"Фантастика 2025-14". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Кащеев Глеб Леонидович - Страница 853

– Хамло! – чуть ли не брызжа слюной, крикнул мне в лицо мужчина. – Перебить учителя!..

– Хамло называет меня вруном! – жестко осадил я его и попытался достучаться до его мозга: – Может, все-таки посмотрим камеры? И разберемся, наконец, кто есть кто?

Реакция учеников на мои слова была впечатляющей. Гул голосов, стоящий в классе, был таков, что казалось, будто я стою в огромном торговом центре.

Лицеисты были удивлены моим поведением. Кто-то смеялся, кто-то ругался, кто-то просто думал, что ему послышалось. Равнодушным не оказался никто. Зато я понял, что выбрал верный тон. Раз не получилось все сделать втихую, пусть все узнают меня по громким заявлениям.

– Извините, а что тут за собрание? – вежливым, но напряженным голосом сказала появившаяся словно ниоткуда Мария Николаевна.

Мужчина, который после моих последних слов, казалось, готов был наброситься на меня, словно на стену налетел.

– Мария Николаевна… Вот, познакомился с вашим новым учеником, – показал на меня пальцем учитель.

Я невооруженным глазом видел, что он потерял над собой контроль, но сейчас спешно пытается взять себя в руки. Видимо, никто из учеников прежде не вел себя столь вызывающе. Но при появлении моего классного руководителя Дмитрий Игоревич как-то сразу сдулся и даже, как мне показалось, стал немножечко заискивать.

Наконец учитель все же взял себя в руки и произнес:

– Вы просто не можете представить… Хамло и врун!

– Прошу прощения. – Я аккуратно дотронулся до его плеча и, когда он обернулся, сказал ему в лицо: – Это вы хамло! А врунов вы покрываете!

– Мы сейчас же пойдем к директору! – сердито сказал учитель. – И если он вас не отчислит, то вы как минимум получите штрафные часы и будете извиняться передо мной.

– Никто к Дмитрию Ивановичу не пойдет! – заявила классный руководитель.

Она прошла мимо нас, положила папку, которую держала в руках, на стол, после чего снова развернулась к нам.

– Во-первых, директор убыл в административный секретариат. Во-вторых, я так и не поняла, что произошло, чтобы отпускать своего ученика куда бы то ни было. Давайте разбираться.

– Ваш новый ученик угрожал ученикам моего класса и предлагал им вызвать себя на дуэль, – начал жаловаться на меня учитель. – А потом демонстрировал им в классе какие-то техники. Почувствовав применение техник, я, кстати, и пришел… А когда я потребовал объяснений, он начал мне врать, что такого не было, и хамить. Да так, чтобы каждый ученик слышал!

Я молчал, не желая его перебивать. Я уже как-то устал он этого мужчины. Тот ореол власти, с которым он вошел в кабинет, истаял, и я видел перед собой не учителя, а мальчишку, которого обидели.

Мария Николаевна обвела взглядом класс, посмотрела на учителя, потом на меня и сказала следующее:

– Я только что от Дмитрия Ивановича, с которым общалась по поводу нашего нового ученика. Арсений совсем недавно приехал из Китая и еще не все знает про наши порядки. Возможно, он что-то не так понял?

– Да все он понял! – заявил учитель. – Ни в одной стране мира нельзя перебивать учителя. И он должен бы извиниться, но не хочет этого делать. Уверяю, я пробовал до него достучаться. Без директора дело не решить. И вообще, думаю, стоит написать докладную, чтобы его выгнали из лицея!

– Арсений? Что скажете? – посмотрев на меня, спокойно спросила девушка.

– Я согласен с Дмитрием Игоревичем, – ответил я и, увидев несколько удивленных взглядов, поспешил продолжить, пока меня не перебили: – Без директора ничего не решить. Не знаю, по каким причинам Дмитрий Игоревич решил, что разобрался в конфликте. Я предлагал ему посмотреть записи камер из кабинета и коридора, но он не хочет ничего слушать.

– А с кем был конфликт? – уточнила учительница.

– Ключинец и Богрянин. – Я был сама любезность.

– Ну что же… Дмитрий Игоревич, предлагаю взять их троих и для начала пойти в учительскую. А всем остальным разойтись по классам, скоро начнутся занятия, – сказала Мария Николаевна.

