Адель. Служебный роман (СИ) - Коршунова Алиса - Страница 43

Я открыла рот. Потом закрыла. Потом снова открыла.

— Повышение?

— Да, Адель, — Алекс задумчиво почесал затылок. — Мы сейчас говорим о твоём повышении. Не об Арсении. И не о беременности.

Кто-нибудь может объяснить мне, что вообще происходит?

Видя мой ошарашенный взгляд, Алина и Маша переглянулись, и, наконец, последняя вздохнула и выдала:

— Пока тебя не было, Арсений сказал, что ты в отпуске. А сегодня Ярослав Сергеевич на планёрке объявил, что ты успешно прошла проверку и теперь получаешь повышение.

— Чего?! — я растерянно моргнула.

— А ещё для тебя велели набрать сотрудников и подготовить новый отдел. Условия по договору тебе тоже улучшили, кстати.

Я повернулась к Сашке. Она равнодушно отхлебнула кофе и лениво выдохнула:

— Ты теперь начальник отдела. Ярослав Сергеевич взял курс на новое направление. Все подробности тебе босс сам расскажет, мы о них всё равно не в курсе.

— Да, Адель, подробности потом, — опять вклинился Алекс. — Ты с темы не съезжай. Мы все требуем, чтобы ты нас угостила. Куда пойдём после работы?

***

Когда секретарша Ярослава Сергеевича пригласила меня к нему в кабинет, у меня невольно задрожали колени.

Глубокий вдох, глубокий выдох.

Поводов нервничать нет, поводов избегать его — тоже.

Собралась с силами и пошла к боссу.

Стоит признаться, что картина в кабинете меня ожидала колоритная.

Ярослав Сергеевич за столом. И Арсений, стоящий подле него.

Напряжение в воздухе стало таким густым, что казалось — его можно резать мечом.

Сделала шаг вперёд, стараясь выглядеть уверенной, но сердце колотилось неистово.

Босс жестом пригласил меня расположиться в кресле напротив него, чему я и последовала.

Бросила испепеляющий взгляд на Арсения. Но вот что странно…

Как только наши глаза встретились, внутри всё сжалось.

Вижу на его лице эту самодовольную, бесящую ухмылку. И, боже, как же я его в этот момент ненавижу!

Начнёт сейчас выёживаться, сдам его Ярославу Сергеевичу по всем фронтам.

Страха больше нет. Мне всё равно, во что это выльется.

— Почему меня повысили, а не уволили? — мой голос прозвучал хлёстко, холодно.

В каждом моём слове сквозила злость.

— И тебе доброго дня, Адель, — радушно чуть ли не пропел Арс.

— Взаимно, Арсений! — парировала, глядя на бывшего начальника с неприкрытым презрением. — Но вы бы так не радовались. Я, между прочим, собираюсь сдать Ярославу Сергеевичу сейчас все ваши подковёрные игры.

Сама едва верила, что наконец сказала это вслух. Смело. Уверенно. Решительно. Но что мне теперь было терять?

Ярослав Сергеевич, к моему удивлению, по-отечески улыбнулся.

— Не стоит, Адель, — заранее отпустил Арсу все его грехи босс… Не поняла. Это что за своячничество опять началось?! Видя мой недовольный вопрошающий взгляд, пояснил: — Это была проверка на вшивость. Поздравляю. Ты её прошла.

В ушах зазвенело.

Что?!

Слова босса словно ударили меня по лицу.

Проверка на вшивость?! Это всё было чем-то типа… испытания перед повышением? Арс же все мои нервы истрепал, играя со мной, как кошка с мышкой! Поверить не могу, что ради этого они зашли так далеко. Всё это время я была всего лишь пешкой на их шахматной доске.

Босс рассказывает о перспективах — моих и нашего агентства. Рассказывает мне о новом направлении, которое решил запустить. О том, как и когда они определились с моей кандидатурой. Не забывает упомянуть и то, какие плюшки ожидают меня на новой позиции…

Но всё это воспринимается мной так, чисто фоном.

Радость от повышения?

Да ни черта подобного!

Гнев вспыхивает с новой силой, смешиваясь с горьким ощущением предательства.

— Вы всё это время просто играли со мной? — в моём голосе проскользнула нотка отчаяния.

