"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 754

Город меня откровенно не впечатлил. Однотипные, сложенные из крупного, грубоотёсанного серого камня, дома плотно жались друг к другу, сплошной стеной нависнув над головой. Мрачная, залитая грязью и чем–то ещё до омерзения вонючим и резко шибающим в нос улочка, была настолько узка, что редкие встречные прохожие, попадавшиеся нам на пути, были вынуждены прижиматься к самому краю сточных канав, пропуская важно вышагивающего служку и затем смачно сплевывая вслед нашей компании. Чувствовалось, что не будь с нами княжьего посланника, одними косыми взглядами и плевками дело бы не ограничилось. Сами сточные канавы почти такие же широкие как и дорога, охватывая её с двух сторон, ароматов тоже не добавляли.

— У нас в деревне и то чище будет, — поймав мой взгляд, шепнул мне Лузга, опасливо покосившись в сторону служки.

— Здесь народу больше, — фыркнул я ответ.

— Здесь просто квартал для бедных, — возразил попавший к нам в группу один из местных. — Вот с другой стороны замка, там, где знать живёт, и дома красивые, и улицы широкие и чистые.

Не знаю про центр города, а вот внутри замка намного чище не было. Всё та же расхлябанная, разве что немного более широкая дорога, всё та же осенняя жижа хлюпавшая под ногами. Разве что сточных канав не было видно. Это что же, дворяне настолько из другого теста сложены, что и не срут вовсе?

Незатейливая шутка немного подняла настроение и я уже бодрее заковылял вслед за другими. Если в замке меня и ожидают неприятности, изменить я пока ничего не могу. Что будет, то и будет!

В замок, приземистое мрачноватого вида здание, состоящее из нелепого нагромождения многочисленных башенок, куполов и смотровых площадок, мы тоже попали с чёрного хода. Оно и понятно. Нищебродов тут не очень то и привечают. И так, открывший толстую, окованную железом низенькую дверь, стражник долго и подозрительно нас изучал, пока служка втолковывал, что мы не группа уличных попрошаек и привёл он нас по приказу некоего куна Абашева. Дальше путь по череде лестниц, переходов, залов и маленьких комнатушек. Я поначалу ещё пытался запоминать дорогу, но очень быстро запутался и бросил это бесполезное занятие. Будет нужно, выведут, а нет, то и это знание мне ничем не поможет. Наконец, мы очутились в довольно большой зале, заполненным народом. Безвкусно, но богато разодетые придворные, парочка одетых в неизменные балахоны жрецов, небольшая стоящая особняком группка магов в белых одеждах и разнообразная пестро разодетая челядь снующая туда–сюда. Все эти люди чего–то ждали, тихо переговариваясь между собой.

— Привёл? — от магов отделился высокий пожилой мужчина, с ястребиным носом, хищно торчавшим из–под густых бровей. Чистая, белоснежная мантия, золотая цепь на шее, перстни на пальцах. Сразу видно, что у этого мужика, несмотря на низкий социальный статус, жизнь удалась!

— Да, кун Абашев, — всю спесь со служки как ветром сдуло и он склонился в низком поклоне.

— А это ещё что? — кун уставился на мой костыль. — Ты бы сюда ещё безногого привёл!

— Прости, кун, — служка так побледнел, что сравнился цветом лица с белоснежной мантией мага. — Но это тот самый, насчёт которого распоряжение было, — Было видно, что он тщетно пытается вспомнить мое имя. — Как тебя зовут? — наконец сдался он, требовательно уставившись на меня.

— Моё имя Вельд, — сумрачно ответил я.

Происходящее начало меня откровенно бесить и ответ прозвучал не очень вежливо. Ну и чёрт с ним! Надоело перед этими сволочами лебезить! Тем более перед каждым лакеем на побегушках у барина. И хрен они меня тронут! С Никонтом связываться побоятся. Хоть какая–то польза от дурацкой эскапады отца–наставителя.

— Вельд, значит, — сощурившись, внимательно осмотрел меня маг и развернулся к трясущемуся служке. — Ты совсем сдурел?! Калеку к господине князю на глаза вести?! Ступай отседа! — служка, даже не пытаясь скрыть облегчение, быстро ретировался. — Значит так, — продолжил маг, повернувшись к ученикам. — Стоять тихо тут и ждать, пока вас не позовут. В присутствии господине князя молчать и быстро выполнять то, что вам скажут. Ты иди за мной, — развернулся он ко мне. — Выведу тебя из замка. Дальше сам доковыляешь!

