Мистер Февраль (ЛП) - Гудин Николь С. - Страница 2

Я забираюсь в кровать и делаю все возможное, чтобы оттолкнуть парня достаточно, чтобы у меня было достаточно места, чтобы лечь.

Я никаким образом не смогу затащить его под одеяло, так что вместо этого я хватаю покрывало с края кровати и накрываю его им.

Прямо рядом с кроватью у меня стоит ведро и лежит полотенце, и если это все ему не понадобится, я буду в шоке. Парень пьян в стельку.

Я ещё раз проверяю, что он все ещё лежит на боку в безопасном положении, прежде чем выключаю свет и закрываю глаза.

***

Я просыпаюсь от звуков и запаха рвоты. Я стону и нащупываю выключатель на стене над моей головой.

Я моргаю от яркого света и оглядываю комнату, когда вижу, что большая часть тела парня находится в ведре.

Я вскакиваю с кровати и иду по коридору туда, где раньше видела кухню.

Я наполняю два стакана водой и роюсь в шкафчиках и ящиках, пока не нахожу какие-то обезболивающие. Это понадобится.

К тому времени, как я возвращаюсь в спальню, он снова отключился, лежа на спине, так что я поворачиваю его набок и забираю ведро с вонючим содержимым и грязное полотенце.

Не могу поверить, что убираю рвоту за незнакомцем, но я чертовски хорошо знаю, что больше не смогу уснуть, если не сделаю что-то с этим запахом. Плюс он супер-сексуальный незнакомец, так что каким-то образом мне удаётся убедить саму себя, что это не так уж и плохо.

Я смываю содержимое ведра в унитаз и ополаскиваю его. Хватаю другое чистое полотенце и кладу все на то же место на случай, если парень решит, что ему нужен второй заход.

Я делаю глоток воды и своего стакана, после чего снова забираюсь в его постель. Может быть, я и не была так же пьяна, как он, но я выпила большую часть бутылки вина за ужином, плюс потом ещё коктейли в баре, так что возможно мне самой понадобится немного обезболивающего, если когда-нибудь наступит утро.

Он стонет во сне, и я чувствую, как он водит рукой под одеялом.

Его рука находит мою голую ногу и медленно гладит её вверх-вниз.

Я должна оттолкнуть её, знаю, что должна, но мне в каком-то смысле это нравится. Его рука большая, тёплая и нежная.

Я снова закрываю глаза, пока его рука все ещё лежит на моей ноге, и позволяю сну охватить меня.

Глава 3

Джексон

Я выползаю из ванной так тихо, как только могу, и вздрагиваю при виде беспорядка передо мной.

Везде это дерьмо, и эта бедная девушка, кем бы она ни была, наверняка видела все это. Я буквально выставил напоказ своё грязное белье.

Я пытаюсь расчистить путь, возвращаясь к кровати.

Я смотрю на ведро, ожидая увидеть его заполненным рвотой, и я шокирован тем, что вижу его пустым и чистым.

Меня определённо вырвало прошлой ночью. Запах у меня изо рта, когда я проснулся, убедил меня в этом.

Я изучаю женщину, поверхностно дышащую во сне.

На ней одна из моих маек, её красное платье брошено на стул в углу, там же находятся её туфли и остальные её вещи.

Я чувствую себя полным придурком. Я не имею ни малейшего понятия, кто она такая, не говоря уже о том, что между нами было прошлой ночью.

Я чертовски надеюсь, что не трахнул её. Она великолепная и очевидно с добрым сердцем, если она на самом деле почистила ведро с моей рвотой. Мне бы не хотелось думать, что прикоснулся к ней, когда едва был в сознании.

Если собираешься быть внутри женщины, которая выглядит подобным образом, ты захочешь быть в состоянии это помнить.

Я сажусь на край кровати и тихо посмеиваюсь над стаканом воды и обезболивающим, которые ждут меня на прикроватной тумбочке.

Я выдавливаю пару штук и проглатываю их, благодарный за это. Прошлой ночью я довёл себя до ужасного состояния, судя по моей раскалывающейся голове и провалам в памяти.

Я ломаю голову, пытаясь сообразить, что, черт возьми, произошло прошлой ночью. Я помню, что был один. Мы закрылись, и я отправил всех домой, так что теперь не могу понять, как эта темноволосая богиня оказалась в моей постели.

