"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 775

— А ежели они сквозь неё пройдут, мастер? — не унимался Ганиус. — Тогда как? Известно же, что через неё только перевёртышу прорваться под силу. Он людишек Никонтовых переведёт, — в голосе толстяка засквозила нешуточная обида, — а нам как? В обход? По дорогам неведомым, исчадий мажеских полным!

— Кому известно?! — не на шутку взъярился Герхард. — Вон даже ему неизвестно! — адепт воздуха мотнул головой в сторону прислушивающегося к разговору Невронда. — То сведения, что отцы–вершители пуще глаза хранят! Даже отцу–приору о том не ведомо! А ты тут о том всем баешь! На заступу отца Яхима надеешься?! Так зря! — Герхард презрительно кривил губы. — Он первый тебя и сказнит, чтоб вместе на правёж в конклав вершителей не брести!

Герхард с удовольствием посмотрел на сбледнувшего с лица племянника всесильного отца Яхима и повернулся к Невронду.

— Тебе десятник объясню, коль о том, теперича, всё равно полкняжества знает. Все знания о перевёртышах — тайна великая! И наставителям недоступная. Да и не сильно им интересная, — хмыкнув, добавил Герхард. — Кто же мог знать, что у отца Никонта такая оказия с очередным приспешником Лишнего случится? Потому о том, что этот Вельд пройдёт там, где простой человек обязательно в ловушке завязнет, Ратмир знать не может. Оно ведь как дело будет? — продолжил Герхард, пожевав губами. — Сразу через пелену они Вельда не пустят. Кого–нибудь другого пошлют. А тот там и завязнет намертво! Со всем моим почтением, — маг злорадно захихикал и поинтересовался у Невронда. — И как ты думаешь, десятник. Что они дальше делать будут?

— В обход пойдут. Нипочём через пелену с Вельдом брести не решаться! — расплылся в ответной улыбке тот.

— Вот и пускай идут, — согласился с десятником Герхард. — Мы их пропустим и следом побредём. Кто бы по дороге не встретился, пускай лучше Ратмир с Путятой ратятся. И дорожку нам расчистят, и справится с ними самими, потом, легче будет. Командуй привал, десятник. Мы здесь подождём. Посмотрим, куда они свернут.

— Русин, — окликнул десятник меченого, бредущего в головном дозоре. — Стой. Чутка передохнём, — Невронд посмотрел на возвращающихся воев, презрительно покосился на оживившихся колдунов, привычно огляделся вокруг и веско добавил: — С дороги не сходить и оружие под рукой держать. Не в трактире чай бражничаете.

— Что же. Можно и перекусить слегка, — Герхард опустившись прямо на камни, достал из–за спины небольшой мешок. — Седай рядом, десятник. Не побрезгуй угощением.

— Благодарствую, мастер, — не стал чиниться Невронд, понимая, что маг хочет не столько его угостить, сколько поговорить.

— Ганиус! — Герхард нашёл глазам незадачливого адепта воздуха и строго предупредил: — Ты камешек то из рук выпускать не думай. Не дай Лишний, прозеваешь, когда они дальше в путь тронутся. По всему городу будешь бегать — зубы собирать! А лучше иди сюда: — махнул адепт воды рукой. — Рядом садись. Без догляду тебя оставлять нельзя.

Толстый маг, выдавив угодливую улыбку на кислой физиономии, присел рядом и, положив руки с камнем на колени, с тоской стал наблюдать, как едят другие.

— Отец Яхим думает, что Ратмир нам во дворце стёртого мага каверзу приготовить надеется, — вздохнув начал делиться своими мыслями с десятником Герхард. — Мол, негде ему такие камешки взять, чтобы с защитой наших амулетов справились. Ратмир пустой тут объявился. А Никонт… — маг на секунду задумался, подбирая слова для выражения своего отношения к отцу–наставителю. — Жрец при мажеской школе на окраине империи. Откуда у него сильным артефактам взяться? Оно вроде бы и так, — Герхард машинально, как–то механически, откусил кусок сыра и потянулся за баклажкой. Чувствовалось, что его мысли заняты совсем другим и адепт воды ел скорее по обязанности, чем от голода. — Вот только Ратмир тоже знает, что нападения до дворца мы не ждём.

— Думаешь, что засаду по дороге устроить может? — понятливо кивнул Невронд, приглаживая усы.

— Опаска такая есть, — признался со вздохом Герхард, помассировав шею. — Дюже не прост наш супротивник. Не по наслышке знаю. Ратмир, — маг чуть наклонился к десятнику, сузив глаза, — хоть и адепт воды, а по знаниям и силе иному магу земли не уступит. Не зря его сакский отец–приор к себе приблизил.

— Так у нас амулеты есть, — вскинулся Невронд, догадавшись куда клонит маг. — Неужто не сдюжат?

— Может сдюжат, а может нет, — встрял в беседу Ганиус, поудобнее перекладывая на коленях артефакт. — Смотря чем и с какой силой вдарят!

