Тайные близнецы Братвы (ЛП) - Фокс Мари - Страница 29

Ее дыхание замирает, малейшая заминка выдает ее самообладание. Я не двигаюсь, позволяя тишине установиться между нами, мой темный взгляд устремлен на нее. Она не отступает, но ее неповиновение тает по краям. Я вижу это в проблеске неуверенности, которая мелькает на ее лице, в том, как напрягаются ее плечи, словно готовясь к следующему удару.

— Ты думаешь, это наказание? — резко спрашивает она, ее голос становится резче, она пытается вернуть себе контроль, которого, как она знает, у нее нет.

Я слегка наклоняю голову, мой ответ спокоен и непоколебим. — Я знаю, что это так. Ты ненавидишь меня, Кьяра. Это очевидно. Теперь тебе придется жить со мной, в моем мире, по моим правилам. Это твоя реальность.

Ее грудь поднимается и опускается в быстрых, поверхностных вдохах, ее ярость едва сдерживается. — Ты думаешь, что можешь контролировать меня таким образом? — говорит она, слова едкие, но пронизанные страхом, который она отчаянно пытается скрыть.

Я позволяю себе слегка ухмыльнуться, намеренно и опасно. — Я уже контролирую.

Она вздрагивает, едва заметно, но этого достаточно. Достаточно, чтобы сказать мне, что мои слова задели ее глубже, чем она хотела бы признать. Ее глаза горят вызовом, но ее тело выдает ее, напряжение в ее теле натягивает ее, как тетиву.

— Значит, ты меня недооценил, — выплевывает она дрожащим, но все еще полным огня голосом.

Я делаю шаг вперед, наблюдая, как ее руки сжимаются в кулаки по бокам. Она не отступает, даже когда я вторгаюсь в небольшое пространство между нами. — Может быть, так и было, — тихо говорю я, мой тон почти задумчивый. — Но это ничего не меняет.

Ее ногти впиваются в ладони, костяшки пальцев белеют от усилий удержать равновесие. Я знаю, что подталкиваю ее, проверяя, как далеко она зайдет, прежде чем сломается. Я вижу войну в ее глазах, борьбу между гневом и страхом, между тем, чтобы стоять на своем и сдаваться.

— Ты можешь заставить меня выйти замуж, Серж, — говорит она, ее голос тихий, но дрожащий от едва сдерживаемой ярости. — Ты не можешь заставить меня стать твоей женой так, как ты хочешь.

Ее слова должны были бы жалить, но они этого не делают. Вместо этого они зажигают что-то темнее, что-то, что сжимает мою грудь и обостряет мое внимание. Я подхожу еще ближе, пока не остается толики места между нами, пока мое присутствие не станет чем-то, что она не сможет игнорировать.

— Осторожно, Кьяра, — предупреждаю я, голос мой тихий, стальной. — Ты здесь не контролируешь. Помни об этом.

Воздух между нами кажется тяжелым, заряженным весом всего невысказанного. Она сглатывает, ее челюсти сжимаются, а взгляд отказывается колебаться. Она пытается быть сильной, пытается удержать ту малую силу, которая, как она думает, у нее осталась.

Я слегка откидываюсь назад, давая ей немного пространства, но мои слова остаются тяжелыми в воздухе. Пока что она не сломается, но я вижу, как образуются трещины, и я знаю, что это только вопрос времени.

Глава 18 — Кьяра

Пар заполняет ванную, прилипает к зеркальным поверхностям и обвивается вокруг меня, когда я выхожу из душа. Тепло успокаивает мою кожу, но мое сердце колотится сильнее с каждым мгновением. Я крепко сжимаю плюшевое полотенце вокруг себя, глядя на свое отражение в запотевшем зеркале. Мои щеки горят, волосы влажные и вьются по плечам.

Это его ванная. Теперь, по-видимому, и моя тоже. Осознание этого наваливается на мою грудь, словно тяжесть. Я жена Сержа. Юридически связанная. Его имя теперь связано с моим, и это не отменить.

Мой взгляд устремляется к прилавку, где меня ждет множество вещей — нижнее белье, тщательно подобранное и, несомненно, провокационное. Бледный шелковый комплект, отделанный тонким кружевом, его мягкость противоречит напряжению в воздухе.

Рядом стоит флакон духов, стеклянный флакон с выгравированным сложным узором. Я открыла его раньше, уловив слабый цветочный и пряный аромат, который показался мне слишком интимным, чтобы его носить.

Он выбрал их для меня.

