Ведьма на корабле - плохая примета! (СИ) - Банши Кристина - Страница 17

— Я должен в этом участвовать? — настороженно спросил Илай, смотря то на меня, то на боцмана.

— Не обязан, капитан. Все как обычно.

— Лучше ванну прими, — посоветовала капитану, все так же игнорируя его взглядом. Было слишком неловко, и я еще не решила, как отношусь к произошедшему. Появление Бенедикта оказалось как никогда кстати. — А то не продержусь в трюме и минуты.

— Ладно, ладно. Тогда иди быстрее купайся, а то ведь присоединюсь.

— Руки оторву!

И я ускакала в каюту, лишь бы не оставаться с Илаем наедине. Вскоре мне наполнили бадью, и чего мне стоило не утопиться в ней. А ведь хотелось. А еще я страстно желала побиться головой о бортик: то ли от переполнявшего меня волнения, то ли от отчаянного «и что мне с этим делать?!».

* * *

Наше с Илаем влечение друг к другу неоспоримо и было продемонстрировано достаточно наглядно. Доказательство этому горело у меня на губах. Поэтому дальше делать вид, будто бы мы просто очень близкие друзья и соседи по комнате, просто не получится. Сбежать тоже не прокатит: мы в море без единого варианта развернуть корабль обратно. Конечно, любая другая девушка уже поблагодарила бы вселенную за взаимные чувства и воспользовалась этим «круизом» на полную, но не я: не хотела разбитого сердца, тем более — сейчас, когда отчётливо видела цель своего пути. И в его конце не будет Илая. Зато будет магическая академия, работа в Королевстве. Будут новые друзья, знакомые, когда-нибудь даже семья. А вот пираты останутся в море.

Когда я вновь собралась топиться, в каюту постучали.

— Клэр, мне нужно зайти, — крикнул от двери капитан. И если сперва я облегчённо выдохнула, то тут же подобралась.

— Нельзя!

— Ты за ширмой?

— Да…

— Ну вот и оставайся там.

Я прикрыла себя руками и прислушалась к происходящему за ширмой. Тихо прикрыв дверь, мужчина направился куда-то к рабочему столу. До меня донеслись шорох бумаги и звук отодвигаемых ящиков.

Купаться как-то разом расхотелось. Приподнявшись над бадьей, я стала искать одежду и обнаружила, что оставила ее на кровати. Черт. Недальновидно, совсем на меня не похоже. В этом тоже наверняка виноват Илай. Впрочем, как и во всех остальных моих бедах.

Пришлось аккуратно встать и, шлепая по доскам, снять полотенце с ширмы.

— Клэр, я бы хотел спросить у тебя кое-что, — вдруг сказал Илай откуда-то со стороны комнаты.

— А лучше ты момента не нашел? Я тут вообще-то голая.

— Я в курсе. Ты, кстати, против света стоишь.

Пришлось быстро завернуться в полотенце и замереть, прислушиваясь. Почему-то мне казалось, что капитан стоит совсем близко, хотя его голос и доносился в трех метрах от ширмы. Было волнительно вот так стоять в одной комнате с ним всего лишь в полотенце, едва меня прикрывающем, и чтобы с моих влажных ног стекала вода. Тем более, сейчас, всего лишь спустя пятнадцать минут после нашего поцелуя. Первого… подумав об этом в таком ключе, я улыбнулась. Но сейчас не о романтике.

В связи со всем этим было бы наивно считать, что Илай хочет поговорить о чем-то отстраненном. Еще глупее было бы думать, что сейчас все его мысли направлены не по эту сторону ширмы.

— Поэтому ты придумал себе какие-то очень важные дела, чтобы проникнуть в каюту? — напряжённо спросила.

— А ты всегда такая догадливая или только сейчас? — хмыкнул Илай. Судя по тихому жужжанию, он вертел глобус. И, скорее всего, привычно сидел на краю стола.

— А ты часто пользуешься моей доверчивостью?

— Нет, только сейчас.

— Значит, постоянно.

— А я ведь даже не сказал, что у меня есть какие-то дела в каюте. Просто предупредил, что мне нужно зайти, — ответили из-за ширмы с чисто лисьей хитростью.

С тяжёлым вздохом я признала свое поражение. Звание ведьмы тоже не оправдала: мой экзаменатор превзошел меня в честном бою.

