Поймать хамелеона (СИ) - Григорьева Юлия - Страница 85

Виновник перемен в жизни отставного моряка думал уже вовсе не о том, кого оставил дома. У него были иные заботы.

— За домом следят? — спросил Котов, когда они с напарником направились к бывшему жилищу пойманной магини.

В этот раз, когда уже не надо было искать, розыскники шли иным путем, более коротким, а потом быстрым, хоть он и вел вовсе не по наезженным дорогам.

— У ограды парка стоял один, — ответил Стёпа. — Меня они не знают. Я подошел к нему, спросил табачку, он на меня зыркнул, будто властелин мира на болонку. Я немного с ним потолковал, узнал, что к Маклину приставлен.

— И что?

— Посоветовал ему покаяться в грехах и переехать в деревню, чтобы подлечиться. И никакой магии, ибо всё это мракобесие и шарлатанство, — ухмыльнулся Степан. — А пока мы разговаривали, другой подошел, этот вот как раз за домом следил, он за тобой должен был последовать. Я и ему помог осознать всю греховную суть их заблуждений. — Улыбка младшего розыскника стала шире. — Я когда в пролетку садился, они в ближайший храм на исповедь отправились. Очень прониклись моим советом.

Олег хмыкнул и потрепал приятеля по плечу.

— Отпечатки у них взял?

— Обижаете, господин хороший, — фыркнул напарник и продемонстрировал две «бусины». — Если что, найдем быстро.

— Хороший мальчик, — улыбнулся Котов, и больше они не отвлекались.

— Кстати, они мне еще кое-что рассказали, — Степан выдержал паузу, и когда Олег изломил бровь, хмыкнул и пояснил: — Бэлапоклонники хотят тебя выпотрошить.

— То есть? — озадачился старший розыскник.

— То и есть, — усмехнулся Стёпа. — Выкачать силу. Вроде как хотят прорвать Марь. Идиоты, что с них взять? Ничего не знают о других мирах, только то, что этот не единственный, и в другом есть магия. Так что, похоже, думают, что сразу попадут в магический, там и усилятся, и разовьют дар. О тебе отзывались крайне дурно. — Он упер в бок кулак левой руки, правую направил на приятеля и, вытянув указательный палец, отчеканил: — Не достойны вы, милостивый государь, своей силушки. Видишь ли, маг, а живете в мире без магии. — Степан хохотнул и продолжил: — А их сам мир не достоин, вот так. Они маги, а магии лишены, а вы, голубчик, имели счастье, но не ценили. А потому ждет вас справедливая кара. Не цените, стало быть, отдайте.

— А как же Бэла? — изумился Олег. — Неужто они так быстро позабыли о ней? Не желают ни ждать, ни возвращать, ни найти ее?

Стёпа усмехнулся.

— Насколько я понял, они свою госпожу побаивались. Боготворили, да, но опасались, и сейчас, когда ее нет, они чувствуют облегчение. Однако она пробудила в них и это высокомерие, и жажду силы.

— Да, — согласно кивнул Котов. — Рядом с ней они должны были чувствовать себя ущербными. Только думается мне, что есть среди них кто-то более умный и предприимчивый.

Напарник ответил заинтересованным взглядом, и Олег пояснил:

— Да, знаний у них крайне мало. Бэла не взращивала магов, она лишь пробуждала искру силы, чтобы после забрать. Что-то рассказывала, но не считала нужным посвящать в тонкости. Они должны были верить в свое высокое рождение и ощущать себя превыше остальных людей, чтобы добровольно шли на ее ритуалы.

И все-таки, даже если они и не понимают, что одного меня на всех не хватит, то знания, как сказал хамелеон, Бэла передавала только Лизе Калмыковой, если та, конечно, не солгала. Однако она боялась поглотителя, а значит, говорила правду. И если схемы были только у этой девушки, значит, другим неизвестны. Тогда как они намереваются прорвать Марь? Что думаешь?

Стёпа почесал в затылке, затем поглядел на напарника и с ноткой недоверия спросил:

— Думаешь, Элоиза вернулась?

