100 великих шпионских уловок - Бернацкий Анатолий - Страница 59

Согласно воспоминаниям автора, Черчилль лично проконтролировал, чтобы супруга его сына Рандольфа чисто случайно познакомилась с Гарриманом, когда тот появлялся в Уайтхолле. А связано это было с тем, что Гарриман являлся одним из друзей президента Рузвельта.

Подчиняясь рекомендациям своего свекра «давать почаще волю чувствам» и «сделать что-нибудь для страны», Памела вынуждена была стать возлюбленной Гарримана. А спустя какое-то время она «начала выуживать у любовника американские секреты и передавать их Черчиллю».

Впоследствии один из близких знакомых Памелы проговорился, что Рандольфу было известно, что отец свел его жену с Гарриманом и даже поощрял их любовный роман. Но это его совсем не удивило, поскольку подобный способ добычи секретов известен с давних времен. Черчилль же был «безжалостным политиком, которого какие-то моральные предрассудки не смогли бы остановить на пути к интересующей информации».

В 1946 году Рандольф и Памела расстались. А вскоре она вышла замуж за Гарримана, который в тот период был послом Соединенных Штатов в Великобритании. Сама же Памела, когда президентом США был избран Клинтон, получила назначение послом в Париж. Возможно, что и после смерти Черчилля Памела продолжала являться важным источником секретной информации.

ЖЕНСКИЕ ЭСКАДРОНЫ ЛЮБВИ

У жестокой и коварной королевы Франции Екатерины Медичи была почти нелегальная организация, состоящая примерно из двухсот обворожительных фрейлин королевского двора. Этих женщин, «разодетых как богини, но доступных как простые смертные», историки назвали «летучим эскадроном любви».

«Чаще всего именно с помощью девиц своей свиты она атаковала и побеждала своих самых грозных противников. И за это ее прозвали “великой сводницей королевств”», — писал в 1649 году писатель и историк Анри Эстьен.

Прелестные и расчетливые барышни, выполняя распоряжения королевы, без особого труда добывали любые сведения от влиятельных особ мужского пола или же оказывали на них необходимое Медичи влияние. В сети этих красавиц попадали короли, принцы, министры, военачальники, дипломаты и другие важные персоны.

Известный хронист придворной жизни времён Екатерины Медичи, Пьер де Бурдейль Брайтон, который очень близко знал некоторых из этих дам, писал: «Фрейлины были столь соблазнительны, что могли зажечь огонь в ком угодно, опалив своей страстью большую часть мужчин при дворе, а также всех, кто приближался к их огню».

Примеров, когда Екатерина Медичи, используя своих девиц, проводила нужную ей политику на европейском континенте, известно немало. Но достаточно и одного, чтобы убедиться, сколь тонкий и изощренный ум был у этой женщины.

Однажды, чтобы укрепить свою власть, ей потребовалось заручиться поддержкой принцев из рода Бурбонов. Глава династии король Антуан Наваррский относился к явным противникам участия Екатерины в политической жизни Европы.

И королева, чтобы спутать карты короля Наваррского в игре против нее, поручает самой обворожительной из фрейлин своего «батальона» — Руэ Луизе де Лаберодьер — сплести тонкую любовную сеть и заманить в нее Антуана Наваррского.

Чтобы справиться с этим заданием, Луизе потребовалось всего несколько ночей. Когда же король оказался в ее власти, она вдруг, со слезами на глазах, заявила его величеству, что боится гнева королевы, которая может узнать об их любовных отношениях и удалит ее от двора.

Королева Франции Екатерина Медичи содержала целый сонм прелестных осведомительниц

Благовоспитанный король, да еще без памяти влюбленный в Луизу, обещал защитить ее перед королевой и действительно отправился к ней на прием.

