"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 158

Вздыхаю. Говорю, что у команды и у меня лично очень-очень мало времени в последние две недели. И я тут только потому, что Юки-сама у нас председатель Литературного, а лишиться своих привилегий на удобные кресла и безмятежный отдых после уроков мне вовсе не улыбается. Но я жутко занят и страшно устал, а потому, многоуважаемый Питер-сан, Синяя Молния — пожалуйста ближе к делу.

— Хорошо. — говорит Питер и снова машет рукой официантке, указывая что мой коктейль уже выпит. Да, знаменитый жест «сестричка (брат) повтори того же за мой столик». Невербальная магия, ей-богу. Вот кому сурдопереводчиком работать на телевидении, хотя я все равно ни черта не пойму. Приходит официантка, милая девушка в короткой юбочке и белом переднике, подозрительно похожая на какую-нибудь горничную, на которых тут просто фетиш какой-то. Быстро забирает у меня пустой фужер и водружает новый. С ломтиками фруктов и маленьким бумажным зонтиком.

— Все за мой счет! — быстро говорит Питер, уловив мой взгляд на эту роскошь: — ни о чем не беспокойся! Хотя, да, скоро же ты будешь богат! Невероятно, сказочно богат. Единственное, о чем ты будешь заботится, Син, это о том, куда бы потратить свои деньги.

— Не в деньгах счастье. — ворчу я, мысленно прикидывая, что даже огромные деньги не спасут ни меня, ни остальных от обвинений в массовых убийствах и терроризме. Можно уже ходить с Читосе и банки грабить, ага. Нам уже все равно, больше вышки не дадут. Упавший в реку — дождя не боится.

— Верно! Не в деньгах, а в их количестве! — подхватывает Питер и поднимает свою кружку с пивом: — Ну, за богатого и здорового Сина! У тебя ж девушек вокруг куча, а содержать девушек в таком возрасте сложно. Проблема. То есть раньше была проблема, а теперь — нет. Повезло тебе Син, что у тебя такой друг есть, как я.

— С такими друзьями и врагов не надо. — бурчу я, вспоминая последний косяк Питера, когда мы с бухты-барахты оказались перед лицом Той Самой Линды и выхватили на орехи. Хорошо, хоть дядька Мацумото попался внятный, не стал нас курощать и морщить, так, по попке пошлепали и отпустили. А ну как был бы маньяк какой? Надеяться на вменяемость противника что поймет и простит — неважная стратегия. Да и не стратегия вовсе.

— Но не только деньги! — вещает Питер, словно глухарь на лесной поляне: — И ты прав, Син, тысячу раз прав. Что деньги, это тьфу, пыль, мусор под ногами. Главное это то, кем ты останешься в памяти своих потомков! Впишешь свое имя в золотую книгу истории! Слава! Вот, то, за что настоящий мужчина может выйти на бой и победить. Именно. А мой план, Син, включает и деньги и славу. Для всех вас, для всей команды.

— Слава штука неблагодарная. — говорю я. Я бы предпочел сейчас, чтобы никто не знал ни про меня, ни про девчонок, ни про команду, ни про эту трижды проклятущую Сумераги-тайчо. Потому как слава бывает разная и наша слава как раз ведет нас к судебному процессу и стенке. Или петле — что сейчас в моде у Верховного Императорского Суда?

— Ээ… женщины? — пытается угадать Питер: — мой план включает…

— Короче, Склифосовский… переходи уже к части, где ты говоришь, что тебе от нас надо. — говорю я и отодвигаю от себя фужер с коктейлем. Третий уже.

— Если коротко, то я предлагаю тебе и твоей команде объединиться с нами и участвовать в Императорских Играх. — выпалил Питер и уставился на меня полными надежды глазами. Словно кот из Шрека. Даже руки вместе в умоляющем жесте сложил.

— Нет.

— Огромный денежный приз! Даже за выход из группы!

— Нет.

— Слава! Покажут по телевиденью! Все девушки будут твои!

— Нет.

— Э… победителей представляют ко двору и дают дворянские титулы!

— Нет. Все, я пошел. Приятно было поболтать. — я встаю и кидаю на стол несколько смятых купюр. Еще чего не хватало — за счет Питера коктейли пить, чай и сами не бедные.

— Ээээ… амнистия? Полная? — цепляется за последнюю надежду Питер.

