Сердце Севера (СИ) - Палей Натали - Страница 35

— Госпожа Юна, как же я без вас? — всхлипывала моя верная служанка. — А вы без нас?!

— Ты скоро замуж выходишь, Мииа. Тебе будет чем заняться. Я тоже справлюсь.

— Так я при вас всегда была. Думала, что всю жизнь так будет, — причитала девушка. — Будем вместе травки собирать, сушить, потом толочь, эликсиры из них варить, жителей замка лечить.

— Ты ошиблась, — равнодушно отозвалась я. — Так бывает. Люди задумывают что-то, мечтают, планируют, а потом все происходит совсем не так. Многоликая Богиня закрывает глаза и раскручивает колесо судьбы.  Оно вертится, и в наших жизнях все меняется. Кто-то взлетает, кто-то падает, кто-то замуж выходит, а кто-то... умирает.

— Зачем Богиня глаза закрывает, госпожа Юна?

— Наверное, чтобы жители Вериуса знали, что все равны перед ней, независимо от земли, расы, возраста. А Богиня своим особым внутренним зрением постигает саму суть происходящего, не обращая внимание на несущественные детали и внешнюю шелуху.

— Значит... то, что случилось с вами, госпожа... так нужно было? Богине виднее?

— Возможно, — ответила я после долгого молчания, вспоминая свою последнюю встречу с Многоликой Богиней Матерью и ее недовольство. По словам Богини, я изменила направление своей судьбы.

***

— Я все понимаю, — равнодушно произнесла я, обвела взглядом родных, которые смотрели на меня с понятным мне беспокойством и страхом, которые, однако, меня не трогали. — Я все равно ухожу. Здесь больше не могу находиться.

— Почему? — прошептала мама, не стесняясь слез.

— Душно. Задыхаюсь.

— Юна, поверь, что пройдет время, и ты забудешь, что когда-то существовал оборотень по имени Ройдан Семур, — зло буркнул Лео. — Оборотни ушли. Думаю, они больше здесь не появятся. Значит, ты больше никогда не увидишь Северного волка и забудешь его.

Я перевела на брата внимательный взгляд. За последние недели Лео как-то возмужал, стал крепче, исчезла его постоянная бледность. Это произошло после того, как мое сердце остановилось, а затем с помощью Гевина вновь забилось, а Элфор рассказал мне о причине ранней болезненной привязанности ко мне брата.

Когда-то давно я спасла Лео от смерти, брат оказался моим должником. Должником темного мага.

Как объяснил Элфор, те, кого спасают темные маги, потом всю жизнь энергетически привязаны к своим спасителям. А у Лео привязанность оказалась очень сильной из-за кровного родства. Но теперь он избавился от ненормальной привязанности ко мне и мог спокойно существовать без меня.

— Возможно, — ответила я Лео, вспоминая, как стояла на стене замка и сквозь бойницы наблюдала за отступлением войска оборотней. Это случилось спустя три недели с того момента, как я окончательно разорвала связь между мной и Ройданом.

Чем дальше уходили оборотни, тем тише билось мое сердце. Когда исчез последний всадник, мне показалось, что от меня осталась лишь одна тонкая прозрачная оболочка.

Без души.

Без сердца.

Без жизни.

— Мне больше не нужна защита. Я ухожу. Напоследок хотела вас увидеть, чтобы попрощаться.

Я обвела родные лица взглядом, отстраненно понимая, что чувствую себя чужой, что мне не больно от расставания, что я даже не переживаю, отвернулась и направилась к выходу из кабинета, а отец закричал гневно:

— Стража! Заприте Юну МакВелис в комнате и сторожите днем и ночью. Отвечаете за нее головой!

«Ну зачем он так? — с тоской вздохнула я. — Почему не понимает, что я должна уйти?  Зачем вынуждает меня действовать грубо, жестко и по-темному?

Когда знакомые хмурые лица возникли на моем пути, я остановилась.

— Госпожа Юна, пожалуйста, идите в свою комнату, — пробормотал жених Миры, решительно преграждая мне дорогу.

Второй воин, пожилой мужчина, который много лет служил верой и правдой МакВелисам, исподлобья уставился на меня. С опаской. И тоской. Марик Велнер явно не представлял, что может применить ко мне силу, чтобы остановить.

