Одержимый (СИ) - Михеева Анна - Страница 25

Я бросилась в спальню, упав на лестнице и разбив колено. Поскуливая, смогла-таки подняться на второй этаж.

Остаток денег, от продажи доли я спрятала в обувную коробку. У Саши был сейф, в кабинете, только кода я не знала, и не придумав, ничего лучше, определила деньги в своем гардеробе.

Беря в руки коробку, я уже поняла, что она пуста. Но упрямо открыла крышку. Так и есть, денег в ней не оказалось. Зато были несколько листов, сложенных пополам. Развернув их, я поняла, что это ксерокопия, снятая с обычной тетради, в клетку.

«Я, Патрушева Оксана Николаевна, **** года рождения, проживающая по адресу…»

Мобильный ожил, нарушив тишину. Короткий сигнал — пришло сообщение.

Номер скрыт.

В сообщение только ссылка, на местный новостной канал.

41

Ладони вспотели, и мерзко подрагивали. Я ждала, когда загрузится видео, чувствуя, как на моей шее затягивается удавка.

«Сегодня утром, было обнаружено тело молодой женщины. По предварительным данным смерть наступила в ночь с 26 на 27 июля. Причиной смерти, сотрудники полиции называют множественные ножевые ранения. По версии следствия, в квартире убитой, гражданки Патрушевой, произошла ссора, в результате которой, женщина погибла. В настоящий момент следствие ведется. Разыскиваются свидетели…»

Мир и свет, на мгновение, померкли перед глазами.

Я бросилась в ванную. Меня рвало.

Я умылась, с особой тщательностью прополоскала рот. На самом деле, я просто оттягивала неизбежность. Было ощущение, что я сама себя загоняя в капкан. Последний шаг, перед полетом в бездну. Было страшно. Нет, не так. Я была в ужасе.

Я слышала, как надрывался телефон на первом этаже.

— Хватит, — в отражении на меня смотрела совершенно безумная девица.

Нетвердой походкой я вернулась в спальню. Телефон и ксерокопии лежали там, где я их оставила.

«Я, Патрушева Оксана Николаевна, **** года рождения, проживающая по адресу: г. Н…

Сознаюсь в том, что стала соучастницей преступления — убийства бизнесмена Александра Ольховского.

В середине февраля этого года, я, случайно познакомилась с Элиной Ольховской, в спа-центре «Афродита», по улице Пирогова. После процедур мы снова встретились в фойе. Она предложила выпить кофе, в заведении, неподалеку. Я согласилась. В тот день мы делились впечатлением о спа-центре.

После этого мы встречались с Элиной еще дважды, в том же центре, а затем шли в кафе. Казалось, что мы смогли подружиться. Поэтому, я не удивилась, когда Элина Ольховская пригласила меня поужинать. К тому моменту я уже смогла понять, что с мужем у нее не все гладко, хотя Элина, в разговоре со мной этой темы старательно избегала.

Мы встретились 19 марта на парковке ресторана «Слобода», однако, в ресторан так и не пошли. В тот вечер Ольховская выглядела очень расстроенной. И наконец, рассказала о своих непростых отношениях с мужем. По словам Элины, ее муж, Александр Ольховский всячески издевался над ней, отказывался дать развод. Я поверила.

Затем, Элина призналась, что у нее есть любовная связь. И только она не дает ей покончить жизнь самоубийством.

Она просила о помощи.

Ее муж, в последнее время, стал ее подозревать. Даже приставил своего охранника, следить за ней. В тот вечер она попросила ее прикрыть, пока она будет встречаться с любовником. Что я и сделала.

Вещи она привезла с собой.

Следующей ночью, в ее шубе, украшениях я отправилась гулять, привлекая к себе как можно больше внимания, но с тем, стараясь его к себе не привлекать.

Я находилась в баре «Пикассо». И, по настоянию Элины, опрокинула на шубу бокал вина.

Затем я отправилась на такси по адресу: ул. Ломоносова 15.

Вещи, в которых я находилась в ту ночь, я оставила в поселке, в котором проживала Элина, у озера, в черном мусорном пакете, как мы и договаривались.

Лишь спустя несколько дней я узнала, что в ночь, когда я изображала Элину Ольховскую, ее муж был убит.

Я признаюсь в своих действиях. А еще, я боюсь, что она от меня избавиться, так же как избавилась от своего мужа».

Телефон зазвонил снова.

С трудом поднявшись, я спустилась на первый этаж.

