100 великих шпионских уловок - Бернацкий Анатолий - Страница 55

Именно он первым и начал игру с английскими спецслужбами. Для этого он внедрил несколько агентов в нидерландское Сопротивление. Правда, почти все они были раскрыты и расстреляны. Однако один из них — житель Гааги Георг Ридерхоф — все же смог втереться в доверие к борцам Сопротивления. Однако арестовывать подпольщиков, адреса которых сообщил Гискесу его агент Ридерхоф, немцы не торопились, поскольку предполагали через них сбрасывать английской разведке дезинформацию.

И вот в начале 1942 года работавшие в Нидерландах агенты абвера запеленговали подпольную рацию, которая прорывалась в эфир пять раз в неделю. И, постепенно сжимая кольцо вокруг радиопередатчика, в конце концов, сотрудники Канариса взяли во время передачи и радиста, и его помощника. В это же время криптологи смогли взломать использовавшийся подпольщиками код.

Герман Гискес. Фото сделано в лагере для военнопленные Июль 1945 г.

Но задействовать захваченную рацию для игры с англичанами оказалось довольно сложно. Радист оказался крепким «орешком» и категорически воспротивился работать на гитлеровцев. Неудачными были и попытки воспользоваться еще двумя передатчиками, взятыми на подпольных нелегальных квартирах. Но все эти неудачи лишь стимулировали активность Гискеса.

В первых числах февраля Ридерхоф передал майору, что подпольщикам вскоре должен поступить груз из Британии: радио-детали к рации, взрывчатка и большая сумма в немецких марках. Все это планировалось сбросить с самолета на парашютах. Ту же информацию подтвердила и шифротелеграмма, отправленная из Англии по запасной рации.

И действительно, спустя всего несколько дней был зафиксирован обмен шифровками между радиостанцией, находившейся на севере Лондона, и передатчиком в Нидерландах. Ридерхоф тут же сообщил Гискесу, что радист, выходивший в эфир, является членом его нелегальной группы.

Чтобы англичане поверили в ценность поступавших сведений, майор рекомендовал Ридерхофу, наряду с ложными данными, поставлять и более-менее достоверную информацию. Например, с этой целью англичанам было отправлено сообщение, что немецкий крейсер «Принц Евгений» находится в порту голландского города Шейдам.

В ходе дальнейших наблюдений за работой радиопередатчика было выяснено, что он находится в одном из зданий в Гааге. И уже в начале марта 1942 года к этому дому прибыли сотрудники абвера и полицейские. Однако хозяин квартиры успел сообщить радисту, что во дворе дома появилось несколько автомобилей с подозрительными личностями в штатском. Тот прервал радиопередачу и быстро выбежал из помещения, прихватив с собой неотправленные зашифрованные тексты. Но как только он оказался на улице, его тут же арестовали. Чемодан радиста с аппаратурой и документами был обнаружен сотрудниками Гискеса в тайнике рядом с черным ходом, где его попыталась спрятать супруга домовладельца.

Радист от сотрудничества с немцами сначала отказывался и участвовать в радиоигре не торопился. Такая неопределенность продолжалось примерно неделю. И вдруг начальник отдела радиоперехвата Хейнрике объявил ему, что в состоянии прочитать все три найденные в тайнике шифровки. А это означало, что шифр раскрыт.

Впоследствии радист вспоминал: «Хейнрике хотел дать мне возможность спасти свою жизнь путем добровольного раскрытия подробных деталей моего шифра и добавил, что, сделав это, я избавлю его от лишних хлопот. Я счел благоразумным согласиться на это предложение и обещал, что я исполню его желание, если ему удастся дешифровать хотя бы одно из трех сообщений, найденных у меня. К моему удивлению, он тотчас же согласился, сел за стол, глубоко задумался и минут через 20 торжествующе воскликнул: “Все ясно! Крейсер “Принц Евгений" стоит в Шейдаме. Ведь так?”»

