Лукан. Конец (ЛП) - Бринн Адриана - Страница 53

Стол с силой раскачивается при каждом толчке, и единственными звуками в студии остаются наши потные тела, шлепающиеся друг о друга, и наши стоны.

Я солгал ей сегодня, я не хотел. Я не собирался, но я хочу, чтобы она увидела меня. Не только милого мужа, но и мою извращенную сторону.

Капо трех семей.

Я хочу, чтобы она любила меня всего.

Я хочу, чтобы она полюбила уродливое, прежде чем я дам ей остальное.

Мое лучшее.

АНДРЕА

ОН МОЙ

«У каждого из нас есть свои демоны». — Кассиус

После трех раундов дикого и грязного секса мы обессилели и лежим голые на покрытом краской полу студии. Оба наших тела покрыты краской и глиной после катания по ним. И нашими телесными жидкостями.

Почему-то я не возражаю.

Мы лежали в тишине, пытаясь отдышаться.

Я смирилась с тем, что, хотя меня до смерти пугает криминальная жизнь и все, с чем он сталкивается в Детройте. Я люблю его дикую и звериную сторону. Тьма, которую он иногда превозносит, прекрасна, когда она не приручена.

Я чувствую, как его рука уходит с моего плеча, и наклоняю голову, чтобы видеть, что он делает. Лукан тянется позади нас, открывает нижний ящик одного из шкафов и достает что-то.

— Вот. — Он мягко опускает желтый конверт мне на живот.

Я вынимаю содержимое конверта и смотрю на него с недоумением.

Он не мог.

— Она твоя. — Он говорит с небольшой улыбкой на своем красивом лице. — Она всегда должна была быть твоей. Полностью.

Все акции.

Акции моих братьев и Диона теперь принадлежат мне.

В документе я названа единственным владельцем Valentina Co.

— Ты не рождена для того, чтобы выполнять приказы или спрашивать разрешения. — говорит мой муж.

— Ты сделал все это, чтобы дать мне полный контроль над моей компанией? — Шепчу я.

Мое сердце.

Черт, мое сердце.

— Твоя мать создавала свою компанию с нуля. Ей нужна была помощь и инвесторы, чтобы создать то, что она сделала. — Он садится и берет меня за подбородок. — А тебе нет. Они сдерживали тебя, и я знаю, что ты не признаешь этого, потому что не хочешь мешать желаниям своей матери, но, детка, ты должна знать, что она хотела бы, чтобы у тебя было все, потому что ты сделала то, что есть сейчас.

Я знаю.

В глубине души я знаю, что моя мать, назвав близнецов акционерами, хотела как-то позаботиться о них, когда сама не могла, но они не проливали кровь за эту компанию, как я.

— Будь эгоисткой, детка. — Он целует меня в губы. — Хоть раз перестань думать о том, чего хотела бы твоя мама, и подумай о том, чего хочешь ты.

Мне кажется, я люблю этого человека.

Это быстро и страшно, но как же иначе?

Если это не любовь, тогда это одержимость, и мне нужна помощь, потому что мне больно думать о будущем, где его нет со мной.

— Я хочу тебя. — Я шепчу и касаюсь своим носом его. — Я хочу всего тебя.

— У тебя есть я. — Он откидывает мои волосы с плеча и проводит языком по всей длине, пока не достигает моего уха.

Меня переполняют самые разные эмоции.

Воодушевление.

Обожание.

Сексуальное, блядь, напряжение.

Я толкаю мужа на пол и забираюсь на него сверху. Я трахаю его так же, как он меня.

Грубо.

Дико.

Но это будет та любовь, которую я чувствую и о которой еще не сказала ему.

Он мой.

Все до единой детали.

Хорошие и плохие, но особенно плохие.

Все, что он есть, — мое.

АНДРЕА

Я ЧУВСТВУЮ ЭТО

«Моя девочка». — Роман

После того как мы с Луканом вышли из художественной студии, мы оба направились в его комнату и вместе приняли душ. Если бы я не принимала таблетки, я бы поклялась, что я забеременела от этого мужчины из-за всего того незащищенного секса, которым мы занимались.

Сейчас я сижу на балконе нашей комнаты и жду, пока он закончит кое-какую работу в городе. Это наша последняя ночь здесь, и он сказал, что хочет отвезти меня в какое-то особенное место.

