"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 137

Змей хватается за руку и шипит. Неожиданно наносит удар ногой. Шаг вперед и классический прямой гедан-барай, рубящим ударом предплечья по голени. Хрусть! Змей падает назад, схватившись за ногу. Как говорил один из противников основателя Школы Окинавского Кулака — «вот что с ним будешь делать — ударишь его рукой — он перебивает руку, ударишь его ногой — отшибает ногу». Удар! Хрусть! Еще удар — Хрусть.

Змей лежит на земле и стискивает зубы, чтобы не кричать от боли. Молодец все-таки. Настоящий боец. Быстрый, умный, волевой. Но — обычный человек. Конечно и обычный человек может одолеть супера, как я неоднократно говорил Читосе, но для этого он как минимум должен знать, что его противник — супер.

— Ну ты еще заплачь над ним. — говорит Иошико и с ноги пробивает Змею в голову. Тот растекается по асфальту бессознательным телом.

— У меня рефлексия. — говорю я: — мы же все-таки…

— А я тебе говорю — никогда не недооценивай противника. И не расслабляйся. — Иошико пинает руку Змея и оттуда на асфальт падает нож. И как спрятал. Конечно, меня бы он не завалил, но права Иошико, ох как права.

— Иногда ты как дите малое. — шипит она на меня: — охота тебе подзатыльник влепить… но ты ж сама Сумераги-тайчо… так что рука не поднимается. И как ты умудряешься такой … сексуальной быть в образе? У тебя способность к преображению?

— Да нету у меня такой… — оправдываюсь я.

— Странно. Рохля рохлей как мужчина. И такая сильная, волевая женщина. — мечтательно закатывает глаза Иошико.

— А вот сейчас обидно было. — говорю я: — и по-моему это дискриминация по половому признаку.

— У тебя рукав оторвался. — внезапно говорит Иошико. Смотрю на себя. И вправду. Будет мне на орехи от Нанасэ, она ж не поверит, что я упал и зацепился за гвоздь, скажем. Это Япония, нету тут точащих гвоздей.

— Блин. — говорю вслух: — чтобы сделать, чтобы сестренка не заметила?

— О! — говорит Иошико и в ее глазах прыгают веселые чертенята: — у меня идея!

Я стою в коридоре школы. Зачем — опять не знаю. Иошико притащила меня сюда со словами «Верь мне, Син, я плохого не посоветую!» и исчезла. Мы с ней успели за перерыв и с пришлыми разобраться и назад прибежать и еще минуты три оставалось до звонка на урок. Я вздохнул и почесал затылок. Что делать? Сколько еще эту шебутную кулему ждать? У меня история сейчас, а я и так по истории звезд не хватаю. Мне еще пересдавать… — тут мимо меня пронеслась Иошико, подмигнув мне на бегу, за ней — Горячие Губки со своей подругой и пока я смотрел им вслед, кто-то откашлялся за моей спиной.

— Учащийся! Я Хаяси Кэзуко! Председатель дисциплинарного комитета школы! — раздался голос и я повернул голову. Комитет по нравственности и прочему порядку в нашей многострадальной школе.

— У тебя оторван рукав! А еще ты запачкан! Неприемлемо!

— Но…

— Никаких но! Мики! — скомандовала девушка и вперед выдвинулась ее коллега справа. Раз! — и в ее руках оказывается нитка с иголкой, а между тем другая девушка, присев на корточки протягивает ей ту самую коробочку, в которой лежат пуговицы. На предплечье у девушки я по-прежнему светло-желтая губка, с иголками. Два! — рубашку стали зашивать прямо на мне! Три! — в руках у другой девушки мокрая губка и она споро оттирает пятна на рубашке.

— Приемлемо. — заключает Хаяси: — и внеси ему замечание в журнал!

— Да за что?!

— За опоздание на урок! — звенит звонок и я опускаю голову. Блин.

Глава 19

День «Д». Мы втроем — я, Акира и Читосе, сидим в темном фургоне с тонированными стеклами, прямо мечта маньяка, только продавленного матраса в салоне не хватает. Мы с Читосе — сидим в салоне, Акира — за рулем. Сегодня она, как и все мы — в темном комбинезоне. Сидим мы тут уже почти полчаса. Ждем сигнала от Майко, которая пошла караулить водителя Такеши. Пока все идет по плану, господин Такеши оказался рабом своих привычек и как обычно — завернул в «Цветок Камелии» после трудового дня в офисе. По господину Такеши вообще часы сверять можно было — ровно в девятнадцать ноль пять черный автомобиль сайко комон местного гокудо остановился на парковке у «Цветка» и сам господин старший советник проследовал в клуб. Автомобиль уехал с парковки. Вообще-то обычно водитель просто должен ждать своего шефа, но так как сам Такеши был человек-привычка, то и водитель в свою очередь выработал свои собственные привычки. Он прекрасно знал, что раньше чем через два часа (а обычно три) сайко комон не выйдет из клуба, а потому поехал в ближайший салон пачинко, где и собирался провести эти два часа с пользой.

