Адель. Служебный роман (СИ) - Коршунова Алиса - Страница 40

В полном молчании Арс открывает конверт, проверяет и пересчитывает деньги… И бросает их на стол.

Стою, в этот момент чувствуя себя маленькой и незащищённой.

Вроде бы одним делом меньше, но такое ощущение, что я только что нажила себе очередные проблемы… Хотя как такое вообще возможно? Наверное, показалось. А может, вообще воображение разыгралось…

— До конца срока осталось три дня. Ты уже приняла решение?

— Нет.

— Ну, у тебя ещё есть время подумать.

— Вы не поняли, — сказала я упрямым тоном. — Мой ответ — нет.

Арс снова пытается взять меня за живое, дёргая за ниточки, словно марионетку, умело вплетая угрозы в собственную речь.

Стою перед ним, чувствуя, как напряжение между нами достигло своего пика. Он продолжает препарировать меня взглядом, но я не реагирую. Просто неожиданно начинаю чувствовать себя иначе — усталой, разочарованной и уже не способной терпеть больше его шантаж.

Слишком сильное давление. И я реально устала. Мне надоели косые взгляды. Его уверенность в том, что может манипулировать мной, что он всегда будет на шаг впереди, начинала выводить меня из себя. Я больше не хотела быть в уязвимой позиции, где мне оставалось только оправдываться и бороться за самоуважение, которое этот придурок с каждым днём подтачивал у меня же.

— Слушай, Арс, — наконец сказала я, моя рука сжалась в кулак, а голос дрожал от скрытого гнева. — Я больше не могу так!

Арс посмотрел на меня с лёгким недоумением, будто не мог поверить, что я решусь сказать что-то подобное. А я… Я не могла больше скрывать всё, что внутри меня кипело.

— Я увольняюсь, — произнесла я с твердой решительностью в голосе. — Мне плевать, что ты собираешься делать с моей репутацией. Разрушишь её вконец — всегда пожалуйста. Но! Я больше не позволю тебе играть со мной, я больше не хочу быть частью твоего грёбаного мира.

Мои слова повисли в воздухе, в голове прокручивались тысячи мыслей. Но мне было плевать. Я больше не могла молчать, не могла подстраиваться под его условия и жить в страхе, что Арс однажды возьмёт и обрушит на меня последствия любого неугодного моего шага. Кажется, в этот момент я была готова на всё, лишь бы выбраться из этого кошмара.

Но Арс… Он ничего не делал. Но и ничего не говорил. Мужчина просто молчал. Слишком долго молчал. И я уже даже затаённо не ждала от него ни слов сожаления, ни попыток уговорить меня. Просто дожидалась момента, когда он вынесет вердикт и положит конец моим мучениям.

Это моя последняя битва. И я готова потерять всё, если это значит избавиться от него, от его власти надо мной, от его контроля.

Трудно сказать, что я чувствую — облегчение или пустоту, наверное, и то, и другое… Но в равной ли степени?

— Окей. Давай пофантазируем. Предположим, твоя репутация в деловых кругах испорчена. Из этого следует, что ты не можешь трудоустроиться в нормальное место. Как думаешь, Адель, это к чему можно приравнять?

— К вашей бессовестности?

— К отсутствию работы!

— Ха-ха-ха, — смеха не было, были перенапряжение и своеобразная пародия на ленивца из "Зверополиса".

— Тебе смешно?

— Возможно.

— Где ты ещё найдёшь такие условия, как у нас?

— Да везде!

— Например?

— В курьеры пойду! Ну или на склад какой-нибудь!

— Адель, — он выдохнул, сжав зубы. — Ты забываешься. Даже если ты найдешь для себя место с волчьим билетом… заработки пусть и будут, но совсем уж копеечные и затюканные. Ты оторвана от реальности и не понимаешь, на что нарываешься.

— А вы рынок труда давно проверяли?

— К чему ты клонишь?

— А к тому, что у простых работяг зарплата ещё больше, чем у меня сейчас! И пойти можно в любое более-менее нормальное место, где донимать не будут. Да и ответственности серьёзной тоже не будет никакой!

— Ну да. Мечта всей твоей жизни, полагаю?

Невольно думаю о том, что смогу в крайняк обратиться к родителям, они помогут. Но это реально только при самом плохом раскладе. Как говорится, назвался груздем — полезай в кузов. Всё-таки решение жить самостоятельной, обособленной жизнью — моё. Да, папу с мамой тормошить не хочется…

Но про планы на чёрный день говорить этому придурку не хочется ещё больше! Наверное, поэтому произношу простое:

— Нет.

