Начальница босса - Фокс Лайза - Страница 7

– Рад работать в вашей команде. Меня зовут Константин Максимович Кудрявцев. Вы, как я понимаю, Артёмова.

– Вы правильно понимаете. Артёмова Ариадна Андреевна. Предлагаю общаться по именам, и на вы.

– Странная идея. Обычно, при обращении по имени переходят на ты. Зачем такие сложности?

– Константин Максимович, на работе у меня всего два варианта общения. Или по имени и отчеству, или только по имени, но в обоих случаях, на «вы». Моя команда – мои правила. Если этот вариант общения не подходит, вы вольны выбрать другую аудиторскую группу для совершенствования своих навыков и приятного проведения времени. – Последнее я сказала, не удержавшись. Внешне это не выглядело колкостью, но внутренний сарказм я выразила профессионально мягко.

– Я? Не вы? – Он улыбнулся с ноткой лукавства. Приподнял в ироничном жесте брови, наклонив ко мне голову. Салага. И не с такими справлялись. У меня в одногруппниках была дочь миллионера Люберецкого и племянник Сухостоева. Я не сдамся, я обламываю богатеньких профессионально. Не грубостью, а серостью, ординарностью. Тебе быстро наскучит, малыыыыш.

– Нет, Константин Максимович. Это решение вы примите самостоятельно. Или в плотной договорённости с Моториным. Я буду только наблюдать и отрабатывать решения руководителя. И соблюдать внутренние регламенты. Вряд ли вы с ними знакомы. Вам процитировать несколько? – Сложила на груди руки и замерла, ожидая результата.

У Кости была подвижная мимика. За несколько секунд по лицу, как по поверхности воды пронеслись удивление, огорчение, протест. Ждала, когда он съязвит и попробует поставить меня на место. А он рассмеялся.

– А вы сложная.

– Очень простая. Понаехавшая Золушка и прочее. Так что по обращению?

– По именам и на вы – подходящий вариант, Ариадна. Позволите вопрос?

– Разумеется. По настоятельным неоднократным рекомендациям начальства как руководитель я буду давать развёрнутые ответы на все ваши вопросы.

Обвинить меня в невнимании и неуважении к подчинённому я не позволю. Я в большом бизнесе 10 лет. Я могу не ругаться матом даже если мне на ногу уронят батарею. После этого я не разобью компьютер. Просто извинюсь за сорванный график проверки и поеду в травмапункт.

Новенький удивлённо хмыкнул, но правила игры принял.

– Подскажите, пожалуйста, почему вы не отвергли мою кандидатуру и не отказали Моторину в просьбе?

– Потому что умная?

– Вот как?

– Именно. Это единственная причина моего здесь пребывания. – Я сделала небольшую паузу, чтобы, если он умён, мог понять то, что я не сказала «но не вашего». Но придраться не сможет. Если глуп, не заметит. – Меня здесь держат только за ум и профессиональные навыки. – И снова я сделала паузу, чтобы он смог додумать сам о том, что не за внешность же. И судя по ухмылке, он понял. Переформулировал вопрос, чтобы я не могла вывернуться.

– Почему же ваш великолепный мозг отказался от протеста? – Он понизил голос изобразив на лице улыбку, больше похожую на ухмылку. Другую бы точно заарканил.

– Потому, что Моторин безусловно умён. Я его уважаю за неординарность мышления и непревзойдённые аналитические способности. Если на таком сложном клиенте он решил поставить в группу вас вместо супер профессионального Карпачёва, я вижу только одну причину такого поведения.

– Какую?

– Он не смог отказаться. – В глазах Кудрявцева промелькнуло восхищение. Надо же, не обиделся. – Если в такой ситуации, Моторин не нашёл способ выставить клиенту идеальную аудиторскую группу с гарантиями, без риска, значит у него были непреодолимые аргументы с вашей стороны. Морковкой с какой стороны его мотивировали не знаю. Но ситуация была безвыходной. И сейчас упорствовать по отношению к нему не гуманно, а главное, глупо. Моторин не сможет изменить решение. Тогда не смог, и сейчас не сможет. Зачем его тыкать в больное?

Новенький теперь выглядел заинтригованным. А ещё менее пафосным, чем в начале разговора.

– Мне не высказываете претензий по этой же причине?