Олег пожал плечами. Он, прищурившись, недолго смотрел на солнечное небо, после перевел взгляд на Степана и ответил:

— Не исключаю этого. Мы, конечно, не знаем, имелись ли еще воспитанники у Бэлы. Но мне думается, что Лиза была всё же единственной. Возможно, как раз по причине своего пола. Быть может, магиня и вправду видела в ней младшую сестру, названную дочь… кто знает. Но если других не было, кому Бэла помогла развиться хоть немного, то и обучать остальных ей было попросту незачем. А если так, то у Калмыковой была уйма времени вернуться в Петербург. Возможно, она дружна с кем-то из других псевдоучеников, потому быстро узнала, что Бэла сбежала из-за мага-розысника. Тогда ей в голову могла прийти мысль раздобыть запас магии от меня, иначе на новую попытку перемещения ей больше нигде не собрать. Это не утверждение, но твои слова навели меня на эту мысль.

— Мне кажется, мысль дельная, — ответил Степан. — Одной ей тебя не заманить, могла и вдохновить «паству» обещанием перехода. Схема есть, магии не хватает, но в Петербурге есть еще один маг, у которого можно забрать всю его силу. Да и хамелеон где-то бродит и жаждет вернуться назад с ее помощью. Она ведь не знает, что его уже нет, но может опасаться нового появления. Сбежать в другой мир — это увильнуть и от гнева Бэлы за кражу ее запасов магии, и от угроз поглотителя. Так что мне нравится твоя гипотеза.

— Значит, дойдем и узнаем, верно я рассудил или ошибся, — улыбнулся Котов. — А что там с ритуальной залой? Ты так и не рассказал о ней.

— Мы еще не дошли, так что рассказать успею, — заверил младший розыскник. — Слушай…

Глава 33

В этот раз времени на дорогу до места, где обитали потомки магов, ушло гораздо меньше, потому что розыскники шли напрямую. Однако обнаружить себя пока не спешили. Они всё еще не знали, сколько человек было у Бэлы, и сколько осталось сейчас после того, как двое уехали с магиней, и еще двоих нейтрализовал Степан на Александринской площади.

Но что точно знали, так это то, что должна быть засада, где Олега могут скрутить и доставить в ту самую ритуальную комнату, чтобы вытянуть из него магический ресурс.

— Я только одного не понимаю, — сказал Стёпа, когда рассказал о ритуальной комнате, — они что же, и вправду готовы жертвовать собой? Пентаграмма рассчитана на восьмерых, девятый — принимающий силу. Если хотят поместить тебя в круг, то должны быть еще семеро, чтобы пошел поток магии. Они же и так доходяги, неужели не понимают, что из круга уже не выйдут, если намереваются выжать тебя до капли? Их выжмет еще задолго до тебя.

— Скорей всего они об этом попросту не думают, — пожал плечами Котов. — Эти люди — фанатики. Окружающая их данность, как ты сам сказал, не достойна их величия. У них есть идея, Стёпа, а идея — это посильнее всякой магии. Возможно, те, кто встанет в круг, верят, что их перенесут в другой мир, и там они придут в себя. Кто знает, что творится в голове безумца? Мне того не ведомо, а тебе?

— Я не настолько безумен, — ответил напарник с ухмылкой.

Когда до дома, где жила магиня-беглянка, оставалось уже недолго, Степан отстал, и Олег продолжил путь в одиночестве. Розыскники не знали, что именно задумали бывшие ученики Бэлы, кроме того, что они ожидают только Котова, и для чего ожидают. А еще у них была заложница, которая, как бы там ни было, но руки связывала. Рисковать ею было невозможно и недопустимо. И потому маги разделились.

Олег приблизился к дому и остановился, не спеша покинуть укрытия. Он проверял наличие сигнальной нити. Если Бэла замкнула ее не на себе, а на накопителе, то она и сейчас могла быть активна. И пусть противостояли ему сейчас, по сути, обычные люди, но толика дара, раскрытого магиней, в них была, и почувствовать зов нити они могли. А предупреждать о своем появлении заранее не хотелось.

Однако сигналки больше не было, и Котов осторожно приблизился к дому. Он заглянул в окно, после перешел к двери и, приоткрыв ее, прислушался, но не к звукам, а к собственным ощущениям. Ярко выраженного энергетического следа он не почувствовал и вошел внутрь.

Опустив трость набалдашником вниз, розыскник заглушил свои шаги и неспешно отправился осматривать дом. Но он оказался пуст. Здесь было чисто прибрано, всё стояло на своих местах, однако заходили сюда всего пара человек за то время, что хозяйка покинула свое жилище.