Эта мысль вызывает во мне поток противоречивых эмоций — гнев, вызов и предательский проблеск предвкушения, который я не могу полностью подавить. Он думает, что может полностью контролировать меня? Одеть меня как куклу и слепить из меня идеальную жену?

Но под поверхностью есть что-то еще. Что-то, в чем я не хочу признаваться.

Правда в том, что у Сержа всегда был способ разоблачить меня. Даже когда я ненавидела его больше всего, нельзя было отрицать притяжение между нами, то, как его прикосновение могло зажечь во мне что-то, что никто другой никогда не мог. Я жажду его, даже сейчас. Одна только мысль об этом заставляет мое дыхание замереть.

Я смахиваю туман с зеркала дрожащей рукой, пристально вглядываясь в свое отражение. Мои влажные волосы липнут к коже, мои губы слегка приоткрыты. Я похожа на женщину, которая готовится к чему-то, чего она не понимает, но не может устоять.

Я не должна так себя чувствовать. Он втянул меня в свой мир, в жизнь, которую я никогда не хотела. Он опасен, контролирует, бесит. Нельзя отрицать, что он также пленяет так, что я не могу от этого убежать.

Мои пальцы скользят по шелку нижнего белья, и я колеблюсь. Я действительно собираюсь надеть это для него? Ответ должен быть нет. Я должна бунтовать, бороться с ним на каждом шагу.

Я не делаю этого.

Я надеваю шелк на кожу, прохладная ткань облегает мои изгибы, как вторая кожа. Это слишком откровенно, слишком интимно, и все же это кажется правильным, но я не хочу слишком близко это изучать. Я распыляю немного духов на запястья и шею, аромат немедленно окутывает меня, словно шепчущее обещание.

Мои нервы напрягаются все сильнее с каждой секундой, когда я смотрю на дверь. Он ждет меня. Эта мысль вызывает дрожь по моему позвоночнику, и я не могу понять, от страха ли это, от волнения или от чего-то более темного, что я не хочу называть.

Ванная комната кажется слишком маленькой, слишком тесной. Я делаю глубокий вдох, успокаивая себя. Что бы ни случилось, я не могу позволить ему увидеть, как я нервничаю. Я не доставлю ему такого удовольствия.

Честно говоря, я в ужасе.

В ужасе от того, что он сделает. В ужасе от того, что сделаю я.

Я откидываю назад влажные волосы, расправляю плечи и шагаю к двери. Моя рука на мгновение замирает над ручкой, прежде чем я поворачиваю ее, медленно толкая дверь.

Спальня тускло освещена, мягкий свет прикроватной лампы отбрасывает тени по всей комнате. Серж стоит возле кровати, его руки засунуты в карманы брюк. Его пиджак исчез, белоснежная рубашка закатана до локтей, обнажая предплечья. Он выглядит расслабленным, почти непринужденным, но в том, как он смотрит на меня, чувствуется напряжение.

Его ледяные голубые глаза обшаривают меня, впитывая каждый дюйм моей внешности. Я чувствую жар его взгляда, как физическое прикосновение, и мое дыхание против воли перехватывает.

— Ты готова, — говорит он тихим и размеренным голосом.

Я делаю шаг вперед, мои босые ноги погружаются в плюшевый ковер. Мой пульс гремит в ушах, когда я встречаю его взгляд, мое сердце — зона боевых действий эмоций, которые я не могу контролировать.

— Да, — шепчу я, хотя и не уверена, что говорю серьезно.

Его губы изгибаются в едва заметной ухмылке, и он указывает на кровать. — Иди сюда, жена.

При этих словах у меня переворачивается живот, но я заставляю себя двигаться, и каждый шаг приближает меня к тому, что будет дальше.

Аромат духов, которые я распылила, витает в воздухе, мягкий и манящий, смешиваясь с насыщенной пряностью его одеколона. Сочетание опьяняет, окутывая нас, словно невидимая нить, сближая нас. Серж не отрывает от меня глаз, пока я шагаю дальше в комнату, каждое движение обдуманное, нерешительное. Шелк нижнего белья липнет к моей коже, его прохлада резко контрастирует с жаром, распространяющимся по мне.

Он сокращает расстояние между нами в несколько шагов, его присутствие подавляет, удушает своей интенсивностью. Мое сердце колотится, когда он останавливается всего в нескольких дюймах, его глаза впиваются в мои. Я пытаюсь удержать его взгляд, показать ему, что я не боюсь, но притяжение между нами слишком сильно, моя решимость колеблется под тяжестью его доминирования.