"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Васильев Ярослав - Страница 610

Глава 5

Гости съезжаются

Дверь экскурсионного автобуса с шипением наконец захлопнулась за последним пассажиром. Все с облегчением вздохнули: кондиционер быстро выгнал остатки июльского пекла.

Наташа рухнула в своё кресло и зашептала подруге, также без сил растёкшейся на соседнем месте.

— Чувствую себя курицей-гриль.

Женя в ответ фыркнула. Ткнула пальцем в бок — сарафан надела, а кожа вся белая. И прокомментировала:

— Это ты после поезда так. А вот приедем, будем валяться на пляже… Станешь погоду только нахваливать. Не турецкие курорты, где сейчас всего плюс девятнадцать.

Наташа пожала плечами. Ну да, Поволжье второй год может летом поспорить, наверное, хоть с Египтом, хоть с какими-нибудь заморскими островами. Но они, вообще-то, в «Прометей-2004» не загорать, а заниматься приехали. Съязвить что-нибудь на эту тему девушка не успела, так как подруга делано простонала на ухо:

— Натка, давай все разговоры «на потом»? Пока ты свой безразмерный чемодан упихивала, — Женя хихикнула: мама собрала подругу так, словно та на год уезжала, — я уже буклет посмотрела, — она ткнула в карман кресла перед собой, откуда высовывался синий уголок, — ехать километров семьдесят. Успеем наболтаться. А пока лучше город посмотреть, когда ещё сюда попадём. На такси разоришься, автобусов нет. Да и программу обещали клёвую и много.

С идеей про расходы Наташа молча согласилась кивком. Нет, с собой, конечно, есть, у обеих родители небедные. На отдых подкинули не жмотясь… размышления о финансах мгновенно повернули мысли в грустном направлении. Если подумать — кроме папиных денег у неё ничего нет. Талия далеко не осиная — очень уж девушка высоковата и крепковата в отца, как злословил один отверженный недоброжелатель «не модель, а за коровами ходить». Да вдобавок стричься предпочитает не модно, а удобно, тёмно-русая, лицо худое, ещё и нос горбинкой. Какому парню такая нужна? Женька, конечно, утешает, что всё не так страшно, но Наташа-то цену себе знает прекрасно. Особенно рядом с подругой: вот уж кто точно заткнёт за пояс любую фотомодель, к тому же ещё и натуральная блондинка с пышным хвостом до лопаток. А у Наташи стоящего разве что мозги да стремление построить жизнь своими силами, а не папиной протекцией. Но это по нынешним временам неходовой товар. Женщины времён Некрасова и декабристов, которые «слона на ходу остановят, и хобот ему оборвут», нынче не в моде.

«Да и мозги, если разобраться, не такие уж замечательные, — окончательно подписала себе приговор Наташа. — Только своими силами и без папиных связей мы с Женькой в „Прометей“ бы наверняка не попали. При таком-то количестве всяких победителей олимпиад и лауреатов студенческих научно-технических конференций на каждое место. В прошлом году сколько было? По четыре человека на место, а уж теперь… „Будущее России, её лучшие молодые умы“».

А то, что «по блату» в лагере не меньше половины, да к тому же «эти» наверняка даже не пытались сделать конкурсные задания самостоятельно, а просто понадеялись на «предков», отравляло существование вдвойне. Хорошо всё-таки, наверное, Женьке — она воспринимает поездку просто как шанс побыть в шикарной тусовке. А вот Наташа так не может, особенно рядом с теми, кто пробился сам. Как, например, тот долговязый парень через два ряда кресел от них. Он ехал вместе с ними в одном вагоне поезда, оказался из того же города. На полтора дня девушка к огромному удовольствию получила замечательного собеседника, с которым можно поболтать хоть про исследования космоса, хоть о политике. И ни разу Саша не намекнул, что женское дело — тряпки, дети, кухня.

«Умный парень. Временами даже слишком умный, даром что младше на год. А ещё пробился своими силами. Не то, что я».

Наташа вспомнила, как оба встретивших на вокзале куратора уважительно пожали парню руку. Похоже, Саша из той десятки, про которую упоминали, что они единственные все конкурсные задания сделали на высший балл.

— Вздыхаешь по своему «ботанику»? — голос подруги прозвучал в самое ухо так неожиданно, что Наташа аж вздрогнула.

