Зимние интриги (СИ) - Хай Алекс - Страница 20

«Приказано искать Искажения. Высматривать всплески энергии. Слишком много мест. Невозможно разорваться. Сам полетай — потом наезжай!»

Злость противным комом подступила к горлу. Всё складывалось в слишком понятную картину. Или еще нет?

Я приказал Чуфте прочесать окрестности и направился вниз. Вряд ли дух-помощник сможет увидеть беглецов, но поддержка с воздуха в любом случае не помешает.

В просторной прихожей настоятельского корпуса царила напряженная суматоха.

Императрица Надежда Федоровна сидела на скамье, бледная, сжимая носовой платок. Рядом с ней — София, державшая ее за руку. Шеф службы безопасности, майор Елинский, стоял поодаль, мрачно нахмурив брови, и говорил по телефону. Лейб-медик Валерий Миних рылся в своём саквояже.

Как только я появился, императрица бросилась ко мне.

— Алексей Иоаннович! — В её глазах были лишь слезы и паника. — Найдитье мойего мужа, прошу вас!

Я мягко сжал её руку.

— Мы сделаем всё возможное, Ваше императорское величество.

Первым делом я обратился к Елинскому:

— Что заметили охранники?

— До самого подъема — ничего, — угрюмо ответил он. — Но… — Он вздохнул. — Они признались, что прикорнули. А такое не случается просто так.

Императорские гвардейцы просто так глаз не смыкают. Они все — одаренные, плюс им недавно обновили артефактную защиту. В одиночку против Алмаза вряд ли выйдет выстоять, но по одному они и не дежурили. Значит, либо очень мощная магия, либо не магия вовсе.

— Усыпили? — резюмировал я.

— Возможно. Или что-то ещё.

— Ваше императорское Высочество, — вмешался Миних, глядя на Софию. Из всей императорской семьи она сейчас выглядела более собранной. — Государь должен дважды в день принимать лекарства! Без них его состояние ухудшится. Нужно найти его как можно скорее.

Я нахмурился.

— Какие лекарства?

— Несколько видов, ваша светлость. У государя особая терапия. Препараты готовлю лишь я и придворный фармацевт. Их не достать в обычной аптеке.

И ведь ничего конкретного не сказал. Но волновался Миних неподдельно.

— Дайте мне их, — попросил я. — Если я найду императора раньше, это может спасти ситуацию. Сразу дам ему их.

Миних кивнул, открыл саквояж и… замер.

— Господа, кажется, я понял кое-что… У меня не хватает одного флакона.

— Что пропало? — спросила София.

— Сонный концентрат… Я держу его для императрицы и государя. Иногда после стрессовых мероприятий они просят меня дать им лекарство, чтобы быстрее заснуть. У государя бывают проблемы с перевозбуждением…

— Это правда, — подала голос императрица. — Нечасто, но случьяйется…

Я переглянулся с Софией и Елинским. Теперь всё стало ясно.

— Вчера перед сном фрейлины вдовствующей императрицы разносили всем вечерний чай, — припомнила София. — Угощали всех, даже слуг. Полагаю, и гвардейцы не отказались от стаканчика?

— Скорее всего, подмешали его туда, — я кивнул. — Где девушки? Нужно допросить их немедленно.

— Сейчас приведём, — сказал Елинский и тут же взялся за рацию.

Я повернулся к Софии:

— Нужно встретиться с игуменьей. Надо узнать, не заметили ли монахини чего-нибудь странного. Или, быть может, они знают, куда могла отправиться бабушка.

Императрица сжала мои руки:

— Алексей… Прошу вас… Заклинаю всем, что свято…

Я встретил её взгляд.

— Мы найдём его, ваше императорское величество. Пока прошу вас оставаться в своих покоях в целях безопасности. Как только будут новости, я тотчас передам их вам.

Первые лучи зимнего солнца пробивались сквозь узкие оконца старинной церкви, освещая потемневший от времени резной иконостас. В воздухе еще витал слабый запах ладана, смешанный с прохладой каменных стен.

Мы вошли в храм сразу после окончания молитвы. Монахини неспешно расходились, каждая направляясь к своим трудам, а впереди нас стояла игуменья Евпраксия — невысокая, сухощавая женщина с резкими чертами лица и проницательным взглядом.

