Во власти серого цвета (ЛП) - Рейд Б Б - Страница 27

— Дядя Рок?

Единственной реакцией моего босса было броситься вперед, заключить племянника в медвежьи объятия и поднять его на ноги, продемонстрировав впечатляющую силу.

— Дядя! Дядя! Дядя! — Малик запаниковал и закричал, едва не упустив из рук дорогое оборудование Руэн.

— Моя вина, — сказал Рок и поставил его на ноги. Выражение глаз Малика было почти комичным, когда мгновение спустя дядя треснул его по затылку. — Когда ты вернулся в город и почему твоя мама не сказала мне?

На глаза Малика упала тень, прежде чем он отвел взгляд.

— Наверное, потому что она не знает, — проворчал он.

Рок нахмурился, глядя на своего племянника, который теперь смотрел куда угодно и на что угодно, только не на дядю.

— Мы поговорим об этом позже, — услышала я слова Рока.

Малик ничего не ответил.

Я не была ясновидящей, но что-то подсказывало — разговор не состоится.

Семейное сходство между этими двумя было жутким. Должно быть, Роуди тоже узнал его.

— Погодите, так ты действительно его дядя? — не удержалась я и спросила. — Сколько тебе лет?

Судя по тому, когда была сделана фотография, я предположила, что Королям было около тридцати, но, возможно, я заблуждалась. Рок мог быть старше Малика не более чем на десяток лет.

— У меня есть старшая сестра, — объяснил Рок, не глядя в мою сторону. Его настроение заметно испортилось, и теперь он озабоченно вскинул брови. — Она родила Малика, когда мне было девять или десять.

О.

Я уже собиралась задать ещё один вопрос, как вдруг Роуди снова напрягся.

— Эй, приятель, — агрессивно рявкнул он. — Здесь нельзя курить.

Мой встревоженный взгляд путешествовал по группе, пока не остановился на молчаливом Четвертом, прислонившемся к двери.

Сумка Руэн лежала у его ног, а сам он закуривал — непринужденная манера поведения плохого парня не сочеталась с черным костюмом, сшитым на заказ. Я могла видеть намек на красочные рисунки, которые спускались с его длинной шеи и исчезали под накрахмаленной белой рубашкой. Его черные волосы были взъерошены, пряди спадали на темные глаза, а самая длинная почти достигала его маленького носа. Однако больше всего в его стиле мне понравились два крошечных колечка, которые он носил в каждом ухе.

Моё восхищение длилось до тех пор, пока он не открыл рот.

— Правда, дружище? — Четвертый затянулся сигаретой. — Не вижу никаких знаков, — он выдохнул дым, и не успела я моргнуть, как рука Роуди покинула мои плечи. В одно мгновение он был рядом со мной, а в другое — прижимал Четвертого к двери за горло.

— Как насчет того, чтобы вскрыть тебя и использовать твои кишки для знака? — предложил Роуди.

Мне не понравился блеск в глазах Четвертого, когда он улыбнулся.

— Кай, остынь, чувак! — крикнул Малик своему другу. — Все будет не так, как ты думаешь. Роуди не разбрасывается пустыми угрозами.

— Мы тоже, — мрачно ответил сексуальный вампир. До сих пор он был таким тихим и спокойным. Сердце заколотилось в груди при виде пистолета, приставленного к виску Роуди. Я даже не заметила, как он пошевелился. — Отпусти его, мать твою.

Я осмотрелась в поисках кого-нибудь, кто мог бы разрядить обстановку, но все вокруг были либо на прицеле, либо держали кого-то под прицелом. Единственными, кто казался неопределенным, были Малик и Рок, но все же они оба были наготове, явно готовые смириться с последствиями, если все пойдет не так.

Даже Руэн держала серебристый пистолет с длинным стволом и каким-то амулетом из бисера, обвязанным вокруг курка, нацеленным в заднюю часть толстого черепа Роуди.

Где, черт возьми, она вообще спрятала эту штуку?

Заметив движение на периферии, я обернулась и увидела, как Тьюсдей медленно спускается по лестницы, делает паузу, а затем с невозмутимым лицом поворачивается и тащит свою пугливую задницу обратно наверх, словно ничего не видела.

Если бы ситуация не была такой отчаянной, я бы, наверное, рассмеялась.

