Шаг в прошлое, или С Новым годом, папочка! (СИ) - Старцева Анна - Страница 18

Единственный шанс закончить разговор и отвлечь от главного — сказать правду.

Другую правду.

— Ко мне на днях мама Леши приходила. Подкараулила у отеля в конце смены.

Я не собиралась рассказывать маме о памятном разговоре с Софьей Дмитриевной.

Не хотела расстраивать.

Но на фоне истории с Игорем это просто сущий пустяк.

— Что она хотела? — мама хмурится. Понимает, что разговор получился неприятным.

— Сказала, что никогда меня не примет. И сделает всё, чтобы Леше пришлось выбирать между нами. Это будет выбор без выбора.

Мама охает. Затем подходит ко мне. Садится рядом на диван.

— Давай я с ней поговорю, — предлагает помощь. Как делала это всю жизнь.

— Ма-ам! — я делаю большие глаза. — Я же не в первом классе. И речь не о ссоре с соседом по парте. К тому же… Правда в том, что я не хочу с ней воевать. Я не хочу бороться за Лёшу. Не вижу нас вместе в будущем. Так что…

Мама хмурится.

— Ты хорошо подумала?

— Наверное. В смысле, да.

— Что-то я очень сильно сомневаюсь, — разумеется, такой ответ ее не устроил.

— Мам, я…

— Давай-ка ты не будешь рубить с плеча, Алиса, — говорит уверенным тоном. — А еще раз всё хорошенько взвесишь. Только сначала отдохнешь.

— Хорошо. Ты можешь уложить Сеню?

— Да, — она соглашается.

А я прячу вздох облегчения.

Да, я озадачила маму историей с Софьей Дмитриевной. Но так она забыла о странном Игоре, от которого мы с Сеней сбежали.

Глава 9

Лицом к лицу

— Пожалуйста, только не сегодня, — шепчу по дороге на работу.

Опаздываю страшно. Сменщице придется задержаться.

Впрочем, сегодня многие не приедут на работу вовремя. Из тех бедолаг, кто трудится в новогодние праздники. Снегопад накрыл город основательный. Я вышла раньше, понимая, что машину придется не просто чистить, а откапывать! С задачей справилась. Зато застряла при выезде со двора. Спасибо двум молодым соседям, отправляющимся куда-то с утра. Они меня вытолкнули. Мелькнула мысль: а не оставить ли авто во дворе? Но я тут же ее отринула. Таксисты в праздники дерут втридорога, а путь не близкий. Автобус же придется ждать долго. Еще и прямого маршрута до отеля нет.

— Только не сегодня… — повторяю, как мантру.

Нет, это не о погоде. И не о плохо почищенных дорогах. Уборочная техника просто не справляется.

Это об Игоре.

Ни в памятный день, ни на следующий он никак не проявился. Но сегодня у меня рабочий день. А Игорь живет в отеле. Если хочет меня подкараулить, идеальнее варианта не придумаешь. Да, я могу не реагировать на вызов в номер. Но есть другие места, где меня можно перехватить. Игорь — постоялец. Я не смогу отказаться говорить с ним, если подойдет у всех на виду.

Я понятия не имею, что ему сказать. Надеюсь, что он сам не захочет нечаянного отцовства.

Вот только…

У них с Инной нет детей. По крайней мере, не было раньше.

Я никогда не спрашивала причину. И вообще не знала, хочет ли сам Игорь быть отцом.

А вдруг хочет? Что тогда?..

Мысли об Игоре приходится выкинуть из головы, едва приезжаю на работу. Часы показывают десять минут девятого. А мне еще переодеваться.

— Прости, — смотрю на сменщицу виновато. — Я во дворе застряла. И потом… кое-как ехала.

— Не парься, — она машет рукой. — Мне самой предстоит машину откапывать на стоянке. При взгляде в окно, страшно становится.

— Удачи, — желаю от всех души.

— Тебе тоже. У нас завал. Аэропорт закрыт из-за непогоды. Самолеты сажают в других городах. Куча звонков с просьбой продлить бронь. А выезжающие не могут улететь. И уехать тоже. Автобусные туры тоже заглохли. Водители отказываются выезжать на трассу. Да и некуда. В новостях говорят, там многокилометровые пробки. В общем кто-то доплачивает за номера, хотя тем полагается быть свободными. А часть гостей торчит в ресторане иль на диванах в вестибюле. И не только там. Народу кажется, что тут лучше, чем в аэропорту. Суматохи, в общем, хватает. Развлекайся, Алиса.

