"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 912

– Как?

– Тебе дадут нож. Перережь глотки этим двум ублюдкам. – Маг-дознаватель кивнул на Келвина и изуродованного, болтающегося на веревке вниз головой Гныша.

– Сделаю это с огромным удовольствием, – ответил Темьян. Его слова прозвучали тихо, но решительно. – Развяжите меня.

Датлинг подал знак своим людям, а сам отошел к костру. Трое стражей взяли наизготовку арбалеты, нацелив их на урмака, а четвертый принялся распутывать веревки. Остальные воины обнажили мечи.

Темьян стоял в окружении вооруженных людей, каждый из которых внимательно следил за ним. Одно лишнее движение и ему несдобровать. Девять человек нападут одновременно. Датлинг десятый. Хотя нет, их больше. «Лошадей-то двенадцать, значит, двое дознавателей где-то ходят, – машинально отметил про себя урмак. – Или сидят в укрытии для подстраховки. Впрочем, лошади могут быть заводными».

Наконец, последние веревки упали на землю. Темьян почувствовал, что свободен. Медленно, чтобы не спровоцировать людей Датлинга, протянул руку. Стражник, что распутывал веревки, вложил в нее нож.

Три арбалетных болта хищно нацелились в грудь урмака.

– Вы все сейчас умрете! – неожиданно закричал Келвин. – Никто не выживет! Никто! – он засмеялся.

В голосе главаря было что-то настолько жуткое, что взгляды всех присутствующих машинально обратились в его сторону. Датлинг даже сделал удивленный шаг к нему.

Всего мгновение на Темьяна никто не смотрел. И он этим воспользовался.

Короткое движение вперед. Резкий сильный удар ножом под ребра. Первый из стражей-дознавателей, тот, который распутывал веревки, мертвой куклой повис в «объятиях» урмака.

Все произошло очень быстро, почти мгновенно, но Темьяну показалось, что время медленное и тягучее, как патока. «Валить надо всех стражей до единого, – промелькнула четкая мысль. – Тогда наши с Гнышем откровения не дойдут до посторонних ушей. Дознаватели унесут тайны банды с собой в могилу».

Арбалетчики еще не поняли, что произошло, и почему один из стражей стоит, так тесно прижавшись к урмаку.

Только Датлинг, кажется, заподозрил неладное. Его рука с магическим жезлом начала подниматься в сторону Темьяна.

Урмак, по-прежнему закрываясь телом мертвого стража, поудобнее перехватил нож. Бросок должен быть предельно точен. Промахнуться нельзя. Второго шанса прикончить Датлинга не будет – маг превратит и Темьяна, и закрывающего его стражника в хорошо прожаренные тушки одним мановением посоха.

Бросок!

Нож, кажется, летит целую вечность. Клинок вонзается Датлингу в шею. Из перерезанной жилы хлещет кровь. Рука с посохом бессильно падает вниз, а сам маг кулем валится на землю. Он еще жив, но уже не опасен.

Противно визжит спущенная арбалетная тетива, а следом и две других. Болты попадают точно в цель, превращая человеческое тело в облысевшего ежа. К счастью, это тело не Темьяна, а закрывающего его стража. Он сослужил урмаку роль щита, но теперь становится обузой. А, значит, надо бросить его и сделать шаг-скольжение к арбалетчикам.

Один из них пытается перезарядиться, двое других отбрасывают бесполезное оружие в сторону и тянут из ножен мечи.

Удар. Пудовый кулак Темьяна дробит одному из них челюсть, проминает нос внутрь, превращая лицо в кровавую кашу. Страж отключается надолго. «Надо потом добить», – делает себе мысленную пометку Темьян.

Но сейчас ему некогда – у него на пути воин с мечом, который прикрывает арбалетчика, чтобы тот мог перезарядиться.

Темьян бросается прямо на меч, вынуждая противника нанести удар. Тот бьет, но запаздывает – урмак с кошачьей сноровкой проскальзывает под клинком и, не мудрствуя лукаво, со всей силы бьет стража коленом в пах. Удар настолько силен, что противника подбрасывает вверх. Он падает на землю без сознания. Кончено. Удар, конечно, не смертельный, но этот страж очухается не скоро. Главное не забыть о нем после.

Следующий мягкий, звериный прыжок к арбалетчику. Он уже перезарядился, но выстрелить так и не успел – Темьян зажал его руки, вынуждая повернуть оружие на одного из дознавателей и нажать на спуск.

