"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Васильев Ярослав - Страница 758

— А вас потом подождать? — в голосе лодочника прозвучала надежда. Клиент попался тихий и денежный, наверняка и за ожидание монет отсыплет вдвое против обычного.

— Нет.

— А разве вы, господин хороший, не желаете полюбоваться, как душегубов припекать будут? — не унимался гребец. — Говорят, в этот раз сам король туда пожалует с обоими сыновьями.

— Конечно, будут, — невпопад буркнул занятый своими мыслями пассажир. — И припекать, и потом жарить. Раз уж самого Шрама словили и жечь станут, — и сердито отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Старик Димитру не нравился, уж слишком болтлив. Но никто другой к башне ночью везти его не согласился, а попасть туда надо сегодня и до утра.

Лодка пристала к откосу, весь он оказался покрыт слоем жирной тины, принесённой недавним паводком. Лодочник помог выйти на берег, там высилась огромная стена башни. Сам, не скрывая страха, посмотрел вверх, где на фоне чёрного ночного неба угадывались ещё более чёрные провалы окон. Димитр на мгновение задумался. Уходить он собирался сушей, но если лодочник подставной…

— Значит, вот что, почтенный. А подожди-ка меня здесь. Далеко не отплывай и смотри, чтобы тебя не увидели.

— Как прикажете, господин, хоть всю свою жизнь буду вас поджидать, только бы денежки шли.

— Хватит и до утра. Лови, — в протянутые ладони лодочника полетела мелкая серебряная монета. — Дождёшься, получишь ещё одну такую же.

Старик низко поклонился: вместе с этой монетой он уже получил за перевоз плату, раз в шесть превышающую ту, что обычно зарабатывал за ночь. За вторую серебрушку он просидит у башни хоть до рассвета. И никаких духов не испугается. Стараясь не поскользнуться и не забрызгаться, Димитр осторожно пробрался через отмель и наконец благополучно добрался до потайной двери, находившейся, к счастью, неподалёку от берега. Перед тем как постучать условным стуком, он сунул руку в потайной карман и проглотил таблетку. Димитр, конечно, красив, а хозяйка любит красивых мужчин… зато и меняет их как перчатки. Чтобы удержать её внимание, нужно нечто совсем выдающееся, и без химии тут не обойтись. Особенно сегодня.

Принцесса Бейю была замечательно осведомлена… и при этом легко выбалтывала именно то, что нужно разведке Альянса, не понимая ценности информации. В Димитре же девушка ценила не только отменного постельного жеребца, но и то, что местной политике и тайнах двора он никогда не выспрашивал и никогда ни за кого не просил. Ну а рога, которые молодая жена наставляла мужу, среди придворных особым секретом не являлись. Как все знали и то, что мужу на измены наплевать: старый и страшный, импотент, у которого встаёт хорошо если раз в месяц и то с помощью магии и алхимии, да и в постели предпочитает мальчиков. На принцессе старик женился исключительно ради поста казначея, король одобрил брак с племянницей, чтобы протащить на ключевой пост нужного и преданного человека. Прежний король Отли отличался не только тягой к роскошным показательным казням и распутством, но и полным наплевательством к государственным делам. Чем и воспользовалась аристократия, связав правящую династию по рукам и ногам, заставив согласовывать с ней назначения на самые важные посты.

Но внешне, особенно для черни, всё должно выглядеть благопристойно, пойманного любовника казнят. Отсюда и башня Отли как место для свиданий, особенно сегодня, когда город гудит из-за поимки и казни известной городской банды. Всех разбойников станут пытать, главаря и подручных сожгут, остальных заклеймят особой меткой Синклита и отправят на рудники. Но вместе с бандой, причём скорее для количества и показательности казни, стража не глядя загребла ещё с полсотни человек, среди которых попались два разведчика из Альянса. Организовать им побег возможно — но для этого необходимо знать о порядке охраны. Принцесса обожает казни, обязательно вызнала всё, что можно о заключённых и завтрашнем зрелище. И с удовольствием похвалится любовнику: Бейю, вся в двоюродного дедушку Отли, обожала сочетать ночью бурный секс, а утром кровь.

