Убийство в заброшенном поместье - Скиллаче Брэнди - Страница 50

– В чем дело?

– Она и правда здесь была. То есть, скорее всего, жила здесь, вместе с ними.

Джо вдруг почувствовала странную отчужденность и ухватилась за каменную кладку, чтобы не упасть. Это уже не просто картина, не просто фото и не какой-то там плод воображения Джо.

– Эвелин жила у своей сестры. Как сестры – бывшие Сида.

Она снова это делала – соединяла точки, связи между которыми, возможно, и не было вовсе. Но ее это не волновало.

По ее нервным окончаниям словно волны проносились, и ее охватила эйфория. Все в этом месте было взаимосвязано, именно так.

– Далековато от родных мест. Да и в доме Дэвисов в Кардиффе повеселее было, чем здесь, – сказал Бен. Джо одобрительно кивнула.

– Тула что-то подобное и сказала. Может, у нее был любовник, и все были против, вот ее в деревню и отослали.

Она задумчиво потрогала подбородок.

– Давайте перетащим уже эти мешки. Хочу вернуться в музей Роберты.

Конечно, Гвилим уже был там. Джо спустилась по неровным ступенькам, выдирая колючки с подола свитера. Он помахал ей потрепанной библиотечной книгой (не отрывая взгляда от экрана).

– Угадайте, что? Кисты!

Джо удивленно поморгала.

– То есть подкожные мешочки, образованные соединительной тканью?

Цитата по памяти: «История медицины», второе издание, том первый.

– Да, мэм. Доктор вел журнал истории болезней, практиковал прямо здесь, в Абингтоне. Вот. – Он пролистал страницы до истории болезни под номером 36.

– Г. А., урожденная Д. – это пациент. И я реально готов поставить деньги на то, что речь идет о Гвен Ардемор, в девичестве Дэвис.

– Медицинская запись! – повторила Джо, и от интереса ее глаза расширились.

– Да. Диагноз сложно поставить, но по симптомам это что-то серьезное. Думаю – киста яичника.

Джо уселась на стул и перевернула ветхую обложку. Шрифт «Гарамон» или что-то в этом роде. Тьма и свет – так осязаемо и прекрасно. Ее сердце словно пустилось в гонку, пока слова скользили сквозь мозг, страница за страницей. Слова складывались в единое целое, как грани кубика Рубика; всплывал фрагмент текста, среди хранившихся в памяти текстов находил своего партнера, присоединялся, редактировался, менял цвет…

– Вы действительно читаете так быстро? – спросил Гвилим, и Джо чуть не подпрыгнула на месте. Она уже успела про него забыть.

– Да, эмм. Я знаю, это немного…

– Восхитительно! – Гвилим развернулся к ней лицом, сложив руки на коленях. – Так бы и смотрел, как вы читаете! Черт, я-то вам зачем тогда нужен?

– Хотя бы потому, что я не могу быть в двух местах одновременно, – нахмурилась Джо. Да, о таком можно было только мечтать: она бы могла прочитать целые библиотечные залы. Но она все же решила закрыть книгу и сосредоточиться на Гвилиме.

– Простите. Хорошо, когда есть еще одна голова, поэтому вы мне нужны. Расскажите о ваших теориях.

Гвилиму чрезвычайно польстили эти слова.

– Разумеется. Видите ли, думаю, для них было проблемой завести ребенка. Ардеморы в этом не преуспели, так ведь? Ранее я сказал, что дело в Уильяме и сифилисе. Но теперь я так не считаю. Если Г. А. – это Гвен Ардемор, тогда у нее точно были проблемы с фертильностью, потому что по совету врача они пробуют всякие разные средства. Даже курс релаксации.

– Но это же от истерии?

– Э, ну да, ее доктор думал, что неспособность зачать была… вы знаете. Все в голове.

Джо отшатнулась.

– Это отвратительно.

– Знаю. Прям грязь во рту, как будто непристойности говорю. Но это может объяснить появление в доме Эвелин. У Гвен была киста яичника, и она либо болела, либо соблюдала постельный режим, или и то и другое вместе, и вот, возможно, Эвелин приехала помочь ей.

Гвилим повернулся к проектору с микрофильмами, почесывая вновь отросшую щетину.

– Все же это дело довольно интимного свойства, и наверняка слугам об этом знать необязательно.