— Ратмир, коль заклинание заранее подготовит, да бурдюки до донышка вычерпает, может сильно вдарить, — со вздохом признался Герхард, покосившись в сторону воздушника. Делиться с кем–нибудь, кроме Невронда, своими сомнениями он не хотел. Потому и сели они с десятником чуть в стороне от отряда. Но и прогонять Ганиуса было нельзя. Артефакт всегда под рукой должен быть. — А ежели ему ещё Матвей подсобит, да Никонт со своим кристаллом, то один Лишний знает чем это кончится может!

— А делать то что? — озадачился Невронд. — Нам волей аль нет, а вслед им всё одно идти надо. В сторону не свернёшь!

— Людей своих упреди, чтобы настороже были.

— Так мы и так сторожно идём, мастер Герхард.

— Да знаю я! — обречённо отмахнулся Герхард и неожиданно для самого себя признался: — Что–то устал я за последнее время, десятник, Как весточку о перевёртыше получил; дня спокойного не было. По всем окрестностям метался, людишек своих собирая. Потом сюда спешили. Да с наскоком, чтобы Никонта обогнать и загодя успеть. Устал я десятник, — повторил маг жалобно. — Сил нет никаких.

— Все мы устали, мастер. — Невронд сочувственно вгляделся в посеревшее лицо мага. — Я вот вроде к походам привычный, а и то чувствую, как из рук силушка уходит. Постарел видать. Вот перевёртыша изничтожим, награду получу и на покой уйду. Пора уже.

Герхард кивнул, соглашаясь. Приятная слабость, растекаясь по всему телу, дарила покой. Мысли текли медленно и неторопливо. Нужно отдохнуть. Он слишком устал, чтобы продолжить этот путь. Да и куда спешить? Раз Ганиус молчит, значит, Никонт с его людьми ещё от пелены никуда не ушёл. Видимо тоже устали. И пусть их. Нужно отдохнуть. Нужно отдохнуть.. Нужно отдохнуть…

Как покатился по камням, выпавший из рук Ганиуса ценный артефакт, Герхард уже не услышал.

Раскалённый уголёк обжигал, не давая погрузиться в блаженное забытье. Герхард почувствовал раздражение. Сама мысль о том, чтобы пошевелиться, казалось кощунством. Бездействие так прекрасно. Оно дарит покой. Но боль мешала. И она становится всё сильней и сильней. Раздражение сменилось злостью. На смену злости пришёл гнев. Сейчас он вырвет эту боль из своего тела. Вырвет! И наконец–то отдохнёт! Герхард заставил себя открыть ставшие свинцовыми веки. Очумело потряс головой, пытаясь сбросить охватившее его оцепенение. Сфокусировал взгляд на лежащем рядом Невронде, попытался приподняться, не смог, сделал ещё одну попытку и бессильно откинулся на спину, не в силах заставить подчиниться непослушное тело. В нос ударил запах гари, горелого мяса и волос. Герхард скосил глаза и заметил маленькую струйку дыма, тянувшуюся вверх от груди.

“ Амулет сгорел. Вот грудь себе и пожёг».

Мысли текли вяло, неторопливо, словно густой кисель разлитый по столу. На мага накатила волна глубокого удовлетворения. Раз амулет выгорел, значит, боль скоро пойдёт на спад. Соблазн вновь погрузиться в сладостную дрёму был так велик, что Герхард практически сдался. Он уже закрыл глаза, когда последняя искорка угасающего сознания забила тревогу.

“ Амулет сгорел! Почему? Он не мог сгореть просто так“!

Во второй раз открыть глаза оказалось ещё сложней, но Герхард справился. Немного полежал, не делая попытки подняться. Осторожно пошевелил пальцами правой руки, убедился, что они его пока слушаются и, решившись, стиснув зубы, начал движение рукой. На то, чтобы добраться до пояса, ушла целая вечность. Потом долго возился с кошелём, пытаясь непослушными пальцами, справится с завязками. В эти минуты Герхард возблагодарил всех богов, что имел привычку носить кошель на поясе сбоку, а не на животе, как было принято в княжестве. Поднять руку, чтобы дотянуться до живота, он бы не смог. Наконец рука в кошеле. Герхард немного передохнул, чувствуя, как по щекам струится обильный пот, который он был не в силах даже вытереть и начал перебирать в кошеле камешки, пытаясь на ощупь определить нужный. Ошибиться было нельзя. Из тех пяти камней, что снарядил ему в дорогу отец Яхим, был нужен только один. Тот, что порождал огненную стену, выжигая вокруг себя всё живое на пару десятков метров. То, что нужно, чтобы как следует врезать притаившейся в укрытии твари, что высасывала сейчас из людей саму жизнь. Но достать его нужно сейчас. Другой попытки не будет. Пальцы слушались всё хуже и маг уже начал сомневаться, что у него хватит сил даже на то, чтобы просто вынуть руку обратно. Герхард уже собирался тянуть наугад, когда один из камней слегка оцарапал руку. Неужели нашёл? Он точно помнил, что на том камне был небольшой острый скол. В любом случае тянуть больше нельзя! Неимоверное усилие и рука просто падает на землю, из последних сил сжавшись в кулак.