Я держу тебя (ЛП) - Уильямс Стейси - Страница 63

Если я позволю себе влюбиться и отдам ему своё сердце, смогу ли я быть уверена, что он не разобьет его и не заберет с собой, когда пойдет дальше? Или возможно, что у нас с ним может быть всё, что я себе представляю?

Глава 36

ШЕЙН

Мэгги пристально смотрит на меня, и я бы отдал своё здоровое колено, чтобы узнать, о чём она думает. Она злится из — за того, что я сказал Дэнни? Если да, то мне всё равно. Этот придурок должен точно знать, что произойдет, если он каким — либо образом с ней свяжется.

Марк начинает свой рассказ о том, как его призвали в армию, и она отводит глаза. Я могу сказать, что у неё болит лодыжка, и она пытается справиться с этим, но я почти уверен, что физическая боль — это не то, что у неё на уме. Я готов убраться отсюда, чтобы она могла рассказать мне, как на самом деле прошел её день, и, возможно, выплеснуть всё, что зреет в её хорошенькой головке.

Появляется официантка, чтобы принять наш заказ, и я надеюсь, что она сделает это быстро. Я хочу пойти домой и послушать всё, что Мэгги захочет мне рассказать.

— Вы бы его слышали. Он кричал, как маленькая девочка, около минуты, — смеется Шон.

— Эй, я бы хотел посмотреть, как ты проснешься от гигантской змеи, нависшей над твоей головой, и посмотрим, как ты отреагируешь, — защищается Марк.

— По крайней мере, это была не мышь, — говорит Мэгги, переводя взгляд на меня и обратно. — Тебе повезло, что у него ещё нет телефона. Он бы разнес это по всему Интернету. Я честно предупредила тебя, но теперь он ждет ответку.

Марк ухмыляется.

— О, не волнуйся. Я планирую свою месть.

Они переходят к разговору о футболе и статистике этого сезона, затем переключаются на защиты “Лосей”.

— После того, что ты сделал с этими ребятами в этом сезоне, это только вопрос времени, когда другие школы обратят на тебя внимание, — говорит Марк.

— Посмотрим, как пройдет оставшаяся часть сезона, — мысли о будущем создают хаос в моей голове, с которым я не могу справиться, поэтому я избегаю этого. Я даже не задумывался о том, что это будет означать для моей ситуации с Мэгги, и не хочу думать об этом. — Я многому здесь научился, и нет ничего лучше, чем работать с Кавано. Он жесткий, но гениальный.

Шон кивает.

— Да, жаль, что он не был моим тренером в колледже. Всё могло бы быть совсем по — другому.

Официантка приносит нам еду, и Мэгги ковыряется в своей тарелке. Я не знаю, то ли она просто устала, то ли происходит что — то ещё.

Дэнни начинает обсуждать шоу и то, над чем они с Мэгги работали.

— Не позволяйте ей одурачить вас. Она лучшая. Когда она поступила в Джульярд, она была такой тихой. Она ни с кем не разговаривала. Однажды я видел, как эта худенькая малышка вошла в класс. Она выглядела так, словно вот — вот сломается. Мы все задавались вопросом, что, черт возьми, она там делала, — Дэнни улыбается. — Потом, однажды вечером, я поймал её, когда она пробиралась в студию на репетицию. Это было все равно, что наблюдать, как кто — то возвращается к жизни. Я никогда не видел, чтобы кто — то так танцевал, с такой необузданностью.

— Тебе не следовало смотреть. Это было личное, — говорит Мэгги, не глядя на него, и в её тоне есть что — то такое, что мне незнакомо.

Дэнни смеется, как будто это шутка, но она не находит это смешным.

— Да, ну, ей потребовалось всего месяц или два, чтобы поджечь всё это место. Там не было ни одного парня, который не хотел бы потанцевать с ней, а девочки никогда не хотели учиться в одном классе. Мы все думали, что она попала туда только потому, что её отец помог. Я имею в виду, ты выглядела очень худой и взвинченной, когда пришла. Ты определенно не выглядела так, будто тебе там самое место.

Мэгги опускает вилку, но не отрывает взгляда от тарелки, пока Дэнни рассказывает об окончании университета и открытии собственной студии. Марк и Шон обсуждают людей, с которыми он работал, но Мэгги где — то в другом месте, и мне это не нравится. Я кладу руку на спинку её стула, наклоняясь ближе к ней.

— Ты в порядке? Хочешь уйти отсюда?

Она только кивает.

