Убийство в заброшенном поместье - Скиллаче Брэнди - Страница 19

– Простите, вы упомянули историю поместья? Не могли бы поподробнее? – спросил МакАдамс. Руперт слегка наклонил голову и бросил на МакАдамса заговорщицкий взгляд.

– О, это на самом деле история семьи. В девятнадцатом веке по поместью было множество бумаг – сады по меньшей мере были знамениты в свое время. И, конечно, все это столько времени было заброшено. Эйдена интересовало, как именно ветвь Джонсов соотносится с семьей Ардеморов.

– И как же она соотносится? – спросил МакАдамс. Руперт поджал губы.

– Весьма косвенно. Отсутствие потомства повлекло за собой утрату права на титул баронета, но земельный надел перешел более дальним родственникам, и последняя в этой линии – Джо Джонс.

МакАдамс оценил эти признания. Они влекли за собой больше вопросов, чем ответов, особенно что касалось семьи Джо, но…

– Так, ясно. На поместье всем было наплевать. Но зачем тогда понадобился управляющий? Пусть уже рушится.

Руперт неодобрительно кашлянул и покачал головой.

– Сид не являлся управляющим. Если он и называл себя так, что ж, слишком большое допущение с его стороны. Нам всего-то и нужно было, чтобы за территорией хоть как-то присматривали. Стригли лужайки, чистили трубы. Время от времени подлатывали дыры. Я просто хотел, чтобы коттедж был в приличном состоянии, пока… пока семья не вступит во владение.

– И вы захотели, чтоб Сид Рэндлс работал за копейки, – подвел итог МакАдамс.

Руперт улыбнулся и переплел пальцы.

– Сид Рэндлс сам предложил работать за копейки. Он согласился работать в счет оплаты от аренды коттеджа. Как вы можете увидеть по отчетам Эйдена, многого это не сулило, точно уж реальной цены аренда не приносила.

Что означает, подумал МакАдамс, что он точно слышал их разговор с Эмери.

– Так что это соглашение устроило нас обоих. Вчера я все это объяснил вашему сержанту.

– Детективу-сержанту, – поправил его МакАдамс. Сидящий рядом с ним Флит расставил ноги и наклонился вперед – словно кто-то пытался согнуть линейку.

– Следует ли понимать ваши слова так, что по прибытии сюда мисс Джонс это соглашение с Сидом стало недействительным? Раз она вступила во владение, ей и принимать решения, не так ли? – спросил Флит.

– Да, но я ничего не знал о намерениях Джо до ее приезда сюда, – сказал Руперт. И, кажется, тон его слегка изменился. – На самом деле, она сообщила о своем приезде по телефону всего лишь неделю назад, и я уведомил о том Сида в день ее визита в поместье. Это был сюрприз для нас всех.

МакАдамс нахмурился.

– Дело в том, мистер Селькирк, что Сид не заключал никакого соглашения с Джо Джонс. Только с вами.

– Не со мной – он действовал в интересах поместья.

МакАдамс вытащил копию соглашения с Сидом, которую Грин сняла накануне.

– Что ж, поместья сами документы не подписывают. Но имени Джо на нем нет. Есть только ваше имя. И да, имя Эмери. В качестве свидетеля сделки.

Эмери Лэйн выглядел очень неловко. МакАдамс продолжал давить.

– Что касается событий этой недели, Сид терял коттедж, и это означало отсутствие работы, да и денег, раз он не мог сдавать коттедж в аренду. Я все правильно понимаю?

– Все правильно, – согласился Руперт.

– И затем вы уволили Сида от имени Джо.

– Она предположила, что он, возможно, кое-что украл, и дала понять, что в его услугах не нуждаются. Так что – да, я уволил его от ее имени.

МакАдамс услышал, как брюки Флита зашуршали в тот момент, когда тот ставил обе ноги на пол. Что ж, это, вероятно, означало, что он следит за его ходом рассуждений. Он закрыл блокнот и подошел к сути дела:

– Вот только не было никакой необходимости увольнять Сида. Вы сами только что сказали, что планы мисс Джонс относительно коттеджа делали контракт с Сидом недействительным. Или я упускаю из виду какую-либо юридическую лазейку?

Это вызвало оживленную реакцию у Эмери, который весьма нервно посмотрел на Руперта. Поверенный же вел себя абсолютно непринужденно.