— Вот, спасибо, — усмехаюсь я. День предстоит «веселый». Он может даже потягаться с новогодней ночью.

Так и выходит.

Чувствую себя детской игрушкой — волчком. Или электрическим веником, как говорят некоторые люди. Ношусь туда-сюда и… прибираю за всеми сразу. Снегопад и не думает прекращаться. Заселений почти нет. Зато застрявшие постояльцы создают проблемы на ровном месте.

— И куда мы должны деться, по-вашему, с детьми? — возмущается скандальная яжмать, пока трое ее отпрыском носятся по вестибюлю, а четвертый шатает елку. — Девушка, вы в своем уме? Я буду на вас жаловаться. И такие отзывы на отель оставлю, что вас точно уволят!

Призываю на помощь охрану. Все всё понимают. Дама потратилась в Новый год, продлевать номер не на что. Детям трудно сидеть на месте. Но другие застрявшие постояльцы, которым мешают деятельные отпрыски, не виноваты. Хочет мать того или нет, но ребятню придется утихомирить.

— Здесь нельзя пить, — бросаю на ходу мужчине, открывающему пиво на диване. Пена льется фонтаном. Увы не только на одежду, но и на обивку. — А курить тем более! — шикаю на еще одного нахала.

— Снаружи снег, — жалуется он.

— А здесь детекторы дыма. Хотите искупаться, если сработает система пожаротушения?

— Злая вы, девушка, — нарушитель-таки поднимается, берет куртку и топает к выходу.

Я только вздыхаю тяжко и бегу дальше. Привычные обязанности никто не отменял. Нужно проверять подготовку номеров. Это сейчас почти никто не заселяется. Потом вся толпа прибудет одновременно. Мимоходом проверяю, не освободился ли номер Игоря. Вдруг вчера или позавчера съехал? Но нет. Игорь Власов, по-прежнему, числится нашим постояльцем.

В очередной заход в вестибюль обнаруживаю толпу у стойки регистрации. Два автобуса с туристами прорвались-таки в город с трассы. Люди уставшие и голодные после снежного плена. Ссоры и ругань не прекращаются ни на миг. Бросаюсь на помощь другим сотрудникам. Нужно поскорее всех заселить. В вестибюле из-за застрявших гостей и так шумно. Краем глаза вижу Игоря у лифта. Руки начинают дрожать. Но тут становится не до него и наших тайн.

С грохотом падает ёлка.

Спасибо, никого не придавливает.

Бегу разбираться. Кожей чувствую взгляд Игоря. Но, когда поворачиваюсь к лифтам пару минут спустя, бывшего любовника не вижу. Он уехал наверх. Не стал подходить.

Но я нутром чую, что это не конец…

Вечером я покидаю отель не сразу. Теперь опаздывает другая сотрудница, и задержаться приходится уже мне. Метель потихоньку стихает. Снег еще идет, но не так интенсивно. Однако передвигаться по городу всё еще трудно. Сдав смену, я какое-то время сижу на скамье в раздевалке, собираюсь с силами. Ноги просто отваливаются. А мне еще машину чистить.

На стоянку плетусь нога за ногу. В нескольких метрах от авто резко останавливаюсь и яростным взглядом смотрю на Игоря. Он ждет меня. Правильно понял, что мимо своей машины я не пройду, и лучше перехватить меня здесь, а не в отеле, где царит бедлам.

— Ну, привет, девочка, — говорит Игорь, глядя пристально. Он без шапки. На голову накинут капюшон, на котором успело осесть немало снега. Я ведь задержалась, а Игорь явно пришел заранее, чтобы не пропустить мой отъезд.

— Просто уйди, — говорю я.

Открываю машину, достаю щетки. Так просто мне не уехать. На лобовом стекле настоящий сугроб. И не только на нем. Придется говорить с Игорем. Хочу того или нет. Ну, или слушать.

— Не хочешь объясниться? — спрашивает он.

Я молчу. Активно работаю руками. Чем быстрее закончу, тем скорее уеду.

— Алиса?

— Разве не очевидно?

— О, да! — восклицает он. — Много чего очевидно. Например, что ты принимаешь решения не только за себя, но и за других. Думала, я не наведу справки? Или что не умею считать? — он достает телефон и читает с экрана: — Бердников Арсений Александрович. Родился… — Игорь называет дату и продолжает: — Мать: Бердникова Алиса Александровна. Отец… Тут прочерк. Но дата весьма интересная. Арсений родился через семь месяцев после твоего внезапного отъезда из Москвы. После твоего бегства, я бы сказал.