Сердце Севера (СИ) - Палей Натали - Страница 10

На следующий день после приветственного ужина с оборотнями, вместе с Мири и десятком вооруженных воинов я отправилась в лес за кровавником.

В такой большой компании я ещё никогда не отправлялась собирать травы, обычно отец выделял мне двоих воинов для охраны, а иногда мы с Мири выскальзывали вдвоем. Тайно, конечно, и потом нам обеим попадало, зато мы успевали насладиться прогулкой, и никто не вытаптывал драгоценные и редкие травы, которые могли спасти десятки жизней.

Но вчера отец и брат заметили нескрываемый интерес Северного волка ко мне и теперь боялись, что оборотень похитит меня. В тот момент я ещё не знала, что Ройдан Семур в первый же вечер попросил моей руки и получил вежливый отказ.  Мои родные почему-то умолчали об этом, а Семур не успел рассказать, как и завершить свой вчерашний рассказ о зеленых лучах — ко мне в кабинет неожиданно пришел Лео, и оборотень вынужден был вновь вылезать через окно — успел буквально за секунду до того, как вошел брат.

— Я не нашел тебя в комнате, Юна, — в ярости процедил брат. — Ты спятила? В одиночку шатаешься по замку, полному оборотней?!

— Мне нужно было срочно приготовить отвар, — сконфуженно пробормотала я, все ещё испуганная тем обстоятельством, что Лео чуть не застукал у меня одного из тех, кого сейчас назвал.

— Приготовила? — хмуро поинтересовался Лео МакВелис.

— Да. Настаивается уже. Вон он. — Я указала на завернутый в шаль котелок, легко улыбнулась брату, посылая себе легкие импульсы спокойствия.

После той давней ночи, когда Лео чуть не ушел за грань, его кожа стала очень бледной, почти прозрачной, а улыбка стала редким украшением его симпатичного лица. Но когда брат смотрел на меня, в обычно хмуром взгляде часто присутствовала нежность, а на бескровных губах играла улыбка.

— Долго ещё должен настаиваться?

— Уже настоялся, наверное. Сейчас процежу, перелью в сосуд и вернусь в комнату.

— Подожду тебя. И провожу.

Лео уселся на один из стульев, показывая, что спорить с ним бесполезно. Я и не собиралась. В этом плане брат упрямый баран, который не слышит никакие доводы рассудка.  Поэтому я занялась отваром, чувствуя на себе пристальный любящий взгляд старшего брата. После той ужасной давней ночи Лео очень сильно привязался ко мне, хотя и раньше мы были очень дружны и часто неразлучны.

Сначала Лео ходил за мной по пятам, потом часто среди дня искал и испытывал сильную тревогу, если не находил. Со временем брат научился обходиться без меня, но при каждой свободной минуте искал моего общества, и лишь когда меня видел, взгляд из напряженного становился спокойным и довольным.

Родители замечали эту особенность, поэтому в детстве во время занятий и тренировок Лео я часто находились в поле его зрения, чтобы он не думал, где я и что со мной.Пока брат занимался или учился сражаться, я тоже не теряла зря времени — сидела где-нибудь в уголочке и читала труды известных целителей или перебирала собранные травы и корешки.

Самое долгое расставание впервые случилось, когда мне исполнилось четырнадцать лет. Мне пришлось уехать на четыре месяца из Замка быстрой реки, чтобы учиться у темного целителя, на которого мне указала Пресветлая во время одной из молитв.

Когда я вернулась, на изможденное полупрозрачное лицо Лео с глубоко запавшими глазами было страшно смотреть.

Мы дошли до поляны, где я обычно собирала кровавник, и я сразу почувствовала насыщенный сладковатый запах растения, которое находилось в самой поре цветения. Я резко обернулась.

— Мы пришли, — оповестила свою охрану. — Но ни один из вас не ступит на поляну. Если это случится, то, боюсь, собирать будет нечего. Можете окружить ее и спокойно ждать, когда я освобожусь.

— Понятно, госпожа Юна. Так и сделаем, — отозвался командир отряда, весьма довольный таким предложением.

Простодушная физиономия Гарри Вилсона, отца многодетного семейства, всех членов которого я периодически лечила, говорила о том, что воин совершенно не мечтал собирать травы с целительницей.