– В тот момент, детектив, я предполагал, что будет заключен новый контракт. Территория поместья все так же требует минимального ухода, а Сид Рэндлс был очевидным претендентом. Возможно, лучше всего будет сказать, что я заблаговременно освободил Сида от его обязанностей до того, как новый контракт вступил бы в силу.

– Мистера Рэндлса это расстроило? – спросил Флит. Ровным тоном. Отстраненно, как и нужно было для дела.

– Естественно.

– Из-за того дохода, который он получал, – сказал МакАдамс.

Руперт заглотил наживку.

– Как я уже объяснял, доход был минимален, – сказал он.

МакАдамс кивнул с одобрением. Лучшую свою карту он приберег, и теперь настало время сыграть ею.

– Минимален. Итак, вы полагаете, что доход в пять тысяч фунтов в месяц – минимален?

Впервые Руперту нечего было сказать.

– Простите?

– Технически, Сиду на счет приходило около пяти тысяч, все наличкой.

МакАдамс внимательно следил за его реакцией; меж тем брови у Руперта свело к центру лба, и видно было, как пульсировала мышца под надбровными дугами.

– Невозможно.

– Уверяю вас, все так и есть, черным по белому. Пять тысяч, одним платежом, каждый месяц поступали на его счет. Каждый год, начиная с марта, когда вы заключили с ним соглашение по коттеджу. Любопытно, не так ли?

– Но я был не в курсе этого! – Руперт стал задыхаться и посмотрел на Эмери – тот топтался у двери. – Я не знаю, чем там занимался Сид Рэндлс, но это не имело никакого отношения к нашему соглашению о сдаче коттеджа в аренду. Этого просто не может быть.

– С этим я, пожалуй, соглашусь, – сказал МакАдамс. И раз уж Руперт был сбит с толку, он задал первый вопрос, выглядящий вполне естественно.

– Мистер Селькирк, где вы находились в ночь со среды на четверг между одиннадцатью вечера и часом ночи?

– Здесь.

Ответ последовал немедленно, чего МакАдамс не ожидал.

– В вашем офисе? – уточнил он, и Руперт кивнул.

– Да, одна из моих клиенток решила переписать завещание, и именно в четверг утром она собиралась показать его оставшимся членам семьи, что проживают в Акстоне. Мы оба были здесь, я и Эмери, почти до двух часов ночи.

Он только что обеспечил алиби себе и Эмери. Конечно, очень удобно. МакАдамс взмахнул папкой, которую дал ему Руперт.

– Мы все проверим. А папку я пока оставлю у себя, если вы не возражаете. Также буду вам признателен, если вы направите в участок свою финансовую документацию. Это избавит нас от необходимости направлять официальный запрос в ваш банк. Флит?

– У меня нет вопросов, – ответил тот, кланяясь с нелепой учтивостью, пока МакАдамс натягивал шляпу.

– Думаю, – сказал МакАдамс, – они переполошились, хотя выглядели довольно искренне удивленными, когда узнали, сколько денег зашибал Сид.

– Вы им верите? – спросил Флит, хотя по тону это было больше похоже на обвинение, чем на вопрос. – Адвокаты зарабатывают себе на жизнь тем, что их очень трудно раскусить.

– То же касается и нас, сыщиков. Но соглашусь – он подозрительно прямолинеен в своих ответах.

– У него были ответы на все.

– Словно он их отрепетировал, – согласился Мак-Адамс. – Пять тысяч фунтов в месяц – для налички многовато, но у Руперта они есть. Если мы говорим о шантаже, конечно же. Много, но ему это под силу.

Лицо Флита стало более напряженным, хотя куда уж больше.

– Это продолжалось три года. Вы не думаете, что переломный момент мог и наступить? Вы бы расстались легко с такой суммой?

Точка зрения Флита хоть и раздражала, но имела в себе крупицу здравого смысла. Взять обычного человека, да хоть и следователя Скотленд-Ярда, – такого рода расходы могли истощить терпение весьма быстро. Но МакАдамс был не в настроении принять это предположение. Он повернул ключ и завел мотор.

– В теории с шантажом все равно есть дыры. Если Сид и выдаивал из Руперта эти пять штук, почему ни один из них не попытался это скрыть? Сид даже не почесался подделать чеки или делать записи в гостевой книге. Один взгляд на его банковский счет – и младенцу понятно, что он мутит что-то незаконное. В любом случае Руперт слишком умен, чтоб его шантажировал кто-то вроде Сида.