Аккуратно выглянув из-за ширмы, чтобы было видно только голову да плечо, я с напускным раздражением сказала:

— Тогда задавай вопрос и уходи. — И кивнула в сторону кровати, где была раскидана моя одежда.

Илай за мной проследил, всё понял и вновь повернулся к ширме. Взгляд мужчины сполз на мое влажное плечо и потемнел. Почувствовав себя неловко, я снова спряталась за спасительную ширму. Здесь хотя бы не видно, как смотрит на меня Илай.

— Может, ты перестанешь бегать от меня? — вдруг требовательно спросил он.

— Ты же видел, что я без одежды.

— Клэр, если ты будешь постоянно напоминать мне о том, что обнажена, я буду говорить с тобой по ту сторону ширмы.

Намек поняла, язык прикусила, край полотенца приподняла повыше.

— А так я все время с тобой бегаю, иногда даже за тобой. — Правило жизни номер пять: в любой неловкой ситуации коси под дурочку. — Ну, ладно, иногда и от тебя тоже, особенно когда переступаешь рамки приличного.

— Во время тренировки я тоже переступил границы дозволенного?

— Нет, это была уже я.

И мы замолчали. Может, думали об одном, а может, о разном. Но я боялась даже шелохнуться, всем своим телом чувствуя присутствие Илая. И он нарушил эту тишину первым, медленно приблизившись к ширме. Теперь мы стояли совсем близко друг к другу. Даже не представляю, каких усилий ему стоило сохранять дистанцию.

— Клэр, если ты соврешь, я пойму это и заставлю говорить искренне.

— Ты собираешься применить насилие? — не поверила я.

— Нет, удовольствие.

Краснея, закрыла лицо руками. Слова Илая разрывали меня изнутри: я чувствовала и волнение, и смущение, и сильное желание подыграть и отдать себя на волю мужчины. Снова ощутить его сильные руки, нежные губы… от мыслей об этом в полотенце как-то резко стало тесно, я бы даже сказала душно.

— Ну так спрашивай быстрее, — хрипловато поторопила мужчину.

— Ты была искренна на палубе?

— Да. Все было взаимно, если ты об этом.

— И ты собираешься и дальше делать вид, будто между нами ничего нет?

— Не вижу никакого противоречия.

— А я — да, одно внушительное. Знаешь, глаза мозолит.

— Ну так не смотри!

Ширма задрожала: кажется, в нее вцепились с другой стороны.

— Клэр, я хочу тебя поцеловать.

— Ну так целуй.

Не знаю, кто сказал это за меня. В присутствии Илая я больше за себя не ручалась и не несла никакой ответственности за собственные поступки. Не в силах удерживать съезжающую крышу, отправила ее в свободное плавание и ответила на нетерпеливый поцелуй Илая, который уже настиг меня по эту сторону ширмы. Он вцепился в мое полотенце, я — в его рубашку, в волосы, до всего, до чего могла дотянуться. Не насытившись в прошлый раз, мы целовали друг друга долго, настойчиво, но ни в коем случае не грубо. Илай даже сейчас не изменял себе, стараясь быть чутким.

Забывшись, мы сделали несколько шагов в сторону кровати, но я дернула капитана обратно — и не рассчитала. Ноги подогнулись, и я свалилась в бадью, утягивая мужчину за собой. С всплеском нас окатило водой, а я еще и о бортик стукнулась. Но именно этот удар отрезвил, возвращая в реальность. Илай, частично нависший надо мной, задрожал от смеха. Ну а я, сплевывая воду, не сдержалась и захихикала тоже.

— Кто-то очень любит водные процедуры, — пошутил нар Брекен, придерживая меня над поверхностью воды. Не знаю, каким чудом полотенце осталось на месте, лишь приспустившись.

— Тут, вообще-то, вода остыла.

— Моя вина.

И пират аккуратно вытащил меня из бадьи, еще и полотенце сам поправил, ну прямо джентльмен. Похоже, выпустив пар, мужчине стало немного проще мириться с моей наготой. А может, ему стало меня попросту жалко: ударилась, так еще и полотенце перестало выполнять свою функцию.

— Одну секунду.

Через десять Илай вернулся не только со своим полотенцем, но и мою одежду с кровати прихватил. От такой заботы у меня даже лыбу свело. Ну что за прелесть! Обходительный и нежный, но в то же время такой сильный и чувственный. Ну и что мне делать с этим идеалом мужчины?

Не давая мне передумать в составлении хорошего мнения, Илай переместился на кровать.