— Было весело, но мы едем домой, — объявляю я. Я бросаю ключи Шону. — Можете поехать за нами, либо остаться здесь.

Я встаю и помогаю Мэгги подняться, предварительно убрав лед и снова надев ботинок ей на ногу. Я собираюсь снова взять её на руки, но она настаивает, что может идти сама, и я не мешаю ей.

На парковке я сажаю её на пассажирское сиденье и забираюсь рядом с ней. Мы едем в тишине, пока она смотрит в окно, и всё, что я знаю, это то, что это не та женщина, которая нашла меня сегодня вечером в баре. Я не знаю, что случилось и о чём она думает, но я собираюсь это выяснить.

Глава 37

МЭГГИ

Шейн загоняет мою машину в гараж, и всё, чего я хочу, — это посидеть в горячей ванне, пока не восстановлю свои силы. Сегодня я не хочу больше ни о чем думать. Помимо того, что при каждом движении все мое тело словно горит изнутри, мой мозг работает на пределе возможностей. Активизируется слишком много нейронов, и энергии не хватает, чтобы принести какую — либо пользу.

Шейн выпрыгивает из машины, и прежде чем я успеваю пошевелиться, он открывает мою дверь и наклоняется внутрь. Я отодвигаюсь в сторону, готовая вылезти, но он блокирует меня. Я выдыхаю, зная, что у меня нет на это сил.

Он наклоняется ещё ближе, его большое тело нависает, когда он кладет руки на сиденье рядом с моими бедрами, так что мы смотрим друг другу в глаза. Его карие глаза такие мягкие и нежные, что мне хочется заползти в его объятия и спрятаться там навсегда, где безопасно и тепло.

— Расскажи мне, что случилось, — его нежное требование вызывает во мне бурю противоречий.

Я смотрю на него во всей его доброте и искренности. С чего бы мне вообще начать? У меня такое чувство, что сегодня вечером я вошла в ресторан одним человеком, а вышла другим. Это неправда. Это всё я. Я просто ещё больше запуталась, а потом к этому добавилось кучу стыда и смущения с небольшим добавлением гнева, и моё полное истощение не помогает.

— Что ты имеешь в виду? — я точно знаю, что он хочет знать, но не хочу ему говорить.

Одна темная бровь слегка приподнимается, эти нежные глаза не смотрят ни на что, кроме меня.

— Что — то произошло там. Я хочу знать, что.

Он пристально смотрит внутрь меня. Не на меня. Кажется, он заглядывает так глубоко внутрь, что, возможно, способен увидеть мою душу, и от этого мне хочется свернуться калачиком. Я не уверена, что хочу, чтобы он видел так много.

Но вот я здесь, меня держит в плену в моей собственной машине этот человек, который вызывает у меня полное замешательство. Чувства, эмоции, гормоны…он перевернул всё с ног на голову, и я понятия не имею, что с этим делать.

Хочу ли я сказать ему это в данный момент? Нет. Хочу ли я поцеловать его и надеяться, что мы сможем пропустить остальную часть этого разговора, может быть, выясним это позже? Определенно, да. Поможет ли это чему — нибудь? Вероятно, нет, но, скорее всего, это было бы действительно приятно и послужило бы прекрасным отвлечением. Чёрт возьми! Жаль, что я не могу просто вручить ему своё сердце и попросить сохранить его.

Что я знаю о Шейне, так это то, что он бы это сделал. Он бы бережно хранил его. Проблема в том, как я получу его обратно, когда всё это развалится? Когда он будет готов двигаться дальше.

— Мэгги, — то, как он так терпеливо произносит моё имя, вызывает у меня желание прижаться к нему и держаться изо всех сил.

Я одергиваю низ пальто, пытаясь разобраться в бесконечном списке вещей, которые крутятся у меня в голове, мешая мыслить трезво или вообще что — либо соображать.

Что я могу сказать? Как насчет того, что я, возможно, очень вероятно, почти наверняка влюбляюсь в тебя, большой парень? Я могла бы сказать это. Или что будет, если он получит звонок с предложением, как сказал Шон? То, из — за которого уедет тренировать в другом месте. Хммм. Нет. О, может, мне стоит поговорить с ним о том, что сказал Дэнни, и о страданиях, которые я испытываю, потому что была молода и наивна и просто хотела что — то почувствовать. Возможно, мы могли бы поговорить об этом и о том, что в любую минуту мне придется передать этот груз унижения адвокату, потенциально раскрыв самые личные и смущающие подробности моей жизни. Нет. Определенно, я не собираюсь делать это прямо сейчас.