– Отчасти.

– Нельзя ли подробнее, Ариадна? Вы же обещали давать развёрнутые ответы. – И снова эта улыбка чеширского кота. Ну, сам напросился.

– От вас, Константин, тут мало что зависит. Лицо принимающее решение – Моторин, это раз. Вы чей-то сын, это два. Ну не на практику же вас прислали, право слово. Возраст неподходящий, да и костюм ваш стоит, как половина этого офиса. А значит, вы тут появились либо чтобы понять, достойны ли мы доверия для заключения будущего большого контракта с папенькой. Или чтобы ознакомиться с работой и занять моё место. А значит, ругаться бесполезно. Единственный действенный вариант поведения – работать на пределе профессионализма. К чему нас обоих и призываю.

И сбив с его лица самоуверенность я повела Константина в рабочий кабинет на инструктаж. Остальной состав был без изменений, на практике прошли все перипетии работы на выезде. Так что говорила я в основном для новенького. А он с каждым словом удивлялся ещё больше.

– Коллеги, добрый день. Рада начинать с вами новый аудит. Каждый из вас профессионал высокого уровня, поэтому в успехе проверки не сомневаюсь. В нашем полку прибыло. Финансовый блок усилит Константин Кудрявцев. Прошу любить и жаловать.

Это я говорила абсолютно благожелательно, без иронии и издёвки. Просто представила коллегу. Он оценил.

– Теперь по поводу работы. У нас всего две недели, поэтому каждый день на вес золота. Сегодня выбираем направления и контрагентов для проверки. Смотрим поверхностно. Пытаемся найти крупные системные блоки, которые вызывают вопросы. Тут я в вас снова не сомневаюсь. Знаю, что опыта вам не занимать. Применяйте его грамотно.

Команда ответила улыбками и переглядываниями. Эти рвались распотрошить отчётность ООО «Мебель-Дизайн-Текстиль» ещё больше, чем я. Команда подобралась не только профессиональная, но и влюблённая в свою работу.

– Теперь по поводу правил. Мы на враждебной территории. Собственник и по совместительству директор организации не хочет, чтобы мы нашли в бизнесе дырки. Он будут препятствовать любой ценой. Поэтому становимся максимально внимательными. Вещи, которые хочется оставить в кабинете – в сейф. Карманы зашить. Телефонами пользоваться только в нерабочее время: до и после выхода из офиса, и в обед с 13 до 14. Пока вы на работе, телефоны необходимо отключать. Если боитесь сорваться и активировать смартфон, положите в сейф. Каждый из вас работает в паре. Выход из кабинета только вдвоём. Никаких контактов с сотрудниками ООО «Мебель-Дизайн-Текстиль». Разговоры по душам, комплименты, предложение составить компанию в загородных поездках на работе – присекать моментально. Если станет известно, что вы контактируете в нерабочее время с сотрудниками ООО «Мебель-Дизайн-Текстиль», будете из группы удалены. Поэтому внезапная любовь, вступление в клубы по интересам и посиделки в барах с незнакомцами – откладываются на две недели. О работе в этой организации никакой никому информации не предоставлять. Вы вообще трудитесь в нашем офисе. У нас там плановая проверка. Всем понятно? Вопросы?

Первым заговорил Роберт. Талантливый и въедливый юрист. Метросексуал с мягкой манящей улыбкой, который сожрёт контрагента и не подавится. При этом выглядеть будет так же потрясающе и безмятежно, словно на летней прогулке.

– Ариадна, какова цель нашего аудита? Кто заказчик? Покупатель?

– Роберт, вы как всегда проницательны. У меня нет этой информации и в нашем случае я не считаю её важной. Достаточно того, что мы знаем, что заказчик – третья сторона. Собственник не рад нашей проверке, но отказаться от неё не смог. Поэтому, для нас нет разницы, хотят ли компанию купить или брат владельца желает знать, почему уменьшились дивиденды.

– А у собственника есть брат?

– Есть, и не только он. Ещё жена, дочь, зять и все заинтересованы в завышенной оценке бизнеса. Наша задача, как внешнего аудита, найти ошибочные решения, понять сколько они стоят и предложить варианты по устранению негативных последствий. И всё это на недружественном поле собственника, который постарается скрыть просчёты и воровство. Удовлетворила вас?