Поймать хамелеона (СИ) - Григорьева Юлия - Страница 68

— То вы рычите на меня, то целуете, то признаетесь в чувствах, — девушка сжала виски пальцами. — Безумие какое-то, — пробормотала она и, обернувшись, спросила: — Но когда вы успели полюбить меня?

Котов поднялся на ноги, подошел к ней. «Не сходи с ума, — требовал здравый рассудок. — Скажи, что выразился не верно, что она тебе просто понравилась, как нравится всякая хорошенькая девушка. Ты всё равно не сможешь составить счастье этой девочке, не морочь ей голову».

— С первого взгляда, — ответил Олег. Чувства оказались громче разума. — С того момента, как вы обернулись и посмотрела на нас с Ковальчуком, ваш образ преследует меня.

Глашенька закусила губу и потупилась. Котов смотрел на нее сверху вниз и мучился желанием обнять. Однако он и без того уже перешел рамки. И раз уж язык молол то, о чем стоило смолчать, то хотя бы руки стоило держать при себе.

— А я вас тогда совсем не запомнила, — донеслось до розыскника. — Даже не заметила толком. Но когда вы подошли ко мне в парке… С тех пор я не могу выкинуть вас из головы. И когда Миша увез меня в тот дом, я ужасно на него рассердилась, а потом, — барышня наконец подняла взгляд на Олега, — я стояла там и мечтала, как было бы хорошо случайно встретиться с вами. И вдруг вы зовете меня, еще и настоящим именем…

— Так вы улыбались, думая обо мне? — спросил Олег. — Там во дворе. Я долго наблюдал за вами и не решался нарушить вашего счастливого уединения.

— Да, — шепнула Глашенька и вновь опустила голову.

И Олег перестал бороться с собой. Он накрыл плечи девушки ладонями, и она, вскинув голову, заглянула магу в глаза. Котов вымученно улыбнулся и провел по ее щеке тыльной стороной ладони, а после вновь уложил ее на девичье плечико и привлек барышню к себе. Целовать уже не спешил, все-таки вернув хрупкую грань, за которую не стоит переступать.

Надо было что-то сказать, чтобы нарушить тишину. Закончить разговор, волновавший обоих, потому что закончиться он должен был не так радужно. А произносить слов, которые поставят точку по-прежнему не хотелось. Олег уже решил спросить, когда же он успел нарычать на гостью, чтобы сменить тему, и в это мгнвоение звякнул колокольчик на входной двери.

Мужчина и девушка отшатнулись друг от друга, будто их могли увидеть.

— Кто это? — с заметной тревогой спросила Глашенька.

Котов пожал плечами.

— Сейчас узнаю, — ответил он. — Оставлю вас ненадолго, — и направился к двери.

Там стоял швейцар. Он держал в руках коробку, завернутую в желтоватую бумагу. Края ее были запечатаны сургучом, а на нем стоял оттиск аптеки, хорошо известной розыскнику.

— Доброго дня, голубчик, — первым произнес маг.

— Доброго дня, ваше благородие, — поклонился швейцар. — Посыльный оставил для вас. Сказал, что это ваш заказ, и он готов. Занедужили, Олег Иванович?

— Благодарю за беспокойство, — улыбнулся ему Котов, — ничего ужасного. — Он забрал сверток и велел: — Подожди, не уходи.

Вернулся Олег быстро, сунул швейцару рубль и вновь улыбнулся:

— Благодарю за службу.

— Ну что вы, ваше благородие, работа такая, — ответил мужчина, убирая рубль. — Благодарствую.

Котов кивнул и закрыл дверь. Он взял принесенный ему сверток и отнес его на кухню, уже зная, что скрыто под оберткой. После направился к гостиной, посмотрел на девушку, настороженно глядевшую на него, улыбнулся и пояснил:

— Мне доставили отчет о том доме, в котором вы жили с братом. И о Дарье, о настоящей Дарье. Идемте на кухню готовить завтрак, заодно объясню, отчего казался вам сердитым.

Котов протянул руку в сторону Глашеньки, и она, приблизившись, вложила свою ладонь в ладонь розыскника. После улыбнулась, и Олег, чтобы вновь не затягивать паузы, повторил:

— Идемте.

На кухне розыскник растопил плиту, поставил на огонь пузатый медный чайник и развернулся к блюду, на котором Степан выкладывал свежеиспеченные булочки и пирожки, и конфузливо хмыкнул. О том, что они будут есть на завтрак, менее приспособленный к хозяйству маг шестой категории, не подумал, больше занятый иными делами.

