Фиктивная жена дракона, или Хозяйка проклятой долины (СИ) - Огонек Тася - Страница 3

Глава 2

Солнышко светит, птички поют. А я все иду и иду. Спустя полчаса такого пути деревня остается позади, а вот дорога вьется вперед светло-коричневой лентой. Но, наверно, это к лучшему. Сарай, где жили Лана с Джиной, стоял на самом отшибе поселения, но мало ли, сколько местных знало меня, и как они ко мне относились. То, что Лана до сих пор не сбежала от издевательств вовсе не значит, что она не пробовала этого сделать. Может, ее все считают тут за сумасшедшую, или какую-нибудь преступницу. В любом случае, пока все складывается успешно, так что радуюсь и этому. Только жарко. Но терпимо, жить можно.

Судьба вредной тетки, оставшейся в доме, меня не особо волнует. Не помрет. На крайний случай, будет кричать в окошко, до кого-нибудь да докричится. Места-то населенные, а не глухой лес. Кстати, про лес. Поначалу узкой полоской он маячил где-то вдалеке, но теперь подходит все ближе к обочине, давая спасительную тень.

Дорога делает поворот, а позади я слышу людские голоса и цокот копыт. Сперва это радует, ведь можно попросить их подбросить меня до ближайшего города. Но после вдруг вспоминаю, что друзей в этих местах у Ланы не было. Поэтому решаю спрятаться в ближайших кустах, благо они уже стали для этого достаточно густыми.

Ныряю в сочную зелень вовремя — спустя пару минут после этого вижу клубы дорожной пыли и повозку. Правит повозкой какой-то мужик, а внутри, среди мешков, сидит Джина.

— Паршивка, — жалуется тетка, охая и утирая потный лоб. — Совсем девка чокнулась. Заперла меня, убегла куда-то. Надо ее поймать и выпороть.

— Не боись, найдем, — успокаивает ее мужик с опухшим лицом и общим помятым видом. — Моя дочка видела ее на дороге, когда коров пастись выгоняла. Далеко не уйдет, в итоге нагоним.

Даже сюда доносится запах его пота, смешанный с «ароматами» перегара и чеснока. Фу, то еще амбре. Хочу чихнуть, и торопливо зажимаю нос пальцами, чтобы не выдать себя. Фокус удается, и затаив дыхание, продолжаю прислушиваться к чужому разговору.

— Так ужо сколько едем, а все нет, — жалуется тетка. — Вдруг она свернула куда. Это ты дрых долго, вот никак и не нагоним... насилу растолкала.

— Скажи лучше спасибо, что моя Мирка тебя услыхала, а то так бы и сидела взаперти, — огрызается мужик. — Да и вообще, чой-ты так взволновалась? Не

замечал, чтоб ты свою племянницу особо-то любила. Наоборот, колотила ее даже хуже, чем я Мирку. Так чаво теперь беспокоишься? Сгинет так сгинет.

Сжимаю кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не выскочить и не надавать им по наглым рожам. И то лишь потому, что не уверена, справится ли с этим тело Ланы. Ну подонки... Один свою дочь бьет, а вторая несчастную сиротку. И вряд ли эта Джина действительно приходилась Лане теткой — рожей для этого не вышла. Скорей уж, представляла всем так девушку, чтоб вопросов избежать.

— Тю, сгинет, помолчал бы лучше, — сплевывает тетка в дорожную пыль. — Хотя, может, нехай и сгинет. Но найти ее все равно надо.

— Найдем, — снова успокаивает Джину мужик. — Тут только поле да лес, а дорога до города одна. Больше ей податься все равно некуда. Небось убегла от тебя лучшей жизни искать. Девка-то молодая, не только для хозяйства сгодится, но и для утех мужицких.

И он паскудно ухмыляется. Второй раз едва сдерживаюсь, чтобы не выскочить, благо телега уже скрывается вдали.

Значит, в город мне нельзя — там тетка явно станет меня искать. Еще и наплетет что-нибудь про буйную племяшку, которую надо вернуть, чтоб она делов не натворила. А если судить по самой Джине и мужику, то внешность у Ланы приметная — длинные и гладкие темные волосы, тонкие черты лица и острые скулы. Красивая, одним словом. Я такой красивой никогда не была. Тогда, что делать, если первоначальный план отменяется?

Жалею, что среди бумаг не нашлось карты, чтобы знать, куда идти. В город, может, и нельзя, но сгинуть в лесах, на радость мерзким родственникам, тоже не особо хочется. В итоге решаю двигаться дальше вдоль дороги.