— Адель, советую тебе посмотреть на ситуацию с моей стороны, — босс не чурается и объясняет, как тяжко ему приходится при выборе ответственных лиц, ведь нужна кандидатура, что не предаст и оправдает возложенные ожидания.

— То есть мне стоит благодарить вас за повышение? Или это ещё одна проверка? Разве за всё время моей работы я ставила под сомнение свою лояльность и преданность агентству? Если бы я не развернулась и не бросила всё к чертям собачьим, сколько бы ещё я должна была выдержать, чтобы вы, наконец, решили, можно ли мне доверять?

Мои слова прозвучали как выстрелы. Я больше не собиралась молчать.

Препарирующе смотрела на них — на этих мужчин, которые думали, что всё держат под контролем. Которые считали, что могут играть моими чувствами, проверять меня, испытывать моё терпение.

— Адель, это всё лирика, — смущающе откашлялся босс. — Ты лучше скажи, тебя всё устраивает? Ты согласна с новыми условиями?

Чувствую горечь, но вместе с тем внутри крепнет решимость. Да, меня использовали. Да, Арс предал моё доверие, решив прислушаться к боссу и не сказав мне об этой чёртовой проверке ни слова. Но… теперь всё будет иначе.

Я больше не хочу быть тем, кто благодарно и заискивающе принимает чужие правила игры.

Я не позволю им использовать меня как рабсилу в своих целях.

Согласиться с повышением? Возглавить новый отдел?

Конечно, да! Я ж не дура, чтобы упускать такую возможность.

Честно говоря, уже вдоволь наотдыхалась, чуть ли не по горло насладилась бездельем, поэтому как никогда теперь готова снова войти в рабочую колею.

— Я приму это повышение.

Мужчины расплываются в самодовольных, "знающих" улыбках.

Но они рано радуются, ведь я собираюсь повысить ставки и выдвинуть свои условия.

***

Стою в туалетной кабинке.

Воздух в один миг словно сгустился, став вязким и тяжёлым. Голоса в дамской комнате звучали приглушённо, но каждое слово было острее клинка, поражая меня изнутри.

— Влюблённая дурочка…

— Хочет загнать его под венец…

— Как думаете, он её поматросил и бросил?

— Она на серьёзных щах ворчала, что не беременна от Арсения… Поверить не могу!

— А от кого она тогда беременна?

Каждое их слово бьёт по сознанию, превращая реальность в зыбкий, искажённый кошмар. Они действительно так думают? На самом деле решили посплетничать обо мне?

Пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони, но эта боль была ничем по сравнению с той, что разрывала изнутри. Я никогда не пыталась привязать начальника к себе. Но почему-то именно эта нелепая, грязная версия стала правдой в глазах окружающих.

Дыхание сбилось.

Слухи. Эти липкие, гнусные сплетни впивались в кожу, оставляя невидимые ожоги. Я чувствовала их вес, их силу, их разрушительный эффект. И чем больше я слышала, тем сильнее понимала: они не просто обсуждают меня — они меня осуждают.

Лицо оставалось холодным, но внутри всё бушевало.

Как можно было так извратить мою историю? Как можно было слепить из меня образ меркантильной, безрассудной девушки, потерявшей голову от любви?

Неспешно вышла из кабинки с гордо поднятой головой.

Шепотки резко прекратились.

— Что встали?! А ну-ка пошли и пригодились где-нибудь!

— Адель, прости, пожалуйста! — слышу раздражающий писк. У одной сплетницы "совесть", видимо, проснулась. — Мы не хотели тебя обидеть.

— Да, мы это всё не со зла, — подтверждает Светик.

— Правда!

— И мы вообще не про тебя говорили, — о, так теперь Светочка решила дать заднюю.

— Ты обколола ботоксом мозги? — раздражённо выпалила в ответ, не выдержав идиотизма ситуации.

— Нет, почему? Только лицо!

— Да потому что у тебя извилины разгладились, — устало проговариваю в надежде избавиться от неприятной компании.

— Эм, чего? Диан, это плохо? — курочка так испугалась, что реально начала ощупывать свой фейс. — Девочки, если меня будут спрашивать, прикройте! Мне срочно надо к косметологу!

И Светик убежала.

А я… Я всё ещё стою в шоке. И смотрю на её подружек, ничуть не менее ошарашенных, чем я сама.