Убийство в заброшенном поместье - Скиллаче Брэнди - Страница 47

– Чертовски огромное поместье у него. Думаете, в Бутхэме дорого? И как, черт побери, отставной военный мог стать крупным землевладельцем?

– Он не нравился вам из-за денег.

– Нет, – заявил МакАдамс слегка запальчиво. – Мне не нравится, что я не могу выяснить происхождение таких денег.

– Думаете, они заработаны нечестным путем?

Вопрос повис в воздухе, потому что у МакАдамса не было на него ответа. Нет. Не то чтобы он так думал. И даже не потому, что командор строил из себя лорда перед всеми, прежде всего перед своей дочерью, и та теперь неистово в это верила и всячески его превозносила. Это не была и зависть к роскоши. Ни за какие деньги мира Мак-Адамс не стал бы таким напыщенным.

– Знаете, МакАдамс, в чем я уверен? – спросил Флит.

– Надеюсь, вы мне и расскажете.

– У вас восхитительно устаревшее представление о заслугах, – сказал он спокойным тоном. – Вас не волнует, что Ардемор-хаус незаслуженно принадлежал мелким дворянам или что эта крошечная американка унаследовала поместье лишь по праву кровного родства. Но вы испытываете презрение к человеку, который сам заработал свои деньги и потратил их ровно на такое же поместье.

МакАдамсу эта теория не понравилась. Главным образом потому, что она оказалась слишком близка к истине.

– Что ж, вы думаете, я лицемер? – спросил он.

Флит посмотрел в окно и сложил руки на коленях.

– Я думаю, вы пропустили нужный поворот.

Являясь частью системы королевских тюрем, Фулл Саттон функционировала как заведение строго режима: в нем содержались самые опасные и самые закоренелые преступники. А находилась тюрьма среди милых йоркширских пейзажей, подальше от города, и от фермерских полей тюрьму укрывали шеренги деревьев.

– Около шестисот заключенных, – пробормотал Мак-Адамс. – Еще и расширяться хотят.

– Как и остальные десять тысяч тюрем по предложению министра, – добавил Флит.

МакАдамс знал об этих предложениях. Против них выдвигались многочисленные жалобы. Сама эта идея, что после нахождения в больших тюрьмах осужденные реже становились рецидивистами, казалась МакАдамсу какой-то американской. Насколько он мог судить, толку от нее было немного.

– Это уже перебор. У вас при себе досье, которое дал нам Эндрюс?

Флит по-военному развернулся на девяносто градусов и оказался лицом к лицу с МакАдамсом.

– Оставил в машине. Тернер остаток жизни проведет за непредумышленное убийство. Двенадцать лет тюремного заключения, пять отсидел, и навряд ли его отпустят за хорошее поведение.

– Отлично. Посмотрим, расскажет ли он нам что-нибудь про Элси.

Флит шел впереди, и вскоре они ожидали в длинной белой комнате, разделенной на две части бежевой лентой.

– Выбор цвета в тюрьме основывается на психологических принципах, – рассказывал Флит, как будто для МакАдамса это было суперважно в данный момент. – Предполагается, что цвет имеет успокаивающий эффект.

– Оставляет желать лучшего, если такова была задумка.

– Вы не ощущаете воздействия? – Флит мягко побарабанил по столу пальцами. – Впрочем, вы не являетесь целевой аудиторией.

– Держу пари, целевую аудиторию вообще никто не спрашивает. – МакАдамс скинул плащ и плюхнулся на ближайшее кресло. Он бы выпил еще кофе. И поел нормальной еды. Казалось, что Флит, похожий на тонкую острую бритву и вытянутый в струнку, стоит выше этих низменных насущных нужд. Хотя он и присел, но казалось, что он в любой момент готов подскочить.

Джек Тернер вошел с весьма непокорным видом. В свои пятьдесят с небольшим, с лицом, изрытым следами от прыщей, с густыми темными волосами, он выглядел моложе своих лет. У них с Элси явно прослеживалась схожесть, и к общим чертам можно было добавить одинаковый оттенок серых глаз и курносые носы. Но по большей части лицо Джека было непроницаемо, «морда кирпичом», и кирпич этот не прочь был бы угодить прямо в лицо МакАдамсу. Охранница подвела его к стулу и потянула за наручники.

– Освободить его? – спросила она. МакАдамс кивнул.

– Да, почему бы и нет.

