Лукан. Конец (ЛП) - Бринн Адриана - Страница 23

Кара стоит справа от меня, а напротив нее стоит Фэллон, выглядящая ужасно раздраженной.

Как будто мне есть до этого дело.

Я поворачиваюсь к своей невесте и замечаю черные засушенные розы, вплетенные в ее волосы и свадебный букет. Ее глаза встречаются с моими из-под черной вуали, и на мгновение я улавливаю в них нотку грусти, что удивляет меня. Андреа редко проявляет такие эмоции. Она присутствует, недолго, но я все равно чувствую, что эта грусть будет преследовать меня до конца наших дней. Несмотря на свое нынешнее положение, она держит голову высоко поднятой и кажется спокойной в сложившейся ситуации.

В церкви воцаряется полная тишина, и священник впервые с момента нашего приезда начинает говорить.

— Мы собрались здесь, чтобы соединить этих двух детей Божьих в святом браке. Сегодня они публично заявляют о своей преданности друг другу перед Богом и католической церковью. Суть этого обязательства заключается в принятии друг друга целиком, как любовника, спутника и друга. Хорошие и сбалансированные отношения — это такие отношения, в которых ни один из людей не подавляет и не поглощает другого, в которых ни один из людей не является собственником другого, в которых оба отдают свою любовь свободно и без ревности. В идеале брак — это разделение обязанностей, надежд и мечтаний. Чтобы расти вместе, переживать трудные времена, быть любящими и бескорыстными, требуются особые усилия.

Священник продолжает церемонию, а я смотрю в глаза своей невесты, а она смотрит куда угодно, только не на меня.

— Согласны ли вы открыто делиться друг с другом своей жизнью и говорить правду в любви и согласии? Обещаете ли вы чтить и нежно заботиться друг о друге, лелеять и ободрять друг друга, стоять вместе в горестях и радостях, трудностях и победах во все дни вашей жизни? — Священник спрашивает нас обоих.

— Согласны.

— Согласны ли вы делиться своей любовью и радостями вашего брака со всеми, кто вас окружает, чтобы они могли учиться у вас и вдохновляться на рост в своей собственной жизни?

— Согласны.

— Пусть эти кольца будут благословлены как символ вашего союза. Пусть каждый из вас, глядя на эти кольца, будет вспоминать не только об этом моменте, но и о клятвах, которые вы дали, и о силе ваших обязательств друг перед другом.

Кара и Фэллон выходят вперед и вручают каждому из нас по кольцу.

— Лукан, пожалуйста, повторяй за мной…

— Я, Лукан, беру тебя, Андреа, в законные жены, чтобы любить и оберегать тебя с этого дня, в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас.

Я не повторяю клятвы, которыми нас кормит священник, я говорю от своего гребаного сердца.

— Я, Лукан Томас Вольпе, беру в жены Андреа Валентину Николаси, чтобы любить и оберегать ее.

В болезни и в здравии.

В богатстве и бедности.

В мои хорошие, но особенно в плохие.

С этого дня ты не будешь одна. Я буду рядом на каждом шагу.

Пока смерть не разлучит нас.

Андреа вскидывает голову, ее глаза сужаются, словно она пытается разгадать истину в моих клятвах. Как только она заканчивает пытаться расшифровать мои намерения, она произносит слова «пошел ты» и улыбается самой сладкой из улыбок.

Я сузил глаза, но она лишь отвернулась.

Я беру ее руку в свою и надеваю кольцо на ее палец.

— Андреа, пожалуйста, повторяй за мной…

— Я, Андреа, беру тебя, Лукан, в законные мужья, чтобы любить и оберегать тебя с этого дня, в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас.

Андреа повторяет за священником, и звучит это отрепетированно, как будто она предпочла бы быть застреленной, а не быть здесь, связав свою жизнь с моей на всю жизнь. Ее холодная рука берет мою и надевает кольцо на мой палец.

— Идите с миром и живите в любви, разделяя самые драгоценные дары, которые у вас есть, дары вашей совместной жизни. И пусть ваши дни будут долгими на этой земле. Я объявляю вас мужем и женой. Вы можете поцеловать невесту.

Сотни глаз наблюдают за нами.