Беседа двух высочайших особ длилась довольно долго и завершилась тем, что Антуан Наваррский предложил королеве «полностью распоряжаться королевством Наваррой». А Екатерина Медичи, в свою очередь, назначила его главнокомандующим войсками Французского королевства. С этим предложением Антуан, без особых колебаний, согласился. А это означало, что он одновременно признавал и главенство Екатерины, и отказывался от притязаний на регентство. Таким образом, тонкая любовная интрига Луизы де Лаберодьер, приправленная слезами, позволила Екатерине Медичи выиграть очередную партию в сложной политической игре…

Широкой публике имя баронессы де Сталь вряд ли о чем-то говорит. Хотя она своими успехами в такой деликатной сфере человеческой деятельности, как шпионаж, мало чем уступает знаменитой Мате Хари. Эта женщина совместно с женой миллионера Мэрджори Свитц смогла организовать целую шпионскую сеть, которая действовала в ряде стран Европы в течение многих лет. Масштабы этой деятельности удалось узнать только на суде, состоявшемся в мрачном зале парижского Дворца юстиции. Здесь же выяснилось, что причиной провала группы стала взаимная ненависть, возникшая между главарями сети — де Сталь и Свитц.

Группа баронессы состояла в основном из женщин, которые соблазняли мужчин и затем, уже в постели, умело вытряхивали из них ценные сведения. Девушки, не очень образованные и даже с невысокими умственными способностями, были хорошо натренированы выуживать из мужчин военные секреты, имевшие национальное, если не мировое, значение в обмен на предоставление чисто женских услуг. Затем полученная информация передавалась тому, кто больше за нее заплатит, независимо от того, кто он по национальности или убеждениям: немец, француз, коммунист или нацист.

Вначале женщины, судя по данным следствия, работали на советскую разведку, и их шефами были сотрудники НКВД. Но вскоре в них зародился дух предпринимательства, и они стали торговать секретами по всей Европе, предлагая их спецслужбам Германии, Польши, Италии, Франции, Югославии…

Группа мадам де Сталь по своему составу была интернациональной: Мадден Мермет оказалась француженкой, родившейся в Северной Африке; Полина Джакобсон — тридцатилетней американской еврейкой; Клара Беркович — полькой; Шантал Соломон — евроазиаткой из Индонезии; Бейли Энглер — бельгийкой и Рива Давыдович — румынкой.

Будучи дантисткой, Рива, помимо своей основной деятельности, обеспечивала курьеров золотыми коронками, в которых те переправляли копии документов из Парижа в Берлин, Брюссель, Рим. В шпионских делах Бейли Энглер активное участие принимал ее муж-фотограф, который снимал ее жертвы в компрометирующих ситуациях и микрофильмировал секретные документы.

Для переправки документов женщины использовали самые разные, порой довольно неожиданные приемы. Так, маркиза де Сталь наиболее ценные микрофильмы отправляла в Брюссель и Берлин в серебряных заколках для волос.

А однажды несколько членов группы, выдавая себя за музыкантов оркестра, путешествовали между Римом, Парижем, Берлином, Веной и Брюсселем. В своих кларнетах и скрипках они хранили секретные документы. Но самое удивительное в этом творческом турне шпионок то, что за все время они не дали ни одного концерта, потому что никто из его состава не умел… играть ни на одном инструменте.

На суде всплывали имена мужчин, чаще всего занимавших довольно высокое общественное положение, которые попали под влияние обольстительных девиц. Например, во время процесса говорилось о пятидесятидевятилетнем кавалере ордена Почетного легиона, профессоре Мартене, который передал планы военно-морских доков в Тулоне и Бресте и чертежи новейших французских лодок.

Говорилось и о докторе Орби. Этого ученого, по мнению его коллег, ничего, кроме науки, не интересовало. Казалось, он был полностью поглощен исследованиями в лаборатории. Однако, как выяснилось впоследствии, он выдал детали промышленных планов, разработанных правительством Франции на случай войны с Германией.

Уголовный кодекс Франции тех лет предусматривал относительно мягкое наказание за шпионаж в мирное время, но Лидия де Сталь была приговорена к десяти годам тюремного заключения и возмещению причиненного ущерба путем конфискации имущества.