Задыхающийся звук вернул моё внимание к происходящему, и я увидела, что Кай больше не улыбается. Он медленно окрашивался в ужасный синий цвет, когда Роуди душил его тяжестью своей руки.

— С таким же успехом ты можешь убить меня, — предупредил Роуди. — В любом случае я забираю эту непочтительную сучку с собой.

Услышав искренность в тоне Роуди, Руэн переместила палец со ствола на спусковой крючок.

— Нет! — не успела я принять этот кричащий голос за свой собственный, как снова оказалась между Руэн и Роуди. — Руэн, пожалуйста, — взмолилась я из-под её прицела. — Ты должна это остановить.

— Прости, Искорка. Ты мне нравишься и все такое, но они — семья.

Мне казалось, я уже видела, как Руэн выглядит жестокой, но это было ничто по сравнению с холодом в её глазах сейчас. В её словах не было ни тепла, ни юмора.

— А как же Ремеди? — спросила я по чистой случайности и от отчаяния. — Твоя сестра. Твоя близняшка. Хотела бы она, чтобы ты так поступила? Неужели ты хочешь оставить её совсем одну? Ты же сама говорила. Айдлвилд может быть безжалостным, если не быть осторожным.

В глазах Руэн мелькнуло удивление, но этого было достаточно. Я напомнила ей о её истинной ахиллесовой пяте.

— Хорошо, Атлас, — сказала она, медленно опуская пистолет, её тон был приятным, но ядовитым. — Раз уж ты настолько убедительна, даю тебе пятнадцать секунд на то, чтобы убедить своего парня отпустить моего друга. Ещё секунда, и я нажму на курок.

Дерьмо.

Что бы ни было у меня с Роуди, это всё ещё было ново и стояло на фундаменте, который колебался от ветра. Невозможно было предположить, что меня ещё так тянет к нему.

Оглянувшись вокруг, я поняла, что у меня нет выбора.

Я должна была попытаться.

Все по-прежнему держали оружие наготове.

Я бросила на Руэн последний умоляющий взгляд, но она лишь подняла бровь и пробормотала:

— Тик-так.

Двойное дерьмо.

Хорошо.

Я глубоко вдохнула.

Моя рука дрогнула, когда я протянула её и осторожно положила ему на плечо. К моему ужасу, Роуди никак не отреагировал. Даже не подал вида, что помнит, что я стою здесь — в нескольких мгновениях от того, чтобы увидеть его смерть.

— Оуэн.

Я почувствовала это.

Едва заметное напряжение его плеча под моей ладонью. Осознание этого момента. Нашего момента.

Я впервые произнесла его имя, а он впервые услышал его от меня. Это был переломный момент в нашем токсичном любовном романе, и прямо сейчас он разворачивался на глазах у всего мира.

Наклонив голову, он не посмел отвести взгляд от Кая, но этим жестом дал мне понять, что слушает.

— Ты обещал мне вечеринку, — мягко напомнила я ему. — Я продержалась целую неделю, не убегая от тебя. Не дай мне потерять тебя сейчас.

Всё замедлилось, даже моё сердцебиение, так как мы все ждали, что одержит вверх — потребность Роуди в насилии или… во мне.

Я чувствовала, как воздух в комнате сгущается от смертоносного намерения. Джорен, Рок и Голден были готовы умереть за своего брата, так же как Руэн и её команда — за своего.

И тут это случилось.

Роуди отпустил его и сделал неохотный шаг назад.

Я? Я сделала всё наоборот. Я перевела дыхание, которое задерживала, только для того, чтобы его снова перехватило, когда Роуди развернулся, сжал мои искусственные локоны в кулак и поцеловал меня.

В первый раз.

Перед посторонними людьми и врагами.

Его губы были голодными и требовательными, когда заставили меня открыть рот, не дожидаясь моего согласия или понимания того, что между нами происходит.

При первом же прикосновении его языка к моему я вцепилась в его рубашку, чтобы не растечься лужицей. Мне было всё равно, что мы не одни и были так близки к смерти. Он был слишком хорош на вкус. Он был слишком правильным. Я не хотела, чтобы наша связь заканчивалась, и речь шла не только о поцелуе. Роуди уже держал меня в руках, что должно было меня напугать, но нет. Вместо этого я наконец-то почувствовала, что нахожусь там, где всегда должна была быть.