Конечно же, это был не более, как хитрый ход Хейнрикса, поскольку ключа к коду он по-прежнему не знал. Но зато ему было известно, какой конкретно информацией агент Ридерхоф поделился с подпольщиками. И они, конечно же, должны были передать ее в Лондон. К тому же немецкие криптологи активно пользовались фразой о стоянке крейсера в голландском порту, пытаясь подобрать ключ для взлома английского шифра.

Тем не менее этот трюк радист воспринял вполне серьезно, поскольку одна из отправленных им шифровок и впрямь касалась стоянки крейсера. И он дал согласие на сотрудничество с абве-ром. При этом он передал данные об используемом коде, правда, ничего не сказав про контрольный сигнал…

Первый радиосеанс рации, контролируемой гитлеровцами, состоялся 12 марта 1942 года. Гискес поручил радисту передать в английское Управление специальных операций (УСО) три шифровки, в которых содержались реальные сведения, не отправленные им 6 марта. И английский разведчик передал их как настоящие, но с контрольным сигналом.

А во время следующего сеанса связи, когда сообщалось придуманное Гискесом предложение перенести сбрасывание груза в другой район, радист просигнализировал английской стороне о своем провале, как и было условлено заранее. Однако сотрудники УСО не обратили внимания на сигнал опасности, отправленный радистом. Именно эта неаккуратность специалистов радиоперехвата повлекла за собой серьезнейшие последствия для англичан. И английский самолет сбросил груз, который ждали подпольщики, как раз в то место, которое определил майор. Радист догадался, что в УСО его сигнал пропустили.

Гискес же, оперативно воспользовавшись некоторыми ошибками антифашистов, уже в мае 1942 года контролировал всю подпольную сеть раций, которые действовали в Голландии. Их было 14, и со всех он вел радиоигру с Лондоном.

Безусловно, чтобы получаемые сведения от радистов не вызывала у англичан сомнений, майор вынужден был придумывать различные хитрости, с помощью которых он пытался убедить Лондон, что Сопротивление действует.

Порой сотрудники Гискеса даже оказывали содействие сбитым английским пилотам, помогая им добраться до Испании. А летчики, в свою очередь, оказавшись на родной земле, с восхищением рассказывали о «смелых подпольщиках», которые, «рискуя своей жизнью», спасли британских пилотов. А для УСО спасенные офицеры были неоспоримым доказательством борьбы голландских подпольщиков против фашистов. И никто даже подумать не мог, что возвращение летчиков в Англию организует не кто иной, как сотрудник абвера.

И только после того, как два английских разведчика, оказавшиеся в застенках абвера, смогли освободиться из плена и бежать в Швейцарию, где они связались с УНО, майор оказался в затруднительном положении и уже подумывал о завершении радиоигры. И тогда он, чтобы спасти ситуацию, попытался дискредитировать сбежавших разведчиков. Для этого он отправил сообщение, что этот побег был организован немецкой контрразведкой, чтобы внедрить своих агентов в УСО. Сначала Лондон поверил в эту «дезу» и отправил разведчиков в камеру до выяснения обстоятельств их побега. Но в ноябре 1943 года на родине оказались еще три английских агента, которые и рассекретили игру абвера…

Результаты радиоигры, проводимой майором Гискесом, оказались впечатляющими. В течение двух лет, в течение которых длилась эта операция, англичане сбросили около 13 тонн взрывчатки, 5 тысяч пистолетов, 3 тысячи автоматов и много других средств, необходимых для ведения подрывной деятельности. Кроме того, в плен были захвачены 54 английских агента, 47 из которых за отказ от сотрудничества с фашистами были расстреляны. Вот такую дорогую цену заплатили подпольщики за халатность руководителей УСО.

Кстати, немцы осуществили и уникальную операцию по дезинформации высшего советского руководства в 1942 году. Эта операция называлась «Кремль». Ее цель заключалась в отвлечении внимания советского командования от истинных планов гитлеровцев. Дело в том, что в 1942 году немцы готовили основной удар в южном направлении. Но, чтобы скрыть свои намерения, они всеми доступными средствами пытались показать, что в это время наступать они будут на Москву.