Чернышов. Тайны подземелья (СИ) - Ступников Виктор - Страница 39

— Хорошо, идём, — не стал отказываться я и направился к общежитию.

— Сосед уехал? — прищурился Некрасов. — Дело важное, не хватало ещё, чтоб всякие Белозубовы рядом шастали.

— Я теперь один живу, — хмыкнул я. — Думал, ты знаешь.

— Мне не докладывают, — фыркнул Арсений, и с лёгким интересом спросил. — Поссорились, что-ли?

— Можно сказать и так, — уклончиво ответил я. — Не хочу это обсуждать.

Некрасов понятливо кивнул, и больше не задавал вопросов. А когда мы добрались до моей комнаты, сразу присел на свободную кровать и вытащил из кармана письмо.

— Вот держи, прочитай, — протянул мне бумагу Арсений. — Нашёл в вещах отца. Нужно было раньше просмотреть его записи… Но мне даже смотреть на его рабочее место больно.

Я коротко кивнул и, взяв письмо, принялся за чтение. И сразу стало понятно, с чего вдруг Некрасов решил со мной переговорить. И, кажется, уже перестал открыто ненавидеть.

Коротко говоря, его отец знал о проклятье и решил войти в нашу семью осознанно. Не говоря об этом никому, он собрался взять то, чем раньше была Жутя на себя, и навсегда избавиться от проклятья. Хотел, чтобы наш род, наконец, смог зажить спокойно.

В письме он писал, что его уже начали преследовать неудачи, но он уверен, что справится со всеми трудностями. Но если нет, то Некрасовы не должны винить Чернышовых в его гибели, ведь виноваты не они, а проклятье.

Как оказалось, его уверенность в своих силах была ложной. Не знаю, успел ли он вызвать Жутю на бой и проиграл, или она настигла его раньше, но факт остаётся фактом — отец Арсения погиб.

— И что теперь? — спросил я Некрасова, возвращая письмо. — Я ведь говорил, что моя мать его не убивала.

— Не знаю, — честно ответил Арсений. — Не знаю, как теперь к этому относиться. Если бы отец не связался с вашей семьёй, он был бы жив. Но это был его выбор, и я не могу оспаривать его решение. Так что я приношу извинения за всё, что было между нами ранее. Был неправ, и больше ничего такого не повторится. Буду думать, как жить теперь дальше.

Выглядел он полностью опустошённым, и я его вполне понимал. Всё последнее время он жил ради мести, а теперь оказывается, что всё это было зря. Не каждый сможет так просто принять подобное.

— Не могу сказать, что одних извинений достаточно, — начал я, и прежде чем Арсений успел возмутиться, добавил. — Но требовать от тебя большего я не буду. Компенсацию от действий твоего дяди я уже получил, а за нападение на меня ты уже сам «получил». Что до прочих действий, зацикливаться на них будет уже слишком мелочно. Так что извинения принимаются.

— Спасибо за понимание, — хмыкнул Некрасов, протягивая руку. — Друзьями мы определённо не будем, но предлагаю разойтись на нейтральных отношениях.

— Полностью согласен, — ответил я на рукопожатие. — Не стоит нам воевать, эта история и так уже принесла нам достаточно потерь.

— Позволь спросить, — прищурился Арсений. — Это проклятие ведь всё ещё при тебе? Не думал, что это скажу, но если потребуется, я готов помочь. Убить эту тварь, отомстить за смерть отца!

— С этим ты уже опоздал, — подумав, ответил я. — Проклятье я уже изгнал, так что твой отец отомщён.

— Не могу сказать, что я полностью этому рад, — помедлив, ответил Некрасов. — Но если это правда, то спасибо за то, что смог избавиться от этой твари. Хоть ты это сделал и ради себя.

— Не за что, — кивнул я. — И делал я это не только ради себя.

В первую очередь я не мог оставить семью. Но объяснять это у меня не было ни малейшего желания.

— Пусть так, — пожал плечами Арсений и поднялся на ноги. — На этом всё. Честно, рад, что всё закончилось. Но надеюсь, что мы больше никогда не пересечёмся.

— Взаимно, — усмехнулся я. В том, что друзьями мы точно не станем, я был с ним согласен.

