Прежде чем нас разлучат (ЛП) - Рейнольдс Аврора Роуз - Страница 41

Глава 32

Такер

Я обнимаю Миранду и Кингстона под зонтом, пытаясь не дать им промокнуть, пока мы пересекаем парковку. Задача почти невыполнимая, когда Кингстон останавливается перед каждой лужей глубиной более полдюйма, чтобы в нее прыгнуть. С другой стороны, Миранда надела на него резиновые сапоги, похожие на динозавров, поэтому он должен проверить их на прочность и убедиться, что они полностью водонепроницаемы. Когда я, наконец, довожу их до машины Миранды, сначала открываю заднюю дверцу, чтобы увести Кингстона из-под усилившегося дождя.

— Детка, забирайся в машину. Я его пристегну. — Встречаюсь взглядом с Мирандой поверх дверцы, и она, кивнув, открывает свою и садится за руль.

— Садись в кресло, приятель, — говорю я Кингстону, когда он вытаскивает игрушку из подстаканника.

— Смотри. — Он жмет на кнопки игрушки, запуская кольца, плавающие по воде, и пытаясь подцепить их на нос дельфина.

— Покажешь мне, когда будешь пристегнут.

— Когда я снова увижу Винтер? — спрашивает он, садясь на краешек детского автокресла.

— Скоро.

— Ты придешь сегодня на ужин?

Я подтягиваю его к спинке автокресла и смеюсь.

— Да, я приду сегодня на ужин.

— Можно нам пиццу?

— Конечно, — отвечаю я и слышу, как Миранда хихикает.

— Ты приедешь с мамой, чтобы забрать меня из школы? — спрашивает он, пристегнувшись.

— Постараюсь.

— Почему?

— Хорошо, приятель. Обещаю, что приду. — Я взъерошиваю ему волосы, затем отступаю и закрываю дверцу.

— Ты уже передумал с нами связываться? — тихо спрашивает Миранда, и я смотрю на нее через открытое окно, потом на Кингстона на заднем сиденье, он глядит на меня и улыбается.

Этим утром стены, которые стояли между нами, рухнули. И теперь, как никогда прежде, я знаю, что хочу таких хаотичных утр, как это, и иметь возможность видеть, как Кингстон буйствует в конце дня. Я не просто чувствую себя довольным, когда с ними. Я чувствую себя счастливым и умиротворенным, чего не испытывал в полной мере за свои тридцать четыре года.

Я не лгал. Она чертовски хороша для меня, но я не оставлю ее и буду бороться за нас каждый божий день.

— Даже ни на дюйм. — Черты ее лица смягчаются. — Во сколько ты забираешь его из детского сада?

Я закрываю зонт и протягиваю его ей через окно. Миранда кладет его на пассажирское сиденье.

— Обычно около пяти.

— Я посмотрю, смогу ли встретиться с тобой там.

— Тебе не обязательно. Я знаю, что ты работаешь.

— Пришли мне адрес сообщением, — распоряжаюсь я, игнорируя ее слова, и ее лицо озаряется, и она кивает. Господи, она чертовски красива. Я наклоняюсь и прижимаюсь к ее губам. — До вечера.

— До вечера, — повторяет она.

Я отступаю на шаг, а потом наблюдаю, как она поднимает окно и выезжает с парковочного места. Кингстон машет мне, и я машу в ответ.

Под хлещущим дождем смотрю, как они уезжают, затем направляюсь к своему грузовику и сажусь за руль. Когда я выезжаю из комплекса, стоп-сигналы автомобиля Миранды, движущегося немного впереди, загораются, и я, нахмурив брови смотрю, как она останавливается на тротуаре рядом с фигурой в черном плаще с капюшоном, скрывающем волосы. Требуется время, чтобы понять, кто это, но когда я вижу, что в машину садится Кэрри, у меня сводит живот. Подозрений в причастности Кэрри к смерти Кристен у меня больше нет, но это не значит, что я ей доверяю. Особенно в отношении Миранды и Кингстона.

— Дерьмо.

Похоже, мне стоит кое-чем поделиться с Мирандой. Я и не подразумевал, что в какой-то момент они с Кэрри начали общаться, даже если были соседями.

Схватив сотовый, мой палец зависает над ее номером, но вместо этого я опускаю телефон в подстаканник. То, о чем мне нужно с ней поговорить, требует приватной обстановки, а не присутствия Кэрри в ее машине.