— Алло? — с трубкой, прижатой к уху, я по стенке осела на пол. Ноги отказывались меня держать. С чего я взяла, что у кошмара есть конец? У моего нет, ни конца, ни края.

— Ну и как тебе?

— Много ошибок.

— Да? — хохотнул он. — Не исключено. У бабы мозгов было маловато, раз она с тобой связалась. Еще и поверила тебе.

— Я не знала эту женщину.

— Я должен тебе поверить?

— Нет, не должен, — отвечаю. А ведь я действительно была в спа, примерно тогда, когда описывает Патрушева. И на парковке «Слободы», накануне убийства Саши тоже была, вот только встречалась я там с Вадимом.

— Ну и правильно, потому что я тебе не верю. Как думаешь, в ментовке поверят?

— Думаю, нет.

— Как считаешь, они заинтересуются, если я отправлю им писанину этой девки? Не всю, скажем ее часть. Будет сериал. Как ты относишься к сериалам?

— Что ты хочешь? — выдыхаю. — Денег? Сколько?

— А я уже забрал, — снова засмеялся он. — Немного, но ее слова больше и не стоят.

— Тогда чего?

— Я хочу, чтобы ты поняла, что я найду тебя везде. Найду и накажу.

— Поняла…

— Это вряд ли. До тебя долго доходит.

— Ее убил ты? Эту женщину убил ты?

— Нет. Ее убила ты или твой любовник, — я собиралась возразить, но он отключился.

42

Не знаю сколько я так просидела, прижав трубку к груди, и глядя в никуда.

Телефон зазвонил снова.

— Поднимайся в спальню, — короткий приказ и гудки.

Я пошла, едва переставляя ноги.

Спальня выглядела ровно так, как я ее оставила.

Проигнорировав постель, я отправилась в душ. А когда вышла, в комнате была кромешная тьма.

За спиной, в ванной, все еще горел свет.

— Выключи. И ложись в постель. Помочь? — спросил он, поскольку я замерла, как статуя, комкая в ладонях пояс халата.

— Нет, — щелкаю выключателем.

— Халат сними.

— П-пожалуйста…

— Снимай, — повторил он. — И ложись на кровать.

— Я…

— Хочешь повторения? Меня анал не штырит, но, если ты настаиваешь, — послышался едва уловимый скрип. Он встал с кресла.

— Нет! Нет, не надо, — я поспешно сняла халат, и натыкаясь на все подряд, смогла добраться и лечь, поверх одеяла. — Не насилуй меня, — вышло пискляво.

— Ты не оставляешь выбора, — по звукам я понимаю, что он раздевается.

— Но ты ведь так не хочешь? — пытаюсь исправить ситуацию. — Ты говорил, что любишь меня. Что тебе тоже больно, — меня трясет. — Мне было больно! Ты ведь не такой!

— Я еще хуже, — летит в ответ.

— Я не хочу тебя ненавидеть, — всхлипываю, сжимаясь. — И боятся не хочу!

— Не играй со мной в эти игры, — его голос рождает страх. Я что, всерьез, собиралась погладить кобру?

Он разводит мои ноги, а я снова сжимаюсь. Он гладит кожу бедер, внутри, снаружи, а я начинаю неистово дрожать. И плакать.

— Тих-тих, будешь хорошей девочкой? — спрашивает, продолжая скользить пальцами по коже.

— Буду, — выдыхаю одними губами. — Буду, — повторяю громче. — Я сделаю все, что ты хочешь!

— Да неужели? — вроде бы забавляется он. — Тогда соси.

По покачиванию матраса, понимаю, что он переместился. Шарю в темноте руками, стараясь сдерживать всхлипы.

Он запускает пятерню в мои волосы, приподнимает голову. Губ тут же касается головка, понимаю это, почувствовав терпко-солоноватый вкус на кончике языка. Он не спешит, скользит членом по губам, двигаясь плавно. Его пальцы в волосах ослабляют хватку, начинают поглаживать кожу, успокаивая, поощряя.

Раскрываю губы, слегка выставив язык.

— Ммм, — громкий вздох, — умница, — голос хриплый, тягучий.

Он касается груди, продолжая движения членом, по губам. Он не спешит. Мягко сжимает полушарие, сжимает сосок, тянет, прокручивает. Следом другая грудь.

Закрываю глаза, хоть это и не имеет смысла, в комнате темнее самой темной ночи. Он продолжает свои неторопливые ласки, а я вдруг понимаю, что мне хорошо. До абсурдности хорошо и спокойно. Чувства, до этого момента, мне не ведомые.