После ее слов учащиеся стали покидать кабинет. А их собралось много, как будто все, кто были в коридоре, набились в класс.

Учительская была на этом же этаже, в конце коридора, поэтому дошли мы быстро. Открыв кабинет электронным ключом, Мария Николаевна провела всех внутрь и набрала на одном из компьютеров логин и пароль.

Богрянин-старший встал у нее за спиной и оперся на стол одной рукой.

– Я думаю, минут на пятнадцать назад, и будет отлично? – сказал он девушке.

Я же внимательно следил за своими ровесниками, и что-то мне в них не нравилось. Они были слишком спокойны для людей, которых сейчас будут разоблачать, и это меня сильно напрягало.

– Вот они! – сказал старший Богрянин. – Смотри, он еще и толкает Сергея!

– Так, здесь мне понятно, – медленно сказала учительница, чему-то кивая. – А теперь кабинет… Опять кто-то с глушилкой пришел! Дмитрий Игоревич, я уверена, что опять ваш класс нарушал дисциплину и воспользовался запрещенной в школе техникой.

– Это мог быть кто угодно! – отмахнулся учитель и показал на меня пальцем. – Это мог быть даже он.

– Изображение прерывается после того, как ваш брат прыгнул на него! – зло сказала учительница. – Причем прыгнул тогда, когда Советников не видел, что по меньшей мере некрасиво! А в кабинет в этот момент входил… Кто бы мог подумать? Ключинец! Я так предполагаю, что и глушилка у него! Может, изымете?

– Ключинец, у вас есть глушилка? – спросил учитель.

– Нет ее у меня, – спокойно ответил парень, отрицательно покачав головой.

– Ну, вот видите, – парировал учитель. – Я ему верю, а вот вашему новому ученику – нет.

– Они на него напали! – вдруг зло сказала девушка и встала. Я даже залюбовался ей. Она словно светилась изнутри, лицо стало еще более бледным, губы сложились в тонкую линию. – А вы опять покрываете свой класс!

– Он их оскорбил! – демонстративно возмутился мужчина.

Я уже понял, что отговаривается он просто так, только для того, чтобы не сдавать своих. Кадры с камеры показали ему другую картину, нежели та, которую он нарисовал в своей голове.

– Они преградили ему путь! И первые начали говорить! – ткнула пальцем в экран девушка. – Вы, Дмитрий Игоревич, что, меня за дуру принимаете?!

– Конечно, нет! Мария Николаевна, это какое-то недоразумение! – воскликнул учитель.

– Недоразумение?! – еще больше разозлилась девушка. – Теперь я понимаю Советникова! Я сначала подумала, что он и впрямь наглец, а оказывается, он просто отказался играть в вашем фарсе! Не перебивайте! – подняла она руку, немного замахнувшись на учителя. – Вы же еще не знаете, что ваш брат опять приехал на машине к главному входу? Причем при этом чуть не наехал на нашего нового лицеиста Советникова! Хорошо, что я вмешалась и остановила конфликт, но вижу, что рано радовалась.

С меня хватит этой лжи! Я с вами, Дмитрий Игоревич, никаких дел больше иметь не собираюсь! Ваши ребята перегнули палку, так пусть имеют совесть и честь отвечать за свои поступки, а не перекладывать ответственность на других! Такое было уже не раз, но вы меня слушать не желали… Поступайте как знаете! Но если еще раз произойдет нечто подобное или мне кто-нибудь пожалуется, у вас всех будут проблемы.

Учительница взяла меня за руку, вывела из учительской и повела в класс. Дойдя до кабинета, она остановилась и, придержав меня за руку, повернула к себе. После чего подняла к глазам браслет на руке и повернула циферблат часов против часовой стрелки.

– Это глушилка, – пояснила она и скосила взгляд в сторону учительской. – Чтобы нас не подслушал никто… Расскажите мне, что произошло на самом деле.

Я максимально сухо и без подробностей рассказал все, что было, уложившись в десяток предложений. Этого оказалось достаточно.

Мария Николаевна кивнула и открыла дверь.

– Проходите.

Урок уже начался, и все сидели на своих местах.

– Николай! – позвала она, войдя в класс.

– Да, Мария Николаевна! – поднялся из-за первой парты высокий и худой, как жердь, ученик.