Быстрый взгляд за окно — точно, город закончился, пошли скучные одинаковые поля, разделённые лесозащитными полосами. И если бы не меняющиеся рекламные щиты — то яркие и новые, уговаривающие покупать какие-нибудь чудо-чипсы, то старые и облезлые, оставшиеся с последних президентских выборов — можно подумать, что автобус едет по кругу. Значит кончились спокойные минуты, деятельная натура Жени теперь до самого лагеря переключится на подругу.

— Так что? Уж не любовь ли с первого взгляда? — Женины глаза заблестели.

— С ума сошла! — поперхнулась Наташа. Ну как объяснить, что всё дело в самой банальной зависти.

— Так на него смотришь… Как в автобус сели, глаз не оторвёшь. И чего в этом «ботанике» такого? Не качок, да и, прости уж, не красавец. Вот если бы ему плащик и волосы хвостом как на том плакатике, — вспомнила Женя висящий у неё дома постер из модного фильма «Ван Хельсинг», — тогда ещё ничего. Да и зовут по-дурацки — Сашенька. Тоже мне, Александр Невский. Только ростом тебе подходит…

На этом месте Наташа на Женю чуть не зарычала. Ведь знает же, как болезненно подруга реагирует на упоминание своих метра восьмидесяти пяти, но время от времени ляпнет не подумав. Разве что насчёт имени права — «Сашенька» для парня звучит слишком уж мягко, не подходит.

Тем временем Женя, не обращая внимания на всё более резкие и едкие ответные реплики со стороны Наташи, вовсю начала рассуждать о том, какой должен быть идеальный мужчина, как он должен себя вести и где его надо искать — особенно таким, как Ната. От серьёзной ссоры их спасло только то, что автобус проскочил посёлок со смешным названием Вырыстайкино и выехал к лагерю, остановившись на парковке метров за сто от ворот. Пассажиры тут же высыпали наружу, сопровождавший куратор выбрался из автобуса последним — Наташа на всякий случай ещё раз посмотрела на бейджике имя «Андрей».

— Уважаемые участники. Сейчас я покажу вам домики, где вы будете жить. Просьба взять у меня стикеры с именами и наклеить на багаж, чтобы персонал мог его доставить к месту проживания.

Толпа одобрительно загудела: сервис. Тут же возник небольшой водоворот, каждый хотел получить стикер и наклеить первым. Наташе даже пришлось ухватить Женю за руку — куда торопишься, затопчут. Лучше вместо кулачных боёв за наклейки осмотреть и обсудить место, где им предстояло прожить весь следующий месяц. На взгляд обеих подруг выглядело вполне ничего. Располагалось всё в живописной бухточке, с одной стороны лес, с другой — Волга. Причём до воды в самый раз, метров пятьсот — и пляж недалеко, и ночью холодом с реки тянуть не будет. Да и холмы на противоположной стороне заливчика наверняка неплохо защищали от ветра. Правда, сам лагерь выполнен «под старину» — сквозь ажурные кованые створки ворот хорошо видны бревенчатые домики внутри, да и ограда натянутыми на каркас стен и башен пластиковыми щитами имитировала «древнерусскую крепость». Но такова нынешняя мода, придётся терпеть эту вульгарщину, стиснув зубы. Тем более что Женю «крепость» очаровала. Даже Саша смотрел на постройку восхищёнными глазами.

Андрей спокойно дождался, пока всё утихнет, и отправился разводить всех по домикам. Оказалось, что сельской избой всё выглядело только снаружи. Внутри же пять современных двухместных номеров, каждый со своим отдельным выходом и санузлом. Стоило переступить порог, как тело сразу налилось сладкой истомой — воздух подавали кондиционированный, всего двадцать градусов против уличных тридцати пяти. Женя, недолго думая, скинула босоножки и, раскинув руки, рухнула на кровать.

— Кра-а-асота. Жалко телевизора нет.

Наташа села в кресло и насмешливо фыркнула:

— Мы сюда, вообще-то, заниматься приехали.

— Одно другому не мешает, — парировала подруга.

Тут в дверь раздался стук: занесли чемоданы. Женю мгновенно охватил энтузиазм.

— Значит, так. Быстро одеваться и наводить марафет. Ужин скоро, произведём впечатление на местное общество.