А я? Могу применить к этим двоим свою темную силу? Осознала, что могу. Даже убить могу. Понимание последнего царапнуло неожиданно больно, отрезвляя, останавливая, хотя сначала я решила убрать мужчин с дороги так, как теперь умела.

И я не стала бороться, прорываться силой к выходу из Замка; послушно вернулась в комнату, которую заперли, а за дверью выставили конвой.

Ночью я ушла. Уже не прощаясь. Привычным для себя способом обезвредила стражей у двери, которые открыли запертую дверь на мою просьбу отвести к отцу.

Когда я пересекла магическую защиту Замка, убрав с дороги караульных, почувствовала, что иду по ночному лесу не одна. Поскольку я давно призвала темного двойника, который помог обезвредить воинов МакВелисов, а теперь проверял для меня дорогу на наличие опасностей, то довольно быстро обнаружила того, кто шел следом.

Демоны! Его-то я меньше всего ожидала обнаружить.

Я резко сорвалась с места и кинулась бежать. На пределе возможностей. Я продиралась сквозь заросли деревьев и кустарников, не обращая внимание на препятствия, царапаясь о колючки и ветки. Преследователь не кричал, не останавливал меня, но и не отставал. Мой темный двойник давал мне это знать.

Наконец, я ступила на тропу, проложенную сквозь заросли вереска, поднимающуюся в гору к вершине холма, с которого открывался замечательный вид на Замок быстрой реки. Быстро, на пределе сил, поднялась на холм, и спешно стала спускаться по тропе вниз, даже не оглянувшись на замок, надеясь, что мой преследователь отстанет. Может, он просто провожает меня? Может, я зря переживаю?

Решила, что пора в этом окончательно убедиться, и сделала резкий рывок с тропы в чащу и вновь побежала, слепо, не разбирая дороги, далеко уходя от тропы.

Тогда Гевин Элфор возник прямо передо мной. Я налетела на мужчину, ударившись о него, как о гранитную скалу. Сильные руки удержали меня от падения, с силой крепко схватили за плечи, причиняя боль.

— Гевин, зачем ты за мной идешь? — холодно процедила сквозь зубы. — Тебе приказали?

— Приказали, — сухо проронил мужчина, который даже не запыхался.

— Кто?

— Странный вопрос. Кто мне может приказать? Твой отец, мой господин. Он опасался, что ты все равно уйдешь, используя темную силу, и оказался прав.

Я вырвала руку и стукнула кулаком по каменной груди мужчины, запрокинула голову и холодно проговорила:

— Что хочешь получить, чтобы сказать моим отцу и брату, что упустил меня?

— Я не продаюсь, Юна.

— Я не вернусь.

— Я верну тебя. — Гевин пожал широкими плечами. — Я сильнее, ты знаешь это.

— Сильнее, — кивнула я, размышляя, в чем я могу быть сильнее Элфора? Как смогу уговорить мага отпустить меня?

Ответ пришел не сразу. Всматривалась в невозмутимые глаза темного, которые светились в темноте, ждала от него подсказку. Но Гевин словно в статую превратился. Однако через время взгляд его чуть изменился, потяжелел, что ли...

А ведь мне иногда казалось, что Гевин ко мне неравнодушен. Я, правда, всегда откидывала эти мысли прочь, а сейчас решительно встала на носочки, обняла застывшего мужчину за шею и потянулась к его плотно сжатым губам.

Элфор не пошевелился, только сверлил меня пристальным взглядом, никак не реагируя на мое поведение, не наклоняя голову, чтобы я могла дотянуться до его губ.

— Гевин, я не знаю, как уговорить тебя отпустить меня. У меня ничего нет, — прошептала я. — Кроме моего тела. Хочешь меня?

Я не отводила глаз от непроницаемого лица темного, который не отвечал и, вообще, никак не реагировал на мои слова. Лишь смотрел. Странно. Холодно. Тяжело.

Проходила минута, другая, ничего не менялось. Гевин не шевелился, а я так и стояла на носочках, обхватив его за крепкую шею, прижимаясь к нему.

— Не хочешь, — равнодушно констатировала я, опускаясь на землю, отступая на шаг от мужчины.

— Хочу, — вдруг глухо отозвался Элфор сиплым незнакомым голосом, удерживая меня одной рукой. — Но не так. Хочу видеть тебя женой.