Я берусь за ее затылок и наклоняюсь к ней. Она застывает на месте, за исключением глаз. Она продолжает сжимать и разжимать руки, и ее ноздри расширяются за мгновение до того, как я решительно прижимаюсь к ее рту.

Ее мягкий рот прижимается к моему, а ее сладкий аромат вызывает во мне только желание.

Я внезапно отстраняюсь от нее, заставляя Андреа открыть глаза. Она смотрит на меня с вызовом и презрением, но я вижу и намек на желание.

Она может обмануть всех, но только не меня.

Я выпрямляюсь и отвожу взгляд от ее лица. Краем глаза я вижу ее растерянное выражение, прежде чем отвести ее от алтаря и вывести из церкви.

Андреа наконец-то моя, но почему я чувствую эту пустоту и боль в груди. Это не похоже на все свадьбы, на которых я бывал раньше. Где мужчина жаждет остаться с невестой наедине, а женщина ходит, как по облакам.

Печаль в глазах Андреа делает этот момент таким, будто ее приговорили к смертной казни.

Не для меня.

Я пять лет мечтал о том, как сделаю эту женщину своей.

Этот момент может показаться неудачным, но я все равно ее поймал.

Теперь, глядя на свою новую невесту и пустой взгляд в ее глазах, я думаю, был ли это лучший выбор.

Я мог бы поехать в Нью-Йорк и ждать у дверей ее квартиры, пока она не согласится уделить мне время. Может быть, я смог бы убедить ее дать мне еще один шанс и показать, как хорошо нам может быть вместе.

Я мог бы рассказать ей все, что хотел, в ту ужасную ночь пять лет назад.

Но я не такой человек.

Никогда им не был и не уверен, что когда-нибудь смогу им стать.

Я заставил ее подчинится мне, и это было самое простое. Самое сложное — сделать ее моей. По-настоящему моей.

Заставить ее добровольно влюбиться в дьявола.

Я не уверен, что это возможно, но я не остановлюсь, пока Андреа не станет полностью моей по собственному желанию.

Каждая ее часть.

Ее страхи, ее мечты, ее победы, ее поражения, ее демоны. Все это. Я хочу все до единого.

Да, она будет моей. Телом, сердцем, разумом и душой.

Черт.

Я бросил еще один взгляд на Андреа. В этом черном свадебном платье она похожа на саму смерть. Ее холодная рука сжимает мою, пока я веду ее к машине, а вокруг нас снуют папарацци.

Когда она была моложе, папарацци оставляли ее одну в Детройте, потому что Бенедетто отдал приказ.

Не я.

Я позвонил им лично, чтобы все могли увидеть, как она стала моей.

Андреа Валентина Вольпе.

Звучит чертовски правильно.

Жалею ли я обо всем этом?

Нет, между любовью и ненавистью есть лишь тонкая грань, и mia regina22 скоро добежит до финиша.

Побежит ко мне.

Да, блядь.

Всего один поцелуй — и наше будущее решено, наша судьба предрешена.

Поцелуй смерти.

Моя дорогая жена верит, что однажды она освободится от меня. Разве она не знает, что нет ничего, на что бы я не пошел, чтобы сохранить ее привязанность ко мне.

Я серьезно отношусь к своим клятвам.

К лучшему или к худшему.

Эти клятвы станут чертовой занозой в заднице.

Несмотря ни на что, Андреа — моя, и это никогда не изменится.

Навсегда.

Пока смерть не разлучит нас.

Только эта жестокая сука может.

АНДРЕА

ВИЖУ ЕЕ В СВОИХ СНАХ

«Любовь, которая исцеляет все раны». — Кара

Прием будет проходить в бальном зале одного из отелей и казино Паризи. Это место выглядит так, будто Микеланджело спроектировал его сам из могилы. Все в этом отеле навевает мысли о золотом потолке и атмосфере ренессанса. Клянусь, я чуть не прослезилась, глядя на потолок. Семья перестроила его пару лет назад, после того как владелец, Габриэле Паризи, исчез с лица Земли.

Странно, что приглашены почти все преступные организации Детройта. Все они разбросаны по комнате: русские, ирландцы и даже группа татуированных и диких на вид мужчин.