был влюблен. Кроме того, он определенно из тех парней, у кого все эмоции открыто отражаются на лице, так что я бы точно заметила его чувства.

Нет, я не думала, что он влюблен в меня. Не так, как я была влюблена в него.

– Живое искусство? – самодовольно спросил он.

– Музей Гуггенхайма не сравнится с тобой, малыш.

– Я весь ваш, миссис Блэкстоун, – объявил он хриплым голосом. – Делайте со мной что хотите.

Взгляд его темно-синих глаз не отрывался от моего лица, пока он медленно опускал голову мне между ног; его щетина, касаясь кожи и царапая внутреннюю сторону бедра, заставляла меня снова и снова покрываться мурашками. Мои ладони сжались в кулаки, ноги напряглись от ощущения его горячего дыхания, а пятки уперлись в матрас.

К тому времени, как его рот прильнул к моему чувствительному местечку, я находилась уже на полпути к оргазму. Есть что-то особенное в мужчине, который знает, как обращаться с женщиной – и не только с ее телом. Вскоре я уже извивалась от удовольствия, а события последних сорока восьми часов сливались с отдаленным фоновым шумом, пока я занималась лучшим сексом в жизни.

Губами и руками Скотт вытянул из меня в общей сложности не один, а целых два потрясающих оргазма. Затем он встал на колени и стал касаться моего тела, отмечая самые интересные места поцелуями. Раздвинув мои ноги своими бедрами, он устроился между ними, властно освободив место для себя. Скотт действовал решительно, с уверенностью человека, который знает, как доставить удовольствие и получить его взамен.

Наши тела соприкоснулись. Его возбужденный член прижался ко мне, и Скотт начал покачивать бедрами. Когда трение стало сводить меня с ума, я перевернула его на спину, схватив за плечи, и оседлала. Скотт застонал от удовольствия, когда я медленно опустилась на него. Смотря прямо в глаза, я склонилась над ним, положила руки по обе стороны от его головы и замерла, чтобы полюбоваться им.

Скотт был потрясающе красив. Я много лет наблюдала за тем, как женщины падали к его ногам, но не поэтому находила его неотразимо сексуальным, не поэтому не оттолкнула, когда он поцеловал меня на свадьбе сестры. В его глазах светилась безграничная любовь к жизни. Он оставался самим собой, несмотря ни на что. И я ему завидовала. Это было заразительно. Он заставил меня тоже захотеть так жить.

– Я всегда найду тебя, – пробормотал он, его взгляд наполнился тоской.

Возможно, эти чувства не продлятся долго, а возможно, нам повезет. Я не была уверена, что госпожа удача на этот раз будет на моей стороне, но даже не думала жаловаться. Лучше буду наслаждаться каждым подаренным мне мгновением.

– Кто ты такой? – спросила я, глядя в лицо мужчины, которого любила.

– Твой муж.

Глава 20

– Я знаю, что ты не спишь, – Голос Скотта был хриплым, потому что большую часть ночи мы провели, занимаясь любовью. Не то чтобы кто-то жаловался. Письма все равно не дали бы мне уснуть. – Сид?

– Да?

Уже почти рассвело. Мы лежали в обнимку в позе «ложки», я была «большой», а он – «маленькой». Я поцеловала его обнаженную спину, и он повернулся ко мне лицом, без сомнения, в поисках признаков грусти. Он провел подушечкой указательного пальца по моей щеке, затем по губам и легонько постучал по ним.

– Расскажи мне, что произошло.

Эта история казалась невероятной, но я знала, что должна поделиться ею со Скоттом. Он воспринял бы молчание не лучше меня, окажись я на его месте. Еще одна сложность заключалась в том, что я была отчаянно влюблена в Скотта и не знала, в каких выражениях будет лучше преподнести информацию о Джоше.

Хотела ли я все исправить? Конечно. Собиралась ли отказаться от Скотта, чтобы сделать это? Определенно нет.

– В лето, когда мне исполнилось шестнадцать, я подрабатывала в городской библиотеке. В то время я делала все что угодно, лишь бы не быть дома. Работала в «Дейри Куин»[18], присматривала за соседскими детьми и тому подобное. На тот момент рядом с библиотекой строился хозяйственный магазин. Каждый день я обедала в переулке, который разделял два этих здания… Так я и познакомилась с Джошем. Он был одним из строителей. Я никогда не видела его раньше, потому что он вырос в соседнем городе, а я редко покидала дом, особенно по вечерам, если только не работала няней.

Я замолчала, и Скотт обхватил ладонями мое лицо, слегка касаясь большими пальцами подбородка, призывая продолжить рассказ.

Я любила этого мужчину. Любила настолько сильно, что это пугало. Я хотела быть с ним больше всего на свете.

– Джош любил читать фэнтези. Так мы и начали общаться – обсуждали книги. В свои восемнадцать лет он был достаточно умен для колледжа, но не имел финансовой возможности туда поступить. Мать-одиночка, талоны на питание и прочие прелести жизни… В общем, мы полюбили друг друга.

Я глубоко вздохнула.

– Мои поступки никогда не шли вразрез с волей моих бабушки и дедушки, но Джош изменил меня. Это было так… Словно любовь к нему открыла мне глаза на мир. На то, что когда-нибудь я смогу уехать из этого города. Что смогу вырваться из-под их контроля…

Некоторые люди считают, что нет ничего ужаснее, чем жить в постоянном страхе, но я вам скажу – это неправда. Безнадежность намного хуже страха. Страх побуждает продолжать борьбу. Безнадежность велит сдаться.

– Однажды дедушка, проезжая мимо библиотеки, решил заехать за мной, хотя, вероятно, к тому моменту он что-то заподозрил, потому что в те дни я просто светилась от радости. Он увидел, как мы сидели вместе и смеялись. А затем то, как Джош поцеловал меня. Это был абсолютно невинный поцелуй. Он едва прикоснулся ко мне.