На этот наш разговор закончился, и Некрасов ушёл. Я же сразу принялся за вечерние процедуры, после чего наконец-то прилёг отдохнуть. Но стоило мне прикрыть глаза, как телефон булькнул сообщением. И кому я опять оказался нужен?

Если бы не тот факт, что мне могла написать Распутина с чем-то важным, я бы отложил все дела до утра. Но пришлось всё же проверить, что там такое.

Писала мне, на удивление, Годунова. Причём та из сестёр, с которой я провалился в подземелье.

«Привет, у меня к тебе просьба. Нужно поговорить. Как насчёт того, чтобы устроить тайную встречу?»

Глава 18

Предложение было, конечно, весьма неожиданным. Интересно, что ей вдруг от меня понадобилось? Надеюсь, это не очередное приглашение в клан, в благодарность за помощь. Лена может и не считает, что я тогда её спас, но её семья может думать иначе.

В остальном не припомню, чтобы у нас был ещё хоть один повод для разговора.

Но и отказываться повода тоже не было, так что я решил согласиться. Такие вопросы лучше закрывать сразу.

«Привет. Можно завтра, после занятий. Когда тебе удобно? До вечера я свободен.»

Кружок боевой магии в понедельник я мог пропустить без последствий для баллов, всем участникам похода в подземелье засчитывали посещение. Это ведь я с моим текущим уровнем мог восстановить резерв за одну ночь, а большинству студентов требовалось куда больше времени.

«Отлично! Сразу после занятий тогда, я напишу, в парке поговорим. Доброй ночи!»

Прочитав сообщение, я уже был практически уверен, что Лена что-то задумала. Или ей что-то от меня надо. Слишком уж позитивное отношение для такой колючки, какой она была в прошлую нашу встречу.

«Доброй».

Из вежливости всё же ответил я и отложил телефон. Но только я начал засыпать, как тот вновь булькнул сообщением! Издевательство какое-то.

Но всё же для своего спокойствия я проверил, кому вновь понадобился. И на этот раз писала Распутина. Что-то сегодня у девчонок слишком повышенное внимание ко мне.

«Привет! У меня всё хорошо. Я завтра утром в академию возвращаюсь, не хочу пропускать экзамены. Встретимся поговорить? Я ведь даже поблагодарить тебя не успела. Сделаю это лично… у меня для тебя сюрприз! И заодно расскажу, что и как.»

Интригует она, конечно! Но я понимаю, почему не говорит всё сразу. Выкладывать что-то важное через сообщения и в мирное время не безопасно, а сейчас нас с высокой вероятностью могут прослушивать. И не столь важно кто, внимание службы безопасности мне тоже не нужно.

«Привет. Рад, что ты в порядке. Встретимся обязательно, я после занятий напишу, когда буду свободен. Пока не знаю, когда точно освобожусь.»

Надо будет не слишком задерживаться с Годуновой. Надеюсь, там ничего важного не предвидится.

«Хорошо, поняла! До завтра тогда. Доброй ночи.»

«Доброй.»

На этот раз перед сном я выключил телефон. У меня всё же не вечное терпение, и если это повторится в третий раз, кому-то точно не поздоровится!

С утра оказалось, что больше мне никто не писал. Так что после всех процедур я повторил теорию рун и направился в столовую. Сегодня у нас был первый день экзаменов. Неделя планировалась очень жаркой!

Атмосфера чувствовалась даже в столовой. Кто-то повторял билеты, кто-то писал шпаргалки, а некоторые повторяли шпаргалки. Все готовились к неизбежному!

Не удивительно, ведь всё было очень серьёзно. У многих имелись реальные шансы вылететь из академии — они плохо подготовились. О чём не раз нам напоминал Всполох задолго до экзамена.

Я же ничуть не волновался, как и Братский с Борисовым. Встретившись в столовой, мы даже бросили жребий, кто из нас пойдёт первым. Или одним из первых, если вдруг кроме нас найдутся ещё желающие.

На этот раз самым везучим оказался Артём, а за ним Сашка, я же выступал третьим. И ожидаемо кроме нас никто не спешил выходить вперёд и брать билеты.

Выступили мы отлично! Все трое на «отлично». Не зря готовились с самого начала года.

История и медитация тоже прошли спокойно, там у меня вообще был автомат, и нужно было просто дождаться окончания занятий.