Сбежавшая жена. Летающая аптека Эдельвеи (СИ) - Манаева Ирина - Страница 8

«Ты настолько глупа, что даже не можешь представить, что говоришь!»

Звучит, как речь умудрённой жизнью матроны.

- Сколько тебе лет? – задаю новый вопрос.

«Двадцать два».

Мы идём втроём между деревьев, но по факту иду одна я. Остальные едут на мне и во мне. Белиберда какая-то.

«Когда ты оставишь моё тело?»

- Как только отдам ребёнка матери.

«Ты всё ещё веришь, что она жива?»

Да, после увиденного, вряд ли можно полагать, что Лютеции повезло. Но надежда умирает последней. Я считаю, что мудрость народа лежит в основе пословиц и поговорок.

«Она украла мою жизнь!»

- Тогда уж это я, потому что сейчас в твоём теле.

«Она забрала моего мужа и возможность быть матерью!»

И вот сейчас не уверена, кто именно произносит эти слова. Потому что это так похоже на мою жизнь. У меня забрали мужа и возможность иметь детей. Значит, мы похожи. Лекарские способности, биография почти один в один! Убийство. Только я бы никогда не посягнула на чужую маленькую душу.

Проверяю, как ребёнок, и радуюсь, что пока спит. Только скоро она станет требовать молоко, и мне следует раздобыть его как можно быстрее, потому что иначе она будет ругаться на весь лес. А тут дикие звери, по всей видимости, зелёные орки.

- Где ближайшая деревня? Следует поесть.

«Оставь её здесь, тогда скажу!»

- Слушай, - принимаюсь злиться. – Тебе не надоело? Просто представь, что она ни в чём не виновата. Даже если ты злишься на любовницу своего мужа, причём здесь ребёнок? Возможно, она уже сирота! Неужели, тебе не жаль её?

Голос молчит, и кажется, что она покинула меня.

- Приём, ты здесь?

«Поверни налево. Видишь яркую звезду, вот иди в её, не сворачивая».

- Спасибо.

Ну какие у меня были варианты? Пришлось довериться.

Со стороны может показаться, что я умалишённая, потому что говорю сама с собой. Ноги неимоверно болят, потому что туфли стёрли мне кожу до мозолей.

- Что такое клятва дракона? – вспоминаю о странном требовании и генерала, и Лютеции.

«Древняя клятва, нарушив которую, ты навсегда обратишься в дракона».

- И как это работает? – не совсем понимаю.

«Ты даёшь обет, и как только его нарушаешь, перекидываешься в дракона, и человеком больше никогда не стать. Со временем память настолько стирается, что уже ничего не помнишь».

- И я дала такую клятву, - раздумываю над её словами. – Значит, как только я наврежу девочке, я превращусь в дракона?

«Это моё тело! А я подобной клятвы не давала».

- Но мы связаны, как сиамские близнецы. А значит, клятва должна сработать!

Она молчит, будто пытаясь уложить эти мысли в голове. И, кажется, я убедила её хоть ненадолго не трогать ребёнка.

Под утро удалось добраться до небольшого хутора на несколько домов. Лишь в одном жила древняя старуха: иссохшая до костей, видом своим больше напоминающая мумию. Но самое удивительное, что у неё была коза с козлёнком. И я недоверчиво понюхала молоко первой, а потом сделала несколько глотков, удостоверяясь в том, что оно настоящее.

Только оставался вопрос: как дать грудному ребёнку молоко, если бутылки с соской тут в помине не было? Старуха отправилась в сарай и долго там копалась, пока не вернулась с чьим-то рогом, вручая его мне с улыбкой на сморщенных губах.

- Это что? – не поняла я, и она налила чуть молока в полый сосуд, показывая, как с другого конца стала выходить капля за каплей белой жидкости. Теперь понятно. Осталось его прокипятить.

Тем же методом, что и раньше, я промыла посеревший от времени рог, а потом прокипятила его и влила молоко.

Элиана с жадностью накинулась на тонкую лейку, но тут же принялась капризничать, потому что никак не могла приспособиться, и мне пришлось уговаривать принять её снова, потому что иначе она бы просто осталась голодной. Измучившись и выпив куда меньше положенного, она снова засыпает, а старуха принимается потчевать меня.