Выстрел почти в упор. Арбалетный болт прошел прямо под металлическим нагрудником доспеха, пробил кольчугу и вспорол противнику живот. Тот заорал от боли, зажимая рукой рану.

На землю они упали одновременно – страж с пробитым животом и арбалетчик со свернутой шеей.

– Темьян, меч! – закричал Келвин.

Урмак понял. Поднял клинок и бросился к дереву, к которому все еще оставался привязан главарь.

Но перерубить веревки не успел – один из стражей сорвал с пояса ременную петлю кистеня и принялся раскручивать усеянный острыми шипами металлический шар.

Грозное оружие со свистом рассекало воздух, выцеливая голову урмака. Один точный удар кистенем, и обломки черепа Темьяна полетят во все стороны, вперемешку с мозгом и кусками окровавленного мяса.

Темьян попятился, не сводя взгляда с кистеня. Но отступать толком некуда – сзади и сбоку приближаются еще три противника с мечами.

Шар кистеня, словно ядовитая змея, сделал рывок к голове урмака. Темьян припал к земле, увертываясь от шипастой смерти, а заодно подсек ноги одного из мечников. Не ожидавший ничего подобного страж, потеряв равновесие, грохнулся на спину, выпуская из руки меч.

Страж с кистенем повторил попытку размозжить Темьяну череп, но тот, словно вода сквозь пальцы, шустро «утек» в сторону, подставляя вместо себя сбитого с ног мечника. Воин с кистенем уже не успел отклонить свое шипастое оружие в сторону. Миг – и голова мечника превратилась в раздавленный орех.

Воин с кистенем на мгновение застыл, глядя на труп товарища. Этого оказалось достаточно, чтобы Темьян плавным движением скользнул ему за спину. Шею воина обвил ремень его собственного кистеня. Противник захрипел в агонии. Он скреб ногтями горло в бессильной попытке сорвать удушающую петлю, но Темьян не дал ему такой возможности. Хруст сломанных позвонков поставил точку в этом молниеносном бое.

Оставшиеся в живых два стражника обвели потрясенными взглядами побоище. Кое-кто из соратников уже испустил дух, некоторые натужно стонали, зажимая руками кровоточащие раны.

Стражники дружно переглянулись, а потом с ужасом уставились на Темьяна. Им еще не верилось, что всего один человек мог в считанные мгновения вывести из строя восемь отличных, прошедших огонь и воду, бойцов! Причем сделал это голыми руками, почти не прикасаясь к оружию!

– Я сдаюсь! – один из двух стражей отбросил меч и с мольбой посмотрел на Темьяна. – Не убивай!

– Развяжи его, – урмак кивнул на Келвина.

Страж бросился выполнять, а Темьян посмотрел на последнего врага. Приказал:

– Брось меч!

Вместо ответа тот ощерился и пошел на урмака…

Через мгновение полянка украсилась еще одним мертвым телом.

Темьян подошел к Келвину. Связанный главарь все еще стоял возле дерева – у стража так сильно тряслись руки, что он никак не мог разрезать веревки.

– Я сам, – урмак отстранил его и двумя ударами меча перерубил путы.

Освобожденный Келвин повел плечами, разгоняя застоявшуюся кровь, растер запястья и окликнул урмака:

– Темьян, разберись с ними, – главарь указал на устилавшие полянку тела.

Урмак кивнул и молча пошел добивать раненых карателей.

И Келвин, и оборотень оба понимали – нельзя допустить, чтобы выжил хотя бы один из людей Датлинга. Ведь тогда не сдобровать всем тем, кто обычно помогал разбойникам. А таких немало. Пол Чесман, Стася и десяток других – осведомителей, трактирщиков, хуторян. Они давали банде приют, сообщали нужные сведения, предупреждали об опасности или просто любили – как Стася своего Келвина.

Гныш, а следом за ним и Темьян, выдали их всех, назвали имена. И теперь предстояло исправить содеянное.

Урмак вспомнил еще кое о чем:

– Келвин, дознавателей тут было десять, а лошадей-то двенадцать.

– Где еще двое ваших? – острие меча главаря уперлось в кадык сдавшемуся стражу.

– Их убили в прошлом месяце, когда мы брали банду Кривого, – зачастил пленник. – А двух лишних лошадей Датлинг оставил, как заводных.