Наш фургон стоит перед салоном, на парковке становится темно — скоро уже девять часов вечера, а фонари, освещающие парковку уже не горят, благодаря пневматическому пистолету Читосе. Тихие выстрелы растворились в шуме города и никто ничего не заметил. Читосе убрала пневматику в чехол. Ждем.

Вариантов облажаться прямо тут и сейчас — тоже есть. Скажем вот окажется этот вот неприметный японец, водитель Такеши — супером. Кто знает? И начнется тут у нас не тихое — тумц! по голове, а вовсе даже битва на парковке перед салоном пачинко. Для этого у нас тут Акира, я и Читосе со своими CZ85-ми. Дать бы ей дробовик, но вот чего нет, того нет. Надо бы, конечно, достать дробовик, даже обычный помповый ремингтон и то хлеб, думаю я, глядя как Читосе протирает свой пистолет уверенными движениями. Нам нужны штурмовые винтовки, пистолеты-пулеметы и хорошая снайперская винтовка. У Читосе просто дар посылать пулю туда, куда она хочет и я испытываю прямо-таки жуткое желание проверить ее дар на длинноствольном оружии. Может она у нас и снайпер? Снайпер в команде — это всегда хорошо. У меня вот со снайпингом туговато, все эти поправки на ветер, полировки пули кусочком шелка, задержка дыхания и «почувствуй выстрел, юный падаван».

Щелк! — раздается спереди. Акира за рулем щелкает своим портсигаром, как она всегда делает, когда нервничает. Щелк!

Перевожу взгляд на выход из салона. В салон заваливается компания подвыпивших вечерних гуляк. Пока нет проблем. Пока все ровно. Майко сидит в салоне, приняв какой-нибудь неприметный облик и ждет, пока водитель не пойдет назад, к своему автомобилю на парковке. А мы ждем на парковке. Щелк!

— Идут. — говорит Читосе, опускает небольшой бинокль от глаз. Я смотрю на выход из салона. Действительно идет. Отсюда не сильно видно кто именно, да и сумерки, но Читосе опознала — значит идет.

— Поняла. — Акира заводит мотор фургончика. Сразу за водителем проскользнул силуэт. Майко. Водитель подходит к автомобилю, скрываясь в полутьме парковки, недовольно крутит головой в поисках фонарей, открывает дверь. Мы въезжаем на парковку как раз в тот момент, когда сзади у водителя вырастает силуэт Майко и аккуратно укладывает его на асфальт. Фургончик останавливается у автомобиля, закрыв нас от взглядов с дороги и от входа в салончик. Открываю дверь, мы с Читосе выскакиваем из салона, Майко уже одела на запястья и ноги водителя пластиковые хомуты, я накидываю на голову темный мешок. Майко с Читосе заталкивают водителя в салон фургона, Читосе залезает следом и закрывает дверь. Майко ныряет на место водителя, открывается багажник. Я ныряю в багажник, закрывая его за собой. Слышу как рядом шуршат шины фургона, он отъезжает. Майко заводит мотор, но не трогается с места, ждет меня. Я включаю фонарик, прикрепленный ко лбу и ищу винты, которые держат подушки заднего сиденья. Вот они. Достаю отвертку и вывинчиваю один, другой. Третий заел, проржавел. Потею. Чертыхаюсь. Наконец поддается. Четвертый идет легко. Проверяю как сдвигаются подушки и могу ли я выбраться в салон. Могу. Появляюсь сзади Майко, вижу ее глаза в зеркальце заднего виде и показываю большой палец. Она кивает и прижимает тангету рации.

— Точка Лима достигнута. — говорит она и переключает передачу. Автомобиль трогается с места. Я вновь скрываюсь в багажнике, прикрывшись подушкой заднего сиденья.

— Принято. — шуршит в ухе голосом Акиры. Я трясусь в багажнике и думаю, что уж багажник автомобиля самого старшего советника мог бы быть и поудобнее. Или как минимум — почище. Наверное он в свой багажник сто лет не заглядывал. Лежу, терплю пыль вокруг, поднимающуюся каждый раз, как Майко тормозит на светофоре. Пыли немного, но все равно неприятно. Мысленно пытаюсь выстроить в голове дорогу от салона пачинко до «Цветка Камелии».