Мысль об Эвелин в качестве сиделки даже не посещала Джо. Она попыталась уместить ее в голове.

– Дело в том, что в газетах много раз упоминается Уильям, несколько раз пишут о Гвен и ее приемах в саду. Но ни слова об Эвелин. Интересно почему?

Джо сопоставляла эти слова и уже соединенные точки у себя в мозгу.

– Хорошо. А что, если мы имеем дело с двумя событиями? – спросила она. – Ее сестра больна, и в то же время семья отсылает Эвелин к ней в деревню. Возможно, у ее любовника подпорченная репутация. Мы нашли в доме буквы, вырезанные на балке.

– Дендроглиф?[46] – спросил Гвилим. – Как у любовников?

– Полагаю, что так. Э + Г. Конечно, это может быть Эвелин и Гвен. Дружба сестер. Но как-то это странновато, ведь одна уже замужем, не так ли? Так что Г – это может быть Гордон или Георг. Нам просто надо это разузнать.

Гвилим взъерошил волосы и широко улыбнулся.

– Что ж, на подходе новый масштабный поиск?

– Вы охотитесь на книги, – согласилась с ним Джо, – а я их читаю как можно быстрее.

Глава 21

Элси Рэндлс стояла как вкопанная, глаза навыкате. Вид у нее был, словно ее застукали в тот момент, когда она запустила руки в кассу.

– Можно войти? – спросил МакАдамс. На какое-то мгновение ему показалось, что она откажет, но все же она смягчилась.

– Пожалуй, – пробормотала она и пошла вперед. Это позволило МакАдамсу скрыть свое собственное потрясение от этой встречи. На Элси был двубортный шерстяной костюм, тщательно выглаженный. Ее нынешний образ никак не вязался с тем, что уже у него сложился.

– Весенняя уборка?

МакАдамс указал на мусорные мешки, набитые как-то криво и с зазубринами по краям. Она положила их на диван и уселась между ними.

– Пожертвование в Оксфам[47]. – И, чуть помедлив: – Для тети моей. Она путешествует.

МакАдамс сел в ближайшее к нему кресло, хотя ему и не предложили присесть. Дело было не только в костюме и в интерьере этого дома. Элси выглядела совершенно иначе.

– Наслаждаетесь видом? – спросила она и закурила ментоловую сигарету без фильтра.

– Дом очень красивый, – сказал он. – Не ожидал вас здесь увидеть.

– Ну, это не преступление, ведь так? – Элси выпустила струю дыма, и на лице ее стало проступать прежнее знакомое МакАдамсу выражение. – Чего вам надо?

– Для начала – ваши показания. По поводу смерти Сида.

– Ничем не могу помочь. Меня там не было.

– Где же вы тогда были? – спросил МакАдамс. Элси перегнулась через подлокотник и стряхнула пепел в ближайшую керамическую тарелку.

– С мужчиной.

– Он может за вас поручиться?

Может, Элси и вырядилась в пастельные тона, но взгляд ее был весьма мрачным. Она скрестила ноги, несколько провокационно, и склонилась к МакАдамсу.

– Зависит от того, что вы там проверяете. Знает меня вдоль и поперек. – Она снова выпрямилась. – Мой ответ: нет. Я не скажу, как его зовут. Тайна клиента.

– Для нас важно проверить любое алиби. Чтобы исключить вас из числа подозреваемых по этому делу.

– Ну так исключайте. – Она снова затянулась. – Считаете, я бы пришла на похороны, если бы убила Сида?

– Некоторые убийцы так и поступают.

– Да пошли они. С вами под ручку. И пусть ваш жалкий городишка катится к чертям, тем более с этой пьянью и ее сестрицей!

– Кстати, да, мы поговорили с Оливией и Лотте.

Глаза у Элси засверкали, как драгоценные камни.

– Да уж, не сомневаюсь, – прошипела она.

– Они сообщили, что вы продолжали встречаться с Сидом. Это правда?

Элси поджала колени и затушила сигарету, слегка покачнувшись, так что он не видел ее лица. Когда она снова заговорила, ее голос звучал выше и напряженнее.

– Последний раз Сида я увидела в гробу. И что же вы, копы, ублюдки вы конченые, там нарасследовали? Выслушали плаксивую историю этих жадных сучек?

Она поднялась и стала расхаживать, выставляя бедра и локти.