Sex под запретом (СИ) - Ромазова Анель - Страница 30

Это всё из логического, что мне удаётся построить. Потому что дальше…Амин настаивает отвезти меня к себе домой. Втягиваю крохи кислорода, одичало на него таращась и..... отказываюсь, лепеча полную дичь.

= 34 =

Амин @Костров: "Вечером приеду, привезу вкусняшек"

ТвОя ОтЛи4нИцА : "Я бы могла в тебя влюбиться"

Амин @Костров "Я думал уже"

ТвОя ОтЛи4нИцА "Не воображай, мы ещё не так близко знакомы".

Амин @Костров: "Моя пошлая фантазия в ахуе"

Стирает.

Загруженное после удалённого сообщения фото, должно бы вогнать в краску, но я смотрю на приспущенные спортивки и эрегированный холм. На руку натянувшую резинку и широкий серебряный браслет на запястье. Впечатляет. Возбуждает и поднимает настроение, как и сам Амин, развлекающий меня перепиской.

Амин @Костров: "Чтоб ты понимала степень моей влюблённости. Пришли что-нибудь".

Лыблюсь, покусывая нижнюю губу. Нахожу и скачиваю фото брюнетки с моей авы. Топлес, но со смайликами на сосках. Оставляю подпись – приятного просмотра.

Амин @Костров: "Чужие сиськи меня не интересуют. Пришли свои".

ТвОя ОтЛи4нИцА: "Мои не в настроении делать селфи".

Амин @Костров: "Понятно, тогда до вечера, Солнце".

ТвОя ОтЛи4нИцА: "Встретимся завтра, а то впечатления с ног валят, хочу отлежаться".

Амин @Костров: "Смотри, чтоб телефон опять не сел. Я позвоню".

Неподъёмный камень с моей запятнанной души никуда не делся. Я как бывалая стерва морочу голову самому афигенскому парню на планете. Должно стать легче, что статья не причинила ощутимого вреда, а скоро и вовсе сольётся с информационным потоком на днище, но осадочек останется у всех.

Я не мразь, а как это по-русски – расчётливая сука.

Обманула Амина, лежу на кровати и апатично плюю в потолок. Ирискина трубку не берёт, а кроме неё, поговорить мне не с кем. Светка будет злорадствовать, сразу после того, как выцарапает мне глаза, но и её нет дома.

Хорошо или плохо – не знаю. Мне плевать.

Снова набираю Василисе, и снова, голосовая почта посылает меня на три внегласных, но всем понятных, буквы. В местных новостях про пикет не прозвучало ни слова, а мы чаяли надежды засветиться на телеканале. В балаклавах и огромных пакетах молока от производителя.

Закидываю сообщение в общий чат.

«Ребят, где вы, отзовитесь?»

Время ожидания ответа растягивается до трёх медленно-почищенных мандаринов и поеданию их по долькам с интервалом в минуту. В сети появляется Федя Барсуков печатая, печатая и печатая.

Ну, наконец. Пальцы, что ли, не рабочие набирать короткий текст почти десять минут.

«Борзый, там конкретная жесть. Наших всех повязала полиция. Сальников расхерачил лобовое на тачке мэра. Я кое-как сбежал, теперь еду на автобусе к бабке в деревню, она мне сделает фиктивный больничный, типа меня там не было, иначе накрылась моя стипендия. Ты молоток, что не пришла, хуйня это, а не акт протеста»

Да, что за задница-то, а?

Подпрыгиваю на кровати и бросаюсь хватать из одежды всё, что попадается под руку. Что конкретно на себя напяливаю, даже не смотрю, торопливо начитывая голосовое.

- А, Василиса Ирискина? Вася она где? С ними? – соплю громче, чем выстреливаю вопросы, натягивая на голову худи Амина.

Да, оно попалось мне случайно. Да, в нём я чувствую уверенность. Нет, оно совершенно не подходит к широким джинсам.

Барсуков испытывает моё терпение. Его меньше чем на одну драку осталось. Меня колотит, как ту селёдку в блендере для паштета.

Кидаю на плечо рюкзак и несусь, сшибая по пути свои грамоты со стен. Прослушиваю послание чавкающего Барсукова.

- Да, ну, да. На неё одну из первых наручники надели, когда она начала качать права и отбивать пленных. Ой,бля..шаурмой обляпался..

Мать твою! Мать мою! Ядрён батон и сраные коромысла!