Я припоминаю, как кружилась комната и как кто-то называл меня «красавчиком», но не могу заполнить пробелы… а их чертовски много.

Черт возьми, мне на самом деле нужно прекратить так напиваться.

Я ложусь обратно и переворачиваюсь лицом к незнакомке в моей постели.

Я провожу пальцем по её щеке, и она немного шевелится во сне.

Она красивая.

— Эй… Просыпайся, — говорю я. Боже. Я даже не знаю её имени. Мне чертовски неловко.

Я провожу рукой вверх-вниз по её плечу и руке и наблюдаю, как её глаза начинают сонно открываться и закрываться.

Наконец, они полностью открываются и фокусируются на моем лице.

У неё очень тёмные карие глаза. Они настолько близки по цвету к чёрным, что могу сказать, что я никогда не видел ничего подобного.

— Доброе утро, Джексон Мэтьюс, — говорит она, зевая.

Я смущённо пялюсь на неё, и она хихикает.

— Кэти, — подсказывает она.

— Кэти, — повторяю я, и имя кажется мне смутно знакомым.

— Как голова? — спрашивает она.

— Бывало и получше.

— Уверена, так и есть.

Она не выглядит так, будто ей неловко или будто она жаждет сбежать, и я ничего не могу понять.

В тишине мы пялимся друг на друга, прежде чем я не вспоминаю, что у меня есть яйца и пришло время воспользоваться ими, чтобы разобраться с печальным положением дел в моей жизни.

— Детали прошлой ночи немного туманны для меня… — говорю я, и смущение окрашивает мой голос.

— Это не удивительно… — скромно отвечает она.

— Мы… — Я неловко прочищаю горло. — У нас… эм… был секс?

Она смеётся и качает головой.

— Нет, Казанова, не было.

Черт возьми, спасибо за это.

— Я поцеловал тебя? — Я вздрагиваю.

— Неа.

— Не хочу показаться придурком… Но что именно ты здесь делаешь?

Это новое дно для меня. Сейчас мне невероятно стыдно за себя.

Хотя она, кажется, не злится, вообще-то она легко смеётся.

— Ты был пьян. Я помогла тебе подняться и уложила в постель. Я не могла оставить тебя здесь в том состоянии, что ты был.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох.

— Меня вырвало, да?

Она кивает со всей серьёзностью.

— Ты случайно не ел пасту на ужин?

Я чувствую, как горят мои щеки. Она снова смеётся в ответ на мою очевидную неловкость.

Я благодарен ей за помощь, на самом деле это так, но это неправильно. Она красивая женщина, и не у всех мужчин такие же моральные принципы, как у меня. Она могла бы навлечь на себя серьёзные неприятности, забравшись вот так в постель к незнакомцу.

Я знаю, что люди все время занимаются одноразовым сексом, и я полагаю, что это, возможно, не в новинку для неё, но это все равно не кажется мне правильным.

— Зачем ты сделала это для меня? Я мог бы оказаться полным психом, а ты просто так пришла в мою квартиру.

Она пожимает плечами.

— Ты выглядишь достаточно безобидным. И я просто не могла оставить тебя так.

Я вопросительно смотрю на неё. Здесь что-то большее. Я слышу это в её голосе.

Она ежится.

— Мой брат подавился собственной рвотой после пьянки. Он бы мог умереть, если бы его девушки не было бы с ним в ту ночь, чтобы помочь прочистить дыхательные пути и вызвать скорую… Я просто не могла рисковать, чтобы ты стал ещё одним человеком в этой статистике.

Не знаю почему, но по моим рукам бегут мурашки. Эта девушка действительно искренняя, и мне нравится это, даже если она рискует собственной безопасностью, чего ей делать не следовало.

— Так… — Она пожимает плечами. — Собираешься сказать мне, почему ты вчера топил свои печали в бутылке?

Я снова вздрагиваю. Не имею понятия, как много или мало я рассказал этой женщине, но учитывая, что она чистила ведро, наполненное моей рвотой, я полагаю, что по крайней мере должен сказать ей правду.

— Моя невеста. На самом деле бывшая невеста… На прошлой неделе она сказала мне, что изменяла мне… С моим приятелем.