Воины рассредоточились вокруг довольно большой поляны, имеющей форму неровного круга, а мы с Мири отправились собирать одну из самых замечательных целебных трав в мире.

По мне, кровавник обладал невероятной волшебной красотой, — я замерла на мгновение, с восхищением уставилась на красные цветы, собранные в виде корзинок в крупные соцветия. Цветы являлись продолжением жестких высоких стеблей с темно-зелеными узкими длинными, перисто-рассечёнными листьями.

— Мои красавцы, — усмехнулась довольно и вспомнила, как в детстве убеждала Лео, что вместо листьев у кровавника перья волшебных птиц. — Мири, за дело.

Я бросила строгий взгляд на помощницу, которая тоже с восхищением рассматривала удивительные цветы.

— За дело, госпожа Юна, — улыбнулась девушка.

Орудуя кинжалами, мы ловко срезали жесткие стебли и складывали растения в аккуратные и примерно одинаковые кучки. Потом, уже в замке, расположившись в огромном зале у камина, мы с Мири будем делить срезанные растения на части и отдельно складывать листья, стебли и соцветия. Каждая часть понадобится для приготовления особого эликсира.

Работа продвигалась не очень быстро — растений было много, стебли были слишком твердыми, а срезать мы решили примерно половину, чтобы основную часть кровавника заготовить именно с этой поляны.

Когда мы прошли примерно четверть поляны и присели отдохнуть, прислонившись спинами друг к другу, я услышала шум. Достаточно характерный — воинственные мужские крики и звуки сражения.

Мы с Мири на миг замерли, а потом медленно повернулись друг к другу.

— Госпожа! — Огромные девичьи глаза наполнились страхом. — На нас напали?! Оборотни?!

— Почему сразу оборотни, дурочка? — огрызнулась я, напряженно прислушиваясь к звукам. — Больше некому?!

— Госпожа Юна, бегите! Это... — Голос Гарри Вилсона оборвался, мужчина громко захрипел, раздался последний смертельный хрип, булькающие звуки и чужие жесткие смешки.

Мы с Мири замерли испуганными зайцами. Я смотрела на бледное лицо помощницы, в глазах которой зарождался дикий животный страх, и понимала, что выгляжу примерно так же.

— Куда бежать-то? — жалобно проныла Мири. — Ведь они везде.

Звуки борьбы и сражений, действительно, слышались со всех сторон. Я напряженно вглядывалась в пышную листву деревьев и вслушивалась в звуки, пытаясь понять, кто напал и в каком месте не идет сражение. Но рассмотреть что-то не получалось, а шум раздавался отовсюду.

— Сейчас нас снасильничают, — тонко завыла помощница, в панике хватаясь за меня. — Роб не возьмет меня порченой, госпожа!

— Замолчи! — шикнула на Мири, пытаясь успокоиться и собраться с духом и мыслями.

Я схватила воющую Мири за худые плечи, хорошенько встряхнула хрупкую девичью фигуру и, наконец, поймала осмысленный взгляд. Постаралась и сама собраться с мыслями.

— Успокойся. В обиду тебя не дам.

— Так они и вас... — глухо прошептала Мири. — Что вы сможете...

— Зубы обломают, — зло процедила я, чувствуя, что успокаиваюсь, а мысли стали ясными.

В это время и звуки битвы стали затихать, с разных сторон на поляну стали выходить те, кому я не очень удивилась, но кто был пострашнее оборотней Семура.

Глава 8

Они выходили с разных сторон поляны и окружали нас. В оборванной одежде, исхудавшие, лохматые, но, на удивление, с хорошим новым оружием. Сталь мечей и кинжалов, испачканная в крови дорогих мне людей, ярко и победно блестела на солнце.

Интересно, где взяли столько хорошего оружия? Кого ограбили? Таких же расслабленных воинов, как мои?

Я считала их, запоминая каждого.

К моему сожалению, их было слишком много. В два раза больше, чем людей несчастного Гарри Вилсона. Поэтому они и одолели моих воинов внезапностью и численным превосходством.

— Какие малышки симпатичные, — оскалился самый тощий и высокий, полуседые волосы торчали паклей на голове, похожей на яйцо. Он переводил масляной взгляд маленьких, глубоко посаженных глаз с меня на Мири и откровенно облизывался.