— Что? — я сел обратно и взглянул на Питера: — полная амнистия? А … на какие именно правонарушения распространяется?

— На все! — кивнул Питер: — в восемьдесят пятом помнишь, в команде чемпионов некий Гризли был? Так это ж на самом деле Кистень Ли, чувак народу покрошил немеряно, а теперь живет в Токио и в ус не дует. Особняк у него, представляешь?

— Но… это же нелогично?

— Тут как во Французском Иностранном Легионе — когда ты вступаешь в Игру — то берешь себе другое имя, псевдоним. И никто тебя привлекать не имеет право до окончания игр. А уж если ты игры выиграл — то тебе уже и слова никто не скажет, потому как за тобой твое новое имя закрепляется. И документы выдаются новые. Сертификат о победе — уже документ. Для этого достаточно региональные игры выиграть и о себе заявить. Даже необязательно чемпионами Японии становиться — в полуфинал выйдете и все.

— Как интересно… — говорю я и подвигаю к себе фужер: — значит полная амнистия.

— Да. Полная. — кивает Питер, потом начинает хмурится: — а зачем вам амнистия? Погоди-ка, так все что тут в городе говорят про кучу трупов китайских наемников и мага эс плюс мертвого?

— Чушь, неправда, навет. — быстро ответил я: — необоснованные обвинения.

— Ого. — говорит Питер. Он мне не верит. Ну почему, как я правду говорю — так не верит никто. Никакой не эс плюс, а всего лишь тройной эс, да и повезло нам. Ну, про кучу трупов… мда.

— А новенькая в вашей команде, которая эску грохнула — это же Читосе? Блин… респект и уважуха, Син, но тем вы нам нужнее. Мы ж в полуфинал точно выйдем! С вами…

— А разве вас не трое должно быть? — спрашиваю я.

— На поле — трое. Но запасные и сменные игроки — итого допускают до десяти. На случай… если кто из строя выйдет, или для конкретного поединка конкретные способности нужны будут.

— Ясно. — говорю я. Мы некоторое время молчим. Надо бы информацию проверить, конечно, но если все подтвердится, то вот и он — наш шанс спрыгнуть с крючка и снова стать добропорядочными членами общества за которыми не гоняется Антимагия.

— Ну… — осторожно начинает Питер: — а про член отрезанный правда? Ну, что вы ищете у кого бы… — он поймал мой вопросительный взгляд и развел руками в стороны.

— Честное слово, Син, у меня он маленький и сморщенный, у кого хочешь спроси. Твоим девчонкам такой не нужен. Да и потрепанный… я сам, исключительно по сентиментальным соображениям его так сказать храню…

— И какой мудак такие слухи распускает. — сказал я, разминая переносицу жестом Акиры «меня окружают идиоты».

Глава 29

Глава 29

— Не, бред. — говорит Акира, откидывая волосы назад. Она в домашнем шелковом халате, разрисованным драконами и лилиями, странное сочетание. Мы сидим на кухне у Майко и едим мороженное. На столе стоят два пустых пластиковых ведра, в которых мороженное продается для ларьков и тележек — оттуда и зачерпывает мороженное продавец специальной ложечкой, придавая форму шарика. Но нам закон не писан, Акира ест мороженое прямо из ведра, поставив его себе на колени и периодически откидывая волосы назад, чтобы не лезли вперед. Кроме двух пустых ведер на столе стоят три пустых бутылки из-под шампанского. Четвертую держит в руке Майко, она развалилась на коротком диванчике у стола и закинула босые ноги на стол.

— А что? — говорит она, отпивая из горла: — я слышала, есть такая штуковина. Полная амнистия и дворянство. Будешь у нас дворянкой, Акира. Акира-доно. Звучит! Карету заведешь и горничных. То-то Джун твой удавится как узнает.

— Он не мой. — автоматически поправляет Акира и достает из ведра еще одну ложку мороженного. Отправляет в рот: — он свой. Пусть и идет туда… куда его отправили. Надо было его обрубком оставить, без рук, ног и причиндала.

— Ну ты сурова, подруга. — говорит Майко: — но все равно удавится. Ты со своим дворцом будешь в Токио. Горничные там… или дворецкие. Я б себе завела дворецкого, такого, знаешь — строгого, но красавчика. И трахнула бы его в первый же день. И горничных тоже.