Картошка, хлеб и молоко – вот тот скромный набор, что на столе, но я благодарна и за это незнакомому человеку, который пришёл на помощь. И когда уже хочу спросить можно ли мне здесь остаться, она скрежещет сиплым голосом.

- Уходи-и-и-и-и. Он не должен тебя видеть.

Визуал рожок для молока

Признаться, с этой генерацией я намучилась. Нейросеть долго не желала понимать меня. И выдавала немыслимые картинки. Поделюсь некоторыми, которые показались более близкими к моему представлению о детских рожках)

А вы встречали раньше подобные приспособления в книгах, фильмах или музеях?

Глава 12

Мёртвые земли имели не очень хорошую репутацию хотя бы потому, что здесь пропадали люди. Речь шла не только о человеке, а о любом, кто ступает на эту землю, будь то дракон, орк, эльф, гоблин, оборотень. Это было пристанище для изгнанных из собственных империй, где можно было найти приют. Зачастую последний.

- О ком говорила старуха? – зеваю, потому что не спала всю ночь, к тому же активно топала в неудобных дурацких туфлях. Другой обуви раздобыть не удалось, и мне пришлось отрезать переднюю часть у этих, высвобождая уставшие пальцы. Стало немногим лучше, но я просто мечтала о том, чтобы стащить эти балетки со своих ног.

«Понятия не имею», - отзывается голос. – «Но лучше послушаться и вернуться обратно. Возможно, нам удастся обменять ребёнка на мою жизнь».

- Нашу. Теперь мы с тобой вместе. И не станем никого обменивать. А что если я не захочу уходить?

«Тебе придётся. Магия дракона какое-то время сможет выдержать нас обеих, но придёт время, когда она истончится и выдавит тебя. Тогда уже про океан вечности можешь не мечтать».

- Что будет?

«Ничего. Ты просто исчезнешь».

Тоже мне, испугала. Я и раньше так думала. А теперь шагаю с ребёнком, чувствуя запахи леса и приятный ветерок на коже.

- Сколько у меня времени?

Но она не стала отвечать на этот вопрос, а я вспоминаю сказку про избушки: ледяную и лубяную. Вот и выходит, что я как лиса из той сказки. С одной лишь разницей, что у меня есть истинная причина: и она мерно сопит в корзинке, которую любезно выдала старуха. За плечами мешок с молоком, хлебом и картошкой на первое время. Тут же тот самый рожок. Пока не придумаю что-то получше, следует его беречь.

«Иди прямо, Ульбиг должен отогнать орков в их земли. Он вернётся за тобой».

- За нами, - трогаю лобик Элианы, уверяясь, что она здорова.

«Ты спасаешь ту, кто потом меня и убьёт!» - снова напоминает Эдель.

- Я поговорю с твоим мужем, объясню ему…

«Что? Ты со своим поговорить не в силах, а хочешь навести порядки в чужих жизнях».

Застываю на месте, задумываясь.

- Ты можешь слышать мои мысли?

«Конечно. Они в моей голове. Так что поменьше думай».

Совет так себе, особенно, если учесть, что нельзя выбросить из головы свои переживания. Значит, она слышит размышления и о ребёнке? Спрашиваю её мысленно, но она молчит.

- Тебе не всё подвластно.

«Лишь самые сильные эмоции», - признаётся.

Значит, как бы я не врала себе или другим, для меня муж так и остался слишком сильной эмоцией…

Делаю очередной шаг, но тут же замираю и прячусь за деревом, потому что слышу какой-то шум. Оглядываюсь по сторонам, понимая, что звук идёт откуда-то спереди. Спустя пару минут вижу мальчишку: испуганного и грязного, который от кого-то убегает. Оглянувшись, делает лишь пару шагов, когда спотыкается ногой о корень и кубарем летит дальше, цепляя на себя траву. Останавливается только у ствола большого дерева, ударяясь головой, и замирает.

Тут же устремляюсь к нему.

«За ним кто-то гнался», - подсказывает Эдель, и я всматриваюсь в глубь леса, пытаясь высмотреть кого-нибудь.