А что, этот город самый близкий, но явно не единственный. В конце концов, я могу обойти его, или поймать какую-нибудь повозку, которая будет ехать в другую сторону. Что-нибудь придумаю. Иного выхода все равно пока нет. Как и денег. Только немного еды, да те кристаллы, украденные у Джины.

Иду дальше, продираясь сквозь кусты, но при этом не упуская дорогу из поля зрения. Иду еще не меньше часа, пока не устаю окончательно и не решаю сделать привал.

Лес к этому времени немного поредел, так что отхожу подальше, чтобы меня не заметили с дороги. Достаю скудные припасы, жую сухой хлеб, запивая водой из фляги, и остро понимаю, что возле города нужно будет искать повозку. Потому что до самого города я еще дойду, но дальше уже нет. А ночевать в лесу страшно. Нет, я, конечно, проходила курс молодого бойца, и костер разжечь сумею. Да только неизвестно, какие тут водятся хищники и сколько я так протяну.

Закончив с перекусом, извлекаю из мешка кристаллы, желая разглядеть их внимательней. Беру первый, верчу в пальцах... внезапно он начинает светиться, так что едва не отбрасываю его прочь. А потом прямо в воздухе возникает лист бумаги и с тихим шорохом падает мне на колени.

Почерк узнаю сразу — уже видела его в письмах, предназначенных Джине. Это та самая Ираида, сославшая сюда Лану и захапавшая то, что подарил ей муж.

Беру лист, читаю неровные строчки:

«Я собираюсь выезжать к вам завтра с утра. Не колоти эту мерзавку слишком сильно, скоро она мне понадобится».

Ха. А «эта мерзавка» уже сбежала, так что обойдетесь, гражданочка. Значит, этот кристалл что-то вроде почтового ящика.

Задумываюсь, почему тогда Лана не отправила крик о помощи лорду Ксандру. Не знала о существовании артефакта? Не смогла его достать? Или он действует

только на прием, но не отправление? И не смогут ли по нему меня отследить?

Кусаю губу, откладываю кристалл отдельно, потому что все равно не знаю, как им пользоваться и беру следующий. Здесь чуда не происходит — камень в моих руках так и остается простым камнем, так что понять его назначение не получается. То же самое и с мешочками-скляночками — этикеток на них нет, а разобраться самостоятельно я не могу. Убираю все обратно в мешок, вздыхаю.

Поднимаюсь, и снова слышу скрип колес со стороны дороги, поэтому крадусь

ближе. Как я успела понять, повозки или всадники здесь редкость — деревенские в город ездят нечасто, так что за все время пути я видела лишь пару телег, не считая той, в которой была тетка.

— И куда подевалась эта мерзавка? — слышу знакомый голос. — Ираида меня убьет за такое... твоя Мирка уверена, что она шла именно в эту сторону? Может она соврала?

Джина. Легка на помине. Значит, они уже побывали в городе и теперь возвращались обратно.

— Мирка хоть и не самая сообразительная, но врать не умеет. Раз сказала, что твоя ущербная в Терень шла, значит так оно и есть, — возмущается мужик.

— Тогда почему ее там никто не видел? И сквозь городские ворота она не проходила! — злится тетка, и от гнева ее плечи дрожат.

У-у, так бы и пришибла эту сволочь. Надо было не просто ее запереть, а еще и

хорошенько проучить. Вот же ж...

— Да почем я знаю? На меня чего орешь? — мужчина фыркает. — Может она в лес убегла? Хочешь ее там поискать? Так слезай и иди, ищи. Или вон, ловчего из Мингрида выпиши, раз она вдруг стала так тебе дорога.

— Да какой там дорога... — Джина машет рукой. — Паршивка не просто сбежала, еще и артефакты дорогущие украла.

— Дорогущие? — теперь в мужике просыпается интерес. — Откуда это у тебя дорогущим артефактам взяться?

Ага, значит эти кристаллы ценные. Прекрасно, будет что продать, кроме парочки драгоценностей.

— Откуда взялись, там больше нету, — отрезает тетка. — Вот же ж паршивка. Найду так выпорю, что неделю сидеть не сможет. Соплячка несчастная.

Усмехаюсь. Найди меня сначала, а там посмотрим, кто кого выпорет.

— Ежели она у тебя действительно дорогие артефакты слямзила, то найти ее точно надо, — кажется, тема денег не дает мужику покоя, заставляя его размышлять. — В городе мы везде ее портреты развесили. Объявится там, так ее стража сразу схватит и к тебе доставит. Но вот ежели она в лес ушла, то это действительно проблемы. Сгинет ведь, и артефакты твои вместе с ней.