Измена. Нас (не) вернуть (СИ) - Вэб Дарина - Страница 28

Я направляю её бёдра и помогаю двигаться в кайфовом для нас обоих темпе. Мы балдеем друг от друга! От взрывных ощущений! От той нити, которая скрепляет нас!

Мы единый организм, стремящийся в одном направлении.

Её тело извивается на мне, руками, упираясь в торс. Груди подрагивают в такт моим толчкам и её скачкам. Приподнимаюсь и хочу поймать губами возбуждённые горошины.

Ловлю их и кайфую от нежности, разлившейся на языке. Чистое наслаждение!

Больше не могу сдерживаться. Даю свободу действиям и перекидываю её на спину, сминая в охапку.

Дико, до одури целую желанные губы. Максимально широко раздвигаю её бёдра, придерживая под коленями. Вхожу так глубоко, что сам дурею от наслаждения. Быть полностью внутри неё, трахать так как хочу и при этом слышать её громкие стоны это выше моих сил!

Даже сбавленный темп не помогает замедлить процессы в организме. Выхожу до самой головки и резко заполняю её полностью. Буквально несколько толчков и стенки влагалища начинают сжиматься от полной капитуляции моей малышки.

Ещё толчок и сам взрываюсь внутри неё, охваченный агонией страсти!

Падаю на локти, ещё сотрясаясь и дрожа всем телом. Нежно покрываю поцелуями её лицо. Ловлю горячее дыхание. И не верю своему счастью.

Она моя! Вся моя! Больше не позволю никогда и ни за что отказаться от меня!

Перекатываюсь набок и грабастаю в свои объятия. Никак не получается насладиться её телом. Постоянно хочу её трогать, целовать, обнимать, любить!

Во мне кипит столько нерастраченной любви, что нет сил сдерживать.

– Люблю тебя, обожаю! Больше никуда без меня! Никуда! – шепчу как в бреду.

Она смеётся:

– Тогда пошли вместе к сыну.

52 глава

Вика

А наутро я почувствовала себя плохо. Меня тошнило и выворачивало.

Какого хрена? Я не пила!

Так плохо мне было, когда я напилась в первый раз. Тогда знакомый врач Игната откачал меня. А что сейчас? Неужели отравилась?

Оставив сына на родителей, Игнат повёз меня в больницу.

– Бедная Маша. – кряхтела я. – Она во всём винит себя.

Мне совсем этого не хочется. Я ведь тоже готовила, значит, тоже виновата.

– Всё будет хорошо! – приговаривал расстроенный Игнат.

Наконец, мы подъехали к парковке клиники. На свежем, прохладном воздухе мне слегка полегчало. Я стояла на улице, пока Игнат договаривался с врачами.

Только войдя в пропахнувшее лекарствами помещение, мне резко стало хуже. Глазами я искала туалет, сдерживая рвотные позывы.

Меня тут же затолкали в процедурный, вручили специальный пакет и начали расспросы.

По ходу дела выяснили, что женские дни запаздывают. Но это не проблема. У меня часто такое бывает, когда нервничаю.

Ну а дети у нас с Игнатом, выходят только из пробирки, и то, не всегда. Поэтому я даже не обратила на это внимания и настаивала на отравлении.

Только к гинекологу пришлось идти. Иначе не хотели мне ставить спасительный укольчик.

Доктор не торопилась от слова совсем. И плевать ей было, что в любой момент могу загадить чистые полы в её кабинете.

Вот оно спасительное кресло. Потерпи Вика, скоро всё будет хорошо! Уговаривала саму себя.

А докторица со знанием дела прощупывала всё, что только можно. Взяла анализы как полагается, написала что-то на бумажке и отправила обратно.

– Ну, что же, сейчас ставим капельницу и поезжайте в свою гинекологию, вставайте на учёт. – будничным тоном сказала доктор.

– На какой учёт? – не поняла я её слова.

– Ну какой бывает учёт, девушка? – посмотрела на меня из-под очков.

– Какой? Онкология? Или что там ещё? Ну, говорите уже! – поджилки затряслись, стоило только подумать, что могу, как мама умереть от онкологии.

– Беременность у вас, беременность! – чуть ли не вертела пальцем у виска.

– Что? – закричала шокированно. – Не может быть! Вы точно правильно всё проверили?

Я же знаю, что мы не можем обычным способом сделать ребёнка! Этого просто не может быть!

– Девушка, вам же не семнадцать. Чего так удивляться? – вздохнула она. – Всё мы проверили. Ранний токсикоз, но с этим придётся смириться.

Точно! Даже тошнота исчезла, стоило только услышать про беременность.