Абашев направился к боковой двери, в которую до этого мы вошли. Мне не осталось ничего другого, как заковылять следом. И вновь я бреду по бесконечным извилистым лабиринтам, изо всех сил стараясь не отстать от быстро шагающего мага. Внутри всё кипело от злости. И зачем меня сюда было тащить с больной ногой? Чтобы сразу пнуть и обратно выкинуть, как нагадившую на ковёр собачонку? И притащили сюда специально! Ликон зря предупреждать не будет, да и служка проговорился. Тогда в чём смысл? Просто поглядеть на меня решили? Или ещё чего? Из замка ведь ещё и выйти надо! Я настороженно огляделся по сторонам. Нет. Ну, кто так строит а? Я даже определить не могу, той ли мы дорогой возвращаемся! Лабиринт какой–то, а не дворец!

То, что мы идём не к выходу, стало понятно, когда у меня за спиной материализовались два дюжих стражника, цепко ухвативших под локти. Загремел по полу выпавший костыль.

— Вы чего?! — дёрнулся, было, я, но добился лишь того, что в меня вцепились ещё крепче. Абашев продолжил свой путь, даже не обернувшись.

Ну вот. А я уже было переживать начал, что понапрасну в замок пришёл! Теперь, похоже, нужно переживать о том, чтобы из него выйти! Судя по радушию встречающих, пирогами с яблоками меня тут потчевать не собираются. Живым бы ноги унести! И желательно не покоцанным!

Между тем, достигнув крутой винтообразной лестницы, маг начал спускаться вниз. И вот куда он меня ведёт? Что это за башня наоборот такая? Мы уже явно ниже земли спустились.

Ответ, куда я попал, пришёл очень быстро. Лестница сменилась полутёмным коридором, ударившим в лицо тёрпким затхлым воздухом. Три стражника на входе. Ряд отделённых толстыми решетками помещений. Вот чёрт! Да это же темница местная! Внутри у меня всё похолодело. В неприкосновенность моей тушки, стало вериться гораздо меньше.

Маг между тем остановился перед большой железной дверью в конце коридора и гулко стукнул в неё кулаком. Дверь отворил приземистый, слегка сгорбленный мужик в поношенной грязной рубахе и совершенно заурядной внешностью. Встреть такого в толпе и не в жизнь не признаешь.

— Входи, кун, — с достоинством поклонился он, отступая в сторону.

Равнодушные, бесцветные глаза вскользь мазнули по мне. Маг, брезгливо скривившись, вошёл внутрь, следом, втолкнули меня. Дверь за спиной с лязгом закрылась.

Вот, всё–таки изобретательное существо — человек! Кто, кроме него может похвастаться пытливым умом и изощрённым воображением? Никто! Всё живое, в этом мире, живёт по заложенным в него шаблонам, и всё на что способно — только развивать дарованные природой способности: скорость, силу, мимикрию. И только человек, с его уникальным умением осознавать себя и окружающую его среду, пошёл другим путём. Он стал перестраивать этот мир под себя: придумывать, всё более и более совершенствуя, предметы способные облегчить его труд, обеспечить безопасность, улучшить бытовые условия, скрасить досуг, наконец. Но человеческий разум стремится не только созидать, но и разрушать. Он как двуликий Янус, смотрящий сразу в две стороны: добра и зла. И одной из граней этой тёмной чёрной стороны души человека является его стремление причинить своему ближнему боль. И здесь изобретательный человеческий разум, тоже развернулся в полную силу. Что только не придумали люди за века своего существования, каких пыток только не изобрели, какие орудия казни только не изготовили, заставляя содрогаться от одного только их вида. Всё это менялось, преобразовывалось, совершенствовалось. Но всё же, было то, что на протяжении веков оставалось неизменным в этом жутком процессе. Это атмосфера, царившая в казематах, приспособленных людьми для издевательств над подобными себе. Атмосфера страха, боли и отчаяния, густо замешанная на застоявшемся затхлом запахе крови и человеческих испражнениях. В одной из таких пыточных оказался и я.