Плохое путешествие. Том 1 и Том 2 (СИ) - "Давление" - Страница 94

— А с тобой-то чего⁈

— Гр-р-р… — раздалось ворчливое негодование. Она даже голову не повернула.

— Я вкусняшки принёс.

— Ыф!

Нет, вы посмотрите на неё!

— Может, в мячик поиграем? — тишина. — Ириска, ну только ты мне сцен не устраивай, а?

Последний вопрос вообще остался без ответа.

— Чё это она? — поинтересовался Тиф, доедая свою кашу. До сих пор не понимаю, как он может есть при той вони, что царила на псарне.

И вот что ему сказать? Зная, как Тиф относится к Мавике, решил сделать вид, что понятия не имею.

Немного помог ему с уборкой и кормёжкой. Потом, хоть Ириска и делала вид, что меня теперь не существует, почесал её щёткой. Знаю, что ей это нравится. А ближе к середине дня пришлось вернуться обратно в барак. Необходимо было привести себя в порядок перед встречей с Хеленой.

Спустя несколько часов я был на пороге её мрачного особняка, который разительно отличался от всего, что мне доводилось видеть в аду. Клайд встретил меня у крыльца и проводил на второй этаж в знакомую мне комнату.

— Госпожа Хелена, я привёл раба, о котором вы говорили.

— Замечательно, заводи его. — услышал я довольный голос, пока стоял в коридоре.

— Заходи. — Клайд встал вполоборота и указал рукой внутрь.

Я прошёл внутрь, и мой взгляд сразу же выцепил окно, через которое мне доводилось вылетать уже целых два раза. Примечательно, что стёкла стояли на месте, однако это нисколько не обнадёживало, поскольку сами ставни были открыты.

— Чем могу быть полезен, госпожа Хелена? — я слегка поклонился.

Демоница поднялась со своего кресла, подошла к столу и принялась наполнять бокал, искоса поглядывая в мою сторону. Сегодня она решила принарядиться в красное платье с открытым животом и бёдрами. Всё бы ничего, но оно было выполнено из тончайшего шёлка, что в сумме с фактом игнорирования нижнего белья заставляло меня чувствовать некоторую неловкость. Хелена, в отличие от той же Мавики, выглядела как взрослая девушка.

— Может, вы желаете услышать продолжение истории о пергаменте смерти? Или она вам не понравилась? — предпринял я ещё одну попытку завязать разговор, а то тишина меня откровенно угнетала. Слышно было только, как вино плещется в бокале этой стервозины.

— Ну почему же не понравилась… Очень даже понравилась. Эвелин…

— Да, госпожа.

Я невольно сделал шаг назад и покосился на блондинку, которая уже успела подняться со своего места.

— Засунь ему кулак в задницу и вытащи оттуда всё, что там найдёшь. — усмехнулась демоница и опёрлась бедром на стол, с усмешкой поглядывая в мою сторону.

— Да, госпожа.

Сказать, что я охренел, это ничего не сказать. В голове разом вспыхнуло миллион мыслей, начиная тем, что делать, и заканчивая самоликвидацией из комнаты путём выхода в окно.

— В смысле⁈ Да… За что⁈ Я же ничего ещё не сделал! Госпожа Хелена!

Эвелин как раз закончила с натягиванием перчатки на кулак, так что я вполне мог представить, как это будет происходить со мной, но самое страшное — в глазах блондинки читалась полная готовность выполнить этот приказ. Сказать, что у меня сжалось очко в этот момент, это ничего не сказать. Сердце удар пропустило, когда эта белокурая дрянь оказалась в метре от меня.

— Эвелин… — внезапно подняла руку Хелена. — Отставить.

Я сглотнул, глядя, как блондинка, выждав, двинулась обратно в угол комнаты.

— Х-хорошие у вас шутки, госпожа.

Хелена покрутила вино в бокале, чуть пригубила, а затем прошла к своему креслу.

— Ты начал бояться, Хью. Это хорошо. Это правильно. Теперь ты вздрагиваешь, стоит мне только произнести имя своей хранительницы. По твоей тощей спине начинают бегать мурашки, учащается пульс, а кожа становится влажной. — Она снова замолчала, продолжив любоваться вином. — Знаешь, сколько рабов прошло через наши руки, Хью?

— Никак нет, госпожа.

— Много… Очень много. И такой взгляд, как у тебя, отнюдь не редкость. Мы пытались его лечить по-разному, но самым эффективным методом оказались боль и страх перед этой болью.