– Благодарности не жди, – сказал Джек, разваливаясь на стуле. На МакАдамса он так и не посмотрел. – Ну и кто вы такие?

– Я старший инспектор, детектив МакАдамс, а это старший инспектор, детектив Флит.

– Да? Ты на него работаешь или он на тебя?

Джек говорил будто выплевывая слова, и это было неприятно. МакАдамс только было собрался ответить, но Флит его опередил.

– Мы и близко не работаем вместе, – сказал он голосом, при звуке которого, вероятно, новобранцы королевских ВВС замирали. – Я помогаю детективу вести расследование смерти мужчины в Абингтоне. В этом моя роль. А твоя роль – отвечать на его вопросы. Уяснил?

Джек молча облизал губы, и взгляд его оставался настороженным.

– И вы хотите спросить меня про убийство? – спросил он. МакАдамс покачал головой.

– Нет. Я хочу спросить вас про вашу сестру, Элси. Мы бы хотели знать, где ее найти.

Джек снова развалился на стуле. Казалось, он абсолютно бесстрастен, по крайней мере, многие сочли бы его таким. Но у МакАдамса было чутье на подобные тонкости, и в тот момент на поверхность его каменного лица пыталась пробиться волна эмоций.

– Вы думаете, мы тут болтаем каждый день? Нет. Мы вовсе не такая семья.

– В последний раз когда говорили?

Джек пожал плечами.

– На праздники? – продолжал давить на него Мак-Адамс, и Джек засмеялся хриплым лающим смехом.

– Да что за дерьмо? Ее удочерили, слышал, замуж вышла, живет себе, наверно, в уютном местечке. Но больше я не знаю, с чего бы?

– Она и правда вышла замуж. За Сида Рэндлса. Его знаешь?

– Ну типа в лицо знал, – сказал Джек, продолжая бросать взгляды на замолчавшего Флита. – И к чему все это?

– Сид Рэндлс был убит, – сказал МакАдамс ровным тоном. – Так что вы понимаете, почему нам, возможно, нужно связаться с Элси.

Он немного вводил его в заблуждение, но таковы были основные факты. Джек с минуту смотрел в пространство, пытаясь сообразить, что к чему. Затем он наклонился к МакАдамсу.

– Мне бы покурить.

МакАдамс полез в карман за пачкой «на всякий случай».

– Прикурить вот только нечем, – признался он, вручая ему сигареты. Джек взял всю пачку и засунул ее в карман комбинезона.

– Да и ладно. Вспомню о вас, как раздобуду огонек, – сказал он. – Вы говорите, Сида убили. У Элси проблемы или как? Что вам на самом деле надо знать?

МакАдамс перевел дыхание. Он хотел узнать, где прячется Элси. Он хотел знать, была ли она еще одной жертвой… или же взломщиком, или убийцей. Но нутром он чуял, что ответ на оба вопроса кроется в том, от кого Сид тайно получал пять тысяч фунтов и кому он их перенаправлял. Сомнительная была догадка, но он расплатился своей последней пачкой сигарет, так что мог себе позволить ставить высокие цели.

– Я хочу узнать, кого шантажировал Сид.

Джек застыл с выражением шока на лице. МакАдамс не сводил с него глаз, ожидая момент, когда он себя выдаст.

– Сид? – спросил он. – Не… не понимаю. Сид не мог…

– Кажется, вы что-то знаете.

Слова Флита, казалось, камнем упали на металлический стол, и МакАдамс мысленно придушил его за это. Это вмешательство оказало на Джека неожиданное влияние. Он посмотрел в глаза Флиту и заявил:

– Ничего я об этом не знаю. А если Сид кого и шантажировал, то он уже поплатился. Вот и все.

Джек смотрел на охранников. МакАдамс чувствовал, что момент ускользает.

– Что насчет Элси, Джек? – спросил МакАдамс.

– А что с ней?

– Не могла ли она думать, что Сид это заслужил? – спросил он. – Были ли у нее причины желать ему смерти?

Он подумал, что его слова еще к чему-то да приведут. Но Джек полностью потерял нить разговора.

– Да не знаю я. – Он помолчал. – Слушайте, вам еще чего-то надо?

Флит расцепил пальцы.

– Вы точно уверены, что ничего больше не хотите нам рассказать, мистер Тернер?

– Точно уверен, – медленно повторил Тернер. – Мне сказать больше нечего, да и не знаю я ничего. Черт, я ж тут был, не так ли?