Когда я добираюсь до участка, Майлз уже сидит за своим столом, и как только видит меня, отодвигает кресло и идет ко мне.

— Ты не поверишь тому, что я сейчас скажу, — тихо начинает он.

И, учитывая, что очевидно, он не хочет, чтобы кто-нибудь это услышал, мы выходим через заднюю дверь, где я обычно курил. Господи, когда я в последний раз думал о том, чтобы выкурить сигарету?

— Что случилось? — спрашиваю я, оглядевшись, чтобы убедиться, что рядом больше никого нет.

— Джей — сын офицера Томпсона. — Я поднимаю бровь, понятия не имея, кто такой Джей. — Паренек со вчерашнего вечера, который все время сидел один.

— Дерьмо.

— И около семи других ребят, которые были там, — дети полицейских.

Я ошарашен.

— Как ты это узнал?

— На аватарке Джея изображены его отец и он, и мне стало любопытно узнать о других детях. — Он качает головой. — Наша проблема только что намного усложнилась, брат.

— Независимо от того, кто их родители, мы должны выполнить свою работу.

— В этом я с тобой полностью согласен, но ты понимаешь, что беседа с Джеем без разрешения его отца может в будущем навлечь на нас неприятности.

— А если он заявит, что не хочет, чтобы мы разговаривали с его сыном?

Майлз сжимает челюсти. Как и я, он понимает, что такое возможно, и если это произойдет, все наши зацепки пойдут прахом.

— Давай притворимся, что понятия не имеем, что Джей — сын Томпсона, и, как обычно, устроим допрос по потенциальной зацепке в расследовании убийства.

— А когда он расскажет все отцу?

— Если он расскажет отцу, тогда мы разберемся с последствиями. Я предпочел бы проявить инициативу и потом извиниться, чем лишиться потенциального источника информации.

Он смотрит на меня некоторое время, затем запускает пальцы в волосы.

— Да. Ладно, черт возьми. Давай поговорим с ним сегодня. Я позвоню и узнаю, во сколько у него перерыв на обед.

— Он ходит в ту же школу, что и Кэрри?

— Они все ходят в одну школу.

— Как удобно.

Мы возвращаемся в участок и рассаживаемся по своим местам. Достав мобильный, я проверяю сообщения и вижу одно от Миранды с адресом детского сада Кингстона. Я смотрю на Майлза.

— Двуспальная кровать Винтер все еще у тебя на складе?

— Да, тебе она нужна?

— Я поставлю ее в гостевой комнате для Кингстона.

— Сегодня вечером я ее принесу. Винтер спрашивала, когда она снова его увидит.

— Утром Кингстон спрашивал о том же. Может, получится встретиться в эти выходные.

— Хейзел прилетает в пятницу на несколько дней.

Хейзел — мама Винтер и старшая сестра, о которой никто из нас не просил. Наверное, поэтому между ней и Майлзом ничего не вышло. Ни один мужчина не захочет встречаться с женщиной, которая больше похожа на сестру, чем на любовницу.

— Думал, она не приедет еще пару недель.

— Так и было, но она услышала о Миранде и хочет на нее посмотреть, — объясняет он, и я поджимаю губы. — Ты должен был знать, что это произойдет.

— Мне не нужно, чтобы Хейзел одобряла Миранду.

— Если бы ты послушался ее насчет Наоми, мог бы не оказаться в теперешней ситуации.

— И тогда не встретил бы Миранду.

— Тоже верно, — бормочет он, качая головой, прежде чем включить компьютер.

Я жду рядом с Майлзом в кабинете директора школы, скрестив руки на груди, не обращая внимания на толпу женщин за стойкой секретаря, которые продолжают бросать взгляды в нашу сторону. Изначально здесь было всего две женщины, но в течение пяти минут после нашего прибытия собралась компания из семи леди, и все они хреново притворялись, что работают, а на самом деле разглядывали нас.

Когда входит директор с Джеем, я всматриваюсь в ребенка. Прошлым вечером из-за расстояния и темноты я не заметил прыщи на его лице и то, насколько он долговязый по сравнению с другими детьми со вчерашнего собрания, если судить по их росту рядом со Стивеном. И если что-то не изменилось с тех пор, как я был подростком, уверен, он чувствует себя изгоем среди сверстников.