Выхожу из кабинета и прямиком к процедурному. Игнат быстро подхватывает меня за талию:

– Что доктор сказал? – спрашивает у самых дверей.

Захожу в кабинет и быстро отвечаю:

– Токсикоз говорит. – и закрываю за собой дверь.

Отдаю бумагу медсестре, укладываюсь на кушетку и влетает бешеный Игнат:

– Ты беременна? – кричит на всю процедурку.

– Тссс! – подставляю палец к губам. – В больнице нельзя так кричать.

Он подлетает ко мне, смотрит таким диким взглядом. Кажется, у него мозг взрывается!

– Ответь, беременна? – молит глазами.

Пожимаю плечами:

– Кажется. – сама не понимаю, что делать.

Осознание ещё не пришло. Мне кажется, что я сплю и всё это мне снится.

– Любимая! – крепко обнимает меня Игнат и смеётся как ненормальный. – Я самый счастливый! Самый счастливый мужчина в мире!

А мне так поплохело от встряски:

– Игнат, отпусти, мне плохо. – совсем не весело попросила его.

– Да, да, конечно, прости. Кто будет? Девочка? – торопится он.

– Папочка, выйдите из процедурного кабинета. Ждите за дверью. – говорит медсестра, до этого пристально наблюдавшая за нами.

– Ухожу, ухожу. – отвечает он и выходит.

– Первый? – улыбается она.

– Второй. – сразу понимаю о чём она.

– Сразу видно, как любит и вас и детей. Эх, не всем так везёт с мужьями. – вздыхает и загоняет катетер в вену.

– Сама в шоке! – отвечаю даже не ей, а себе.

И как мы так умудрились?

Эпилог

Вика

На берегу лазурного моря, где волны нежно шепчут свои тайны, состоялась наша долгожданная свадьба. Остров, окутанный зелёными пальмами и цветами, стал идеальным местом для нашего полного соединения.

Мы долго мечтали сделать свадебную церемонию именно такой. Где мы только вдвоём, а вокруг потрясающая атмосфера, настраивающая на душевное слияние.

Мы стояли на белоснежном песке, над нами возвышалась украшенная живой зеленью и цветами, великолепная арка. Наши взгляды, направленные только друг на друга, светились нежностью и любовью.

Уверенные в будущем и счастливые в настоящем, мы, наконец, доверились друг другу. Растворились в нашей любви. Забыли все обиды и непонимания.

Сама церемония пронизана магией: звуки гитары, окружающие нас звучали в сердцах, как мелодия любви.

Игнат начал первый, отчего сердце забилось с новой силой:

– Любимая... с тобой мы прошли многое. Часто обижали друг друга. Ещё чаще безумно ненавидели. – улыбается он. – Но ты дала нам второй шанс, новое дыхание. Обещаю, что не подведу! Обещаю любить тебя и в горе и в радости! Обещаю вечную преданность и душой и телом! Обещаю стать лучшим для тебя, малышка, и наших детей! Я люблю тебя, родная! Прошу, стань моей, пройди со мной этот тяжёлый путь под названием жизнь?

Растроганная его обещаниями и проникновенными словами, я прослезилась. Игнат протянул руку и пальцем со всей нежностью, стёр влагу с щеки.

Его слова я запомню, сохраню под сердцем и пронесу через года.

Он ждал моего ответа, а я никак не могла протолкнуть ком в горле. Хотела, чтобы мой ответ звучал убедительно и красиво, а по факту, из-за слёз могу только просипеть:

– Да... я согласна... – и совсем разревелась.

Игнат прижал меня к себе и пытался успокоить. Шептал ласковые слова, целовал в щёку. А я, как маленькая захлёбывалась слезами радости.

Это тот момент, когда чувства переполняют настолько, что слёзы сами бегут, их невозможно остановить.

Но я собралась с силами, взяла Игната за руки и немного отодвинулась, чтобы взглянуть в его горящие глаза.

– Родной мой... любимый... ты тот человек, который терпит меня, потакает капризам. Который, несмотря ни на что, любит меня такой, какая я есть. И ты знаешь, я безгранично уважаю тебя за стальной характер и дико люблю! Люблю, за то, что ты есть в моей жизни, за то, что ты именно такой! Обещаю, что буду вдохновлять тебя на новые подвиги. Обещаю быть чуть-чуть спокойнее. И может быть, когда-нибудь соглашусь на третьего ребёнка. – смеюсь я сквозь слёзы. – Обещаю любить тебя вечно, родной! Ты согласен принять меня вот такую, не идеальную, но любящую женщину?