Стоило таблетке провалиться в желудок, как в крови закипели с трудом сдерживающиеся, рвущиеся через край радость и нетерпение. Все горести забыты, все трудности показались нелепыми и пустыми. Ведь сама Бейю позвала его сегодня в свои покои. Через несколько минут он будет держать её в объятиях, ради него она подвергает себя опасности, ведь ни один мужчина на свете не сравнится с ним в нежности, в пылкости, в беспечной весёлости.

Дверь бесшумно распахнулась.

— Да пребудет с вами улыбка Эбрела, господин, — приветствовала гостя камеристка. — Госпожа ждёт.

В руке камеристка держала огарок свечи и, впустив гостя в прихожую и снова заложив засов, жестом пригласила следовать за собой по винтовой лестнице. Огромные покои, помещавшиеся на предпоследнем этаже башни, окутывал полумрак, и только в небольшой жаровне с навесом жарко пылали куски угля, разливая вокруг дрожащий свет. Однако отблески пламени не могли побороть мглу, которая притаилась под куполообразным потолком, опиравшимся на двенадцать стрельчатых арок окон — сейчас прикрытых ставнями. Повсюду безраздельно царил запах дорогих благовоний и приторно-сладких духов: он исходил от затканных золотом тканей, драпировавших стены, от ковров, от шкур редких животных, накинутых на низкую, по южной моде, кровать. Хозяйка ещё не сошла вниз, и камеристка отправилась предупредить, что гость прибыл. Димитр скинул плащ, затем начал снимать кольчугу: она была с секретом, вместе с поддоспешником собираясь в двухкомпонетную мину. Если снять доспех неправильно, химические компоненты смешаются, и взрыв не оставит от тела ни одного целого куска. Неприятно постоянно носить на себе такую штуку, но резидент в случае провала не должен попасть в руки магов-ментоскопистов.

В одной рубахе, конечно же самого дорогого полотна, но очень тонкой, оказалось прохладно. Димитр встал рядом с жаровней и протянул руки к пылающему огню. В коридоре, где была лестница, соединяющая этажи башни, раздались лёгкие шаги и приглушённый шёпот. В дверях показалась леди Бейю, двусмысленно одетая в полупрозрачное шёлковое платье. Димитр бросился к девушке, но тут же остановился как вкопанный от захлестнувшей тело бури вожделения, повалить на кровать и овладеть немедленно, грубым зверем!

— Что с тобой, мой, милый? — спросила хозяйка, протягивая к нему руки и подставляя для поцелуя своё хорошенькое личико. — Разве нынче вечером ты не чувствуешь себя счастливым со мной? — было видно, что она реакцию на свою полуприкрытую наготу заметила, и это ей понравилось.

— Это чтобы меня подразнить?

Бейю рассмеялась воркующим смехом.

— До чего же ты глуп, до чего же ты ревнив, до чего же ты восхитителен в своей ревности! Неужели ты до сих пор не понял, что я твоя и только твоя?

Димитр повалил девушку на кровать и, опустившись на колени, осыпал поцелуями её шею и руки. «Какая она удивительная, — подумал пьяный от химии и гормонов разум. — Ни понять, ни разгадать своей любовницы». И это та самая Бейю, жестокая, кокетливая, вероломная, что ещё вчера во время визита на официальный приём, устроенный её мужем, потешалась над ним, а сейчас замерла в его объятиях, нежная, трепещущая, покорная.

— Иной раз мне кажется, что я так сильно люблю тебя, потому что не понимаю, — шепнул Димитр.

Ни один даже самый искусный комплимент не мог так польстить самолюбию Бейю, и она отблагодарила мужчину, припав к его губам долгим поцелуем. И вдруг вырвалась из его объятий и воскликнула:

— А слыхал? Шрама и всех подручных отправят на костёр! — глаза Бейю оживились, заблистали почти болезненным любопытством. Схватив Димитра за руку, она увлекла его к окну — высокой бойнице, прорезанной в толще стены, и распахнула ставни. В комнату ворвался оглушительный шум. — Вон там их жечь будут, уже место выбрали. Сначала пытать, потом жечь. Ты зря не ходишь.

— Я слишком много воевал, чтобы смотреть на эти глупости. Чего я не видел? И вот что скажу, у нас не развлекались пытками, а резали глотки сразу. Сколько раз бывало, что жертва вырывалась — ей уже всё равно только сдохнуть, зато теперь получится уйти к Дэсу не одной.