Его слова, не мои.

— Что ты мне привезешь, мамочка? — Взволнованный и громкий голос Романа звучит в моих наушниках.

Черт, мой ребенок такой шумный.

Я смеюсь, потому что ничего не могу с собой поделать. По-другому и быть не может. Я общаюсь с ним по FaceTime уже два часа подряд, и он помогает мне выбирать цвета, узоры и текстуры для новой линии. Я сохраняю доску со всеми своими идеями на планшете, чтобы не забыть ни одной мельчайшей детали.

— Много-много всего, mi amor51. Просто подожди. — Я говорю ему правду. Я купила для него сувениры из всех мест, где мы побывали во время этой поездки. Я купила ему несколько брошюр о галереях, потому что он почему-то любит их собирать. Я также купила ему несколько новых вещей из большинства магазинов на улице Торнабуони. И поскольку он ребенок, даже если он хочет, чтобы я иногда забывала об этом, а я не буду, потому что он мой ребенок и всегда им будет, я купила ему несколько игрушек через Интернет, и они должны быть доставлены завтра.

Иногда я балую его, потому что он хороший ребенок и заслуживает этого. В глубине души я знаю, что балую его из-за чувства вины. Вины за то, что я лишила его отца. За мой образ жизни и, самое главное, за то, что…

— Ой, мамочка, Эмилио пришел! — Восклицает он, спрыгивая с табурета, на котором сидел, и бежит открывать дверь.

— Что я тебе говорила о том, что нельзя открывать дверь, не спросив сначала, кто это, или ждать, пока это сделает взрослый? — Мы все давно говорим ему об этом, но он, похоже, каждый раз забывает. Мне нужно серьезно поговорить с ним в ближайшее время.

Мы больше не в Нью-Йорке. Теперь жизнь будет другой.

Еще опаснее.

Черт, ужасное чувство в груди вернулось.

Вдалеке раздается радостный, но мягкий голос Эмилио. Я слышу, как он говорит с Романом по-испански.

— Андреа, как ты? Ты уже скоро вернешься домой. — Восклицает Эмилио с другого конца экрана.

Скоро домой.

— Да, завтра утром мы возвращаемся в Детройт. — У меня все еще смешанные чувства по этому поводу. Больше всего на свете я хочу быть со своими людьми, но я боюсь того, что меня там ждет. — Как там дела?

— Все хорошо. Маленький монстр был занят школьными делами и своей собакой Куджо.

Роман с ухмылкой смотрит на своего дядю Эмилио, а затем высовывает язык.

Я смеюсь.

— Эй, Эмилио, где мой папа? — спрашиваю я, потому что странно, что сегодня он мне не звонил. Он всегда звонит, чтобы узнать, как дела, или хотя бы присылает мне текстовое сообщение.

— Ему пришлось отлучиться на минутку, что-то связанное с одним из твоих братьев. Он говорил об этом очень туманно. Он попросил меня остаться с ребенком и сказал, что он ненадолго.

Что-то не так.

— Эй, Эмилио, не отходи от него, хорошо? Я позвоню папе и узнаю, что происходит. Скажи Роману, что я люблю его.

Я кладу трубку, быстро нахожу номер отца и звоню ему. Проходит шесть гудков, прежде чем звонок попадает на голосовую почту. Мой папа всегда отвечает. Каждый раз. Что-то не так.

Я хватаю свой телефон и набираю номер Лукана.

— Что случилось? — Я никогда не звоню ему на телефон, может, поэтому он считает, что что-то не так.

— Мы должны ехать домой. — В моем голосе звучит отчаяние.

Я знаю, что что-то не так.

— Что происходит?

— Что-то не так. Я чувствую это. Пожалуйста, верни меня к моему сыну.

— Я только что разговаривал со своим самым надежным человеком, поверь, все в порядке.

— Лукан, у меня плохое предчувствие. Я возвращаюсь домой, а одна я это сделаю или нет, зависит от тебя.

Я бросаю трубку и бегу в свою комнату на другой стороне дома, чтобы собрать чемоданы и ждать, когда он приедет, и мы сможем уехать.

Прекрасное путешествие закончилось.

Это было блаженство, я на время забыла, кто я такая, и мои чувства к мужу растут быстро и интенсивно, но мне нужно вернуться.

Вернуться к моему сыну.