— То есть вы пытаетесь выбить ненависть к себе страхом и насилием? Не думали, что ваша жестокость и желание причинить кому-то вред породит ещё больше ненависти и неприязни? Очень странный способ заручится преданностью.

— Хочешь сказать, что он нерабочий? Хочешь сказать, что не боишься меня? — усмехнулась демоница.

— Боюсь. Трудно не бояться, когда тебе ломают кости при любом удобном случае, но…

Хелена отмахнулась, оборвав меня.

— Но ты убьешь меня, как только у тебя подвернётся такая возможность. Да-да, проходили. Мне очень не хочется тебя калечить, Хью, но пока я не увижу в твоём взгляде покорность, о спокойной жизни можешь забыть. Либо ты прогибаешься сам, либо в процессе. Сколько раз Эвелин ломала тебе ноги? Два? Может, три? А тебе уже страшно. Представь, что из-за твоей бессмысленной упёртости это произойдёт ещё пятьдесят раз или… сто. Но самое главное, что твоё сопротивление не имеет никакого смысла. Твоя гордость ни к чему не приведёт, а непослушание доставит только ещё больше проблем. И для чего? Чего ты хочешь добиться? Однако сегодня у тебя счастливый день, Хью. Предлагаю узнать друг друга получше. Возможно, это поможет тебе понять меня и быстрее принять как своего хозяина. — На последнем слове она довольно улыбнулась и снова пригубила бокал. — Эвелин… Ха-ха, Хью, спокойно, расслабься, она не только кости ломать умеет. — Рассмеялась Хелена, заметив, как я напрягся, услышав имя белобрысой гадины. Однако вместо побоев демоница попросила подать для меня стул, расположив мою тушку так, чтобы мы сидели вполоборота друг к другу, а между нами располагался небольшой столик с бокалами.

— К сожалению, продолжение сказки о пергаменте смерти мы сегодня не услышим. Мне бы хотелось узнать полную и правдивую историю о том, как ты получил своё имя, Хью. Думаю, темой сегодняшнего вечера станут наши имена. Как на это смотришь?

Я покосился сперва на бокал, а затем на Хелену. Демоница чувствовала себя расслабленной, постоянно улыбалась, жестикулировала и всем своим видом показывала, что она хозяйка положения, а я тупая бестолочь, которой выпала честь оказаться с ней в одной комнате и за одним столом. Радуйся, бес, до тебя снизошли.

Тьфу, блин.

— Прошу прощения, госпожа, но… — хотел сказать «я не думаю», но осёкся. Догадываюсь, что она скажет на этот счёт. — Как мне кажется, вам не будет интересна моя история.

— О, позволь я сама решу, что для меня будет интересно. — А, ну да… Сказал по-другому, но результат получил тот же. — Если поведаешь всё без утайки, то я, так и быть, расскажу свою историю. Но прежде…

«Да иди ты нахер со своими историями!»

Демоница неожиданно встала с кресла и подошла к тому самому окну, через которое я обычно выходил из её поместья.

— Мавика!

— Д-да, госпожа! А-а-а я тут это… — неожиданно послышался растерянный голос близняшки с улицы.

— Перестань здесь слоняться и займись делом. — скомандовала Хелена холодным тоном.

— Ам… Как пожелаете, госпожа!

«То есть… Мавика была уверена, что меня опять выкинут в форточку, и ждала, чтобы подобрать и вылечить… Это, наверное, даже мило…»

— Что ж, Хью, можешь начинать. — Хелена уселась обратно в своё кресло. — Однако сперва выпей вина, оно позволит тебе расслабиться.

— Я не пью, госпожа. — чуть помедлив, ответил.

— А это была не просьба. Пей и начинай. Но учти, что стоит мне поймать тебя на лжи, как Эвелин тут же выполнит мой первый приказ. Тот самый, который ты услышал, когда только вошёл в комнату. А потом ты полетишь в окно. Разумеется.

Ладно, попробуем твою бурду, госпожа драть-тебя-в-ухо-Хелена.

Я поднёс бокал к носу и под пристальным взглядом демоницы сперва принюхался. Пахло вроде ничё так. Отец с матерью иногда просили Риту принести из погреба бутылку какого-нибудь старого вина урожая, когда бабка родила. Они потом разливали его по огромным бокалам, бултыхали, нюхали, пили и восхищались насыщенным вкусом. Говорили про какой-то букет. Совру, если скажу, что не хотел попробовать, что там за вкус такой, но мне не разрешали. И кто бы мог подумать, что свой первый бокал я попробую именно в аду.