Олег обернулся к Глашеньке и улыбнулся:

— А пойдемте-ка завтракать в ресторан, — сказал он. — У нас совершенно нет еды. Я дурной хозяин, простите.

— Ну что вы, Олег Иванович, вы чудесный хозяин, — польстила ему барышня. — Как велите, так и будет.

— Стало быть, велю в ресторан, — ответил Котов. — Сейчас погашу огонь и отправимся завтракать. У вас есть время собраться.

— А как же ваш отчет? — удивилась девушка.

— Прочитаю, пока вы собираетесь.

— А ваш рассказ о дурном настроении утром?

— Отвечу сейчас, — заверил Глашеньку мужчина. — Вы зря приняли на свой счет мое ворчание, милый ангел. Злился я на себя. Дело в том, что пока вы спали, я отправился ловить ту магиню, которую подозреваю в разрыве Мари, но опростоволосился, как бы ни стыдно было это признавать. Она сбежала, и в этом виноват только я сам. Вот оттого было и мое дурное расположение духа, которое вы приняли за рычание.

— И что же теперь? — девушка прижала ладони к груди. — Это может навредить Мишеньке?

— Нет, — Олег присел напротив и накрыл ее руку, лежавшую на поверхности стола, ладонью. — Вашему брату это никак не навредит. Его спасение от поимки магини или хамелеона не зависит, потому что ни Бэлу, ни поглотителя я выдать властям не могу по понятным причинам. А вот поимка вторженца из-за моего промаха опять откладывается. Это плохо. Он может еще кого-нибудь убить. Непростительная ошибка с моей стороны, оттого я и злюсь на себя.

— Но вы ведь снова можете отыскать ее, у вас такой чудесный дар, — оторвав взгляд от руки розыскника, барышня посмотрела ему в глаза. — Думаю, вам не о чем переживать. Попросту теперь вы учтете вашу ошибку, и у вас непременно всё получится, как надо. Непременно получится!

Котов скользнул кончиками пальцев по тыльной стороне ладони Глашеньки и откинулся на спинку кресла.

— Я не могу покидать Петербурга, — ответил он. — Но ее уже ищут мои коллеги, которые несут службу неподалеку от вашего поместья. Они менее ограничены в передвижениях, к тому же их больше. Ночью я связался с ними, теперь только и остается ждать известий. Надеюсь, они будут добрыми.

— Ну вот видите! — воскликнула барышня. — А вы браните себя. Не возводите на себя напраслину. Оплошности допускают много. Вот я, к примеру. Если бы я слушалась Мишу, то не оказалась в одиночестве на кромке леса и не пошла с Федотом. Быть может, тогда и он был бы сейчас жив. — Глашенька понурилась и вздохнула, но вдруг вскинула голову, и в глазах ее мелькнуло любопытство: — Но постойте, вы сказали, что ваши коллеги живут с нами по соседству? Где же?

— В Псковской губернии, — ответил Олег, — в Порховском уезде. Уж простите, большего я вам об этом не скажу.

— Так ведь и вправду соседи. Наш Старорусский уезд соседствует с Порховским, даром что губернии разные. Впрочем, и губернии наши рядом, и уезды. Стало быть, они и вправду быстро добрались до нас и вели свое расследование. А теперь будут искать вашу Бэлу…

Она нахмурилась, произнеся последнюю фразу, а Олег улыбнулся и вновь мягко пожал девушке руку.

— Ко мне эта женщина не имеет никакого отношения. До недавнего времени я даже не подозревал о ее существование. Это, к слову, тоже наше упущение со Стёпой. Бэла совершила тяжкое преступление и давно находится в розыске, а оказалось, что всё это время она жила у нас под боком, а мы ничего не знали. Впрочем, она дама умная и хваткая. Если бы не случайность, то и далее могла бы счастливо существовать рядом со служащими Ведомства.

— Что она сотворила? — с вернувшимся любопытством спросила Глашенька.

Котов коротко вздохнул и отвел взгляд к окну, вновь ощутив тяжесть на душе, принесенную воспоминанием о ночном провале. Еще и в Ведомстве вряд ли спустят с рук недоработку двух розыскников. По всему выходило, что они позволили и беглянке творить свои непотребства, и хамелеон ускользал сквозь пальцы, продолжая поглощать человеческие жизни…