Дёргаю дверную ручку, со всего размаха впечатываясь в твёрдую мужскую грудь. Белая рубашка и галстук, оцарапавший меня золотой прищепкой. Парфюм отдаёт горьким табаком.

Меня аккуратно отстраняют, а я ещё минуту или две пялюсь в суровое лицо Лебедева.

- Куда-то спешишь? – прошагивает в квартиру, вынуждая меня пятиться.

- Да, спешу, — никак не показываю, что я его побаиваюсь. Есть люди, внушающие страх только присутствием. Так вот, он, именно та самая личность.

- Не спеши. У меня к тебе очень серьёзный и неприятный разговор. Понимаешь, о чём пойдёт речь? – обдаёт таким холодом в голосе. Я невольно обнимаю свои плечи и растираю. Я вижу по его глазам – он вычислил, кто настрочил чёртову статью и пришёл снимать с меня стружку, — Понимаешь. Вот и славно, не придётся долго препираться, — проходит мимо парализованной меня и по-хозяйски осматривает квартиру, пока не исчезает в дверном проёме кухни.

Думая про пытки утюгом, кляпе во рту, о разогретой плойке и прочих приятностях. Плетусь за ним и застаю возле окна.

- Хороший район. Благополучный. Квартира хорошая. Прекрасный университет и светлое будущее. Я почему-то уверен, что ты не хочешь его омрачать, — стоя ко мне спиной, распахивает пластиковую створку и закуривает, выглядя при этом максимально угрожающе.

В коленях концентрируется слабость. Я нащупываю попой стул и бесшумно на него сажусь, уронив на пол рюкзак, но едва удержав телефон, дрожащими пальцами. Криминал никто не приглашал. Он сам пришёл ко мне в дом.

Жутко. Стыдно.

Стыдно. Жутко.

- Я сожалею о статье, — тихо признаю́сь, не видя смысла притворяться тупицей.

- Молчи и слушай. Мотивы беспардонной шмакодявки, накатавшей на меня гнусь, не особо интересны. Я таких девиц вижу на каждом углу. Сделать карьеру через постель, не осуждаю, но отношусь без уважения.

- Я не понимаю, на что вы намекаете. Какая карьера? Какая постель?

- Не намекаю, а говорю как есть. Ты присосалась к Амину, чтобы вытянуть из него как можно больше подробностей для сенсации, — твёрдо и якобы дав мне куском слежавшегося асфальта по затылку.

Не отрицаю, что в момент выкладки мои мозги прилично так закоротило. Но не всякий готов адекватно рассуждать, потеряв девственность, а потом выслушав от подруги сущую хрень. Амина я знаю меньше, чем Светку, а репутация у него соответствующая. Список перетраханных им тёлочек, можно продолжать до бесконечности. Половина, таких как Калинина, привирает, но и оставшейся половины достаточно, чтобы поверить в его "подвиги"

- Что за бред ? !!! — возгораюсь гневно, немного очумев от выводов.

- Бред написан в твоей статье. Бред устроили твои друзья – клоуны возле мэрии. Хочешь составить им компанию? Я ведь легко могу испортить не только твою карьеру, но и жизнь, тебе и твоим близким, — запугивает, не повышая голоса. Пускает сизые клубы дыма, прованивая, не знавшие этого тяжёлого запаха, стены.

На улице не мог посмалить, или спецом пакостит.

Сомневаться глупо. Я не глупая. Ловлю причинно-следственную связь мгновенно.

- Не надо ничего портить, — не дрожа, но судорожно вздыхая.

- А раз не надо, то ты прекращаешь встречаться с Амином. Молчишь о Борзом Филе, выкручивайся как хочешь, но причина вашего расставания должна быть убедительной. Я не допущу, чтобы Неля начала волноваться за своего сына и навредила моему ребёнку.

Его волнует Нелли. Его волнует их ребёнок. Амин волнует мало. А я уж точно вызываю отвращение. Плечами Лебедев передёргивает часто, вроде ему противно находиться в одном помещении.

- А если Амин не согласится…

Строгий костюм и белый воротничок стремительно поворачивается. Он,блин, как тот Василиск. Глянешь ему в глаза и каменеешь.

- Ты сейчас о чём? Невзрачная моль, птица не его высокого полёта. Урвала кусок, вот и будет с тебя, — гнёт оскорбление саркастически. Тушит сигарету в цветочном горшке и оставляет там дымиться.