София, не сдерживая волнения, бросилась к ней, чем немного напугала настоятельницу.

— Матушка, простите! — быстро заговорила великая княжна. — Но у нас беда. Мой брат, государь, исчез. Вместе с моей бабушкой, вдовствующей императрицей. Вы не знаете, куда они могли направиться?

Евпраксия побледнела, но тут же взяла себя в руки. Она окинула нас тяжелым взглядом, затем, кивнув, повела вглубь церкви, в один из притворов, где было чуть темнее и куда не доходили любопытные взгляды. В её глазах читалась тревога.

— Я не ожидала подобного от Екатерины Алексеевны, — прошептала она. — Это… неразумно. Клянусь, я не давала благословения на подобное и никогда не дала бы.

— Матушка, нам нужна ваша помощь. — нахмурился я. — Мы не знаем этих мест и не знаем, откуда начинать поиски. Подумайте, куда вдовствующая императрица могла увезти императора? Есть ли у неё тайные владения, излюбленные места?

Игуменья строго на меня посмотрела.

— Значит, вы даже не рассматриваете мысль, что их обоих могли похитить?

Я кисло улыбнулся.

— Вы же сами только что себя выдали, сказав, что не ожидали подобного от нашей бабушки. Значит, тоже первым делом подумали на нее, верно?

Игуменья нахмурилась, скрестив на груди руки.

— Ваша бабушка иногда навещала Бестужевых в их поместье, но не так часто. И ещё… — Евпраксия понизила голос. — Порой она ездила в другие монастыри. Но если она пошла на такой риск, значит, видела в этом нечто очень важное. Возможно, она направилась в Зеленую Пустынь.

— Зеленая пустынь? Где это? — спросила София.

— На другом берегу Волхова. Это старый мужской монастырь. Там суровые условия, строгий устав и почти не бывает мирян, да и братия немногочисленная. Добраться туда трудно, а потому место редко посещаемо.

— И что в нем особенного? — продолжила София.

— Там живёт один монах, Серафим, — тихо произнесла игуменья. — О нём ходят разные слухи. Говорят, что он чудотворец. Видит и может больше, чем другие. Даже одаренные. Но есть и другие рассказы… Не все хорошие. Я знаю, что ее императорское величество не раз с ним встречалась и, вероятно, уверовала в его чудотворную силу.

— А вы — нет? — уточнил я.

Игумения отвела взгляд.

— Не всякая сила, что способна творить чудо, является благом.

Я молча переварил услышанное. Интуиция подсказывала, что вдовствующая императрица могла отправиться именно туда.

— Нам нужно туда попасть, матушка. Как быстрее доехать? — спросил я.

— Я дам вам проводника. Следуйте за мной.

Мы вышли на улицу, и щеки тут же начал щипать мороз. Хорошо, что я взял с собой пуховую куртку. А вот София облачилась в норковую шубку, и ее сейчас спасал лишь толстый шерстяной свитер под ней.

— Савва! — крикнула Евпраксия, окликая парня лет двадцати, который суетился у дровника.

Савва подошел неуверенно, теребя рукава потертого ватника. Игуменья представила его:

— Это Савва, наш трудник. Он бывал в Зеленой пустыни и сможет показать вам дорогу. — Она обратилась к нему. — Савва, делай все, о чем попросит ее императорское высочество София Петровна и его светлость Алексей Иоаннович.

Парень оробел, узнав, кем мы были, затем низко поклонился и несколько мгновений не мог заставить себя вымолвить ни слова.

— Савва, здравствуйте, — мягко улыбнулась моя кузина. — Пожалуйста, сопроводите нас в автомобильной поездке. Нам очень нужно как можно быстрее попасть в Зеленую пустынь.

Парень наконец-то пришел в себя — видимо, очаровательная улыбка красавицы Софии растопила его сердце.

— На машине можно только через мост в Михайловском погосте, — смущенно сказал Савва, стараясь не смотреть нам в глаза. — Пешком — по льду, но на автомобиле опасно. Берег крутой. А от моста ещё ехать по старым дорогам. Дай Бог, чтоб почищены были…

— Тогда выезжаем немедленно, — скомандовал я. — Прошу за мной, Савва.

— Я еду с тобой! — решительно заявила София.

— Нет, — отрезал я. — Мы не знаем, что там. И рисковать еще одним членом императорской семьи я не могу.