— Ну а чего тогда глупости морозишь?

— А вы?

— Зачем ты переводишь вопрос? Как дитя малое, ей-богу. Первый класс, штаны на лямках.

— Чёрт, Арсений, у тебя память резко отшибло?! Или ты с ума сошёл?! — мои слова вырвались с кипящей яростью, что я даже не сразу поняла, откуда во мне столько гнева. — Ты правда думаешь, что я буду переманивать клиентов? Или работать на какое-то другое агентство, используя инсайдерскую информацию, связи и ресурсы нашего? Ты меня за кого принимаешь?!

Я посмотрела на него злобным немигающим взглядом, и мне казалось, будто Арс прочувствовал всю мою неприязнь. Вот только о чувствах его заботиться не хочется. Ведь сейчас он был мракобесом, мерзким козлом, который, манипулируя людьми, думал, что всё получится так, как хочет он.

Я никогда не поступлю плохо, не предам тех людей, с которыми работала всё это время. А осточертевший начальник? Он, похоже, ничего не ценит, кроме своих грязных схем!

Потеряла бдительность, а ведь в этот момент Арс поднялся со своего места и подошёл ко мне, стиснув зубы так сильно, что я могла услышать, как его челюсти заскрежетали. Он встал передо мной, мужской взгляд был холодным, но в нём полыхала искра агрессии, готовая разжечься в любой момент. Казалось, начальник пытался в сию минуту сохранить спокойствие, но выходило это из ряда вон плохо.

— Откуда у тебя такие деньги? — мужской голос был низким, сдержанным, но я чувствовала за ним скрытую ярость.

Смотрю ему прямо в глаза и ощущаю, как напряжение нарастает. Не могу сказать ему правду и признаться, что деньги от родителей. Не хочу оправдываться и снова занимать уязвимую позицию.

— Это не твоё дело, — решительно произнесла, усиленно пытаясь сдержать дрожь в голосе.

Арс смотрит на меня, и взгляд становится наполнен сомнениями, что, наверное, означает, что он что-то заподозрил.

Мужчина стоял передо мной, лицо напряжено, словно готовое всколыхнуть бурю. И вот, наконец, его слова прорвались, как тиски, сжимающие меня с каждой минутой.

— Ты реально думаешь, что лёгкие деньги способны уладить все проблемы?

— Что?! — он узнал о том, что я взяла деньги у родителей? Но как?.. Да и вообще, какого хрена? Ну взяла и взяла, не его ума дело! — Тебя это не касается!

— Дура! Ты же себе жизнь портишь!

Интересно, чем?! Ну да, проявила слабость. Но на то у меня и есть папа с мамой, чтобы подставить своё крыло тогда, когда мне кажется, что я лечу в пропасть. Я никого не принуждала и не обдирала как липку. Просто очень благодарна за поддержку и понимание своей семье. В чём проблема?!

— Не твоего ума дело!

— Да пойми же ты, — Арс встряхнул меня так, что ещё б немного силы, и я б в обморок схлопнулась. — Ты себе жизнь рушишь! Ты же нормальная девушка, а пошла…

— Куда, м? Что глазами своими сверкаешь? На вопрос ответь! Что не так с тем, куда я пошла?

— А то, что денег на "Онлифансе" или где ты там сидела, я не спорю, ты поднимешь быстро, — голос Арса дрожал от скрытого гнева, будто он был готов крушить всё вокруг. Мужчина смотрел на меня, как будто я была потерянной душой, заблудившейся в этом мире, и его единственная цель — вернуть меня на "путь истинный". — Но потом, Адель, как жить с этим будешь, а? Что молчишь?!

После нескольких секунд заминки я пришла в ещё большую ярость и замахнулась на хлёсткую пощёчину, но этот гад перехватил мою руку. И другую. Сволочь!

— Как ты посмел?! Я не… — не сдержавшись, прошипела, стараясь скрыть дрожь в голосе. Чувствовала, как злость поднимается из глубины, готовая вырваться наружу. — Ты что, реально веришь, что я тебе чем-то обязана? Считаешь, что можешь управлять моей жизнью, диктовать мне, что я должна делать, что я должна думать, что я должна чувствовать? Ты не знаешь меня и не имеешь никакого права уличать меня в таком…