Игра в любовь с форвардом (ЛП) - Лоусон Энджел - Страница 43

— Знаю. — Она крутит кольцо на пальце. — У меня проблемы.

— Ну, когда решишь их исправить, я тут.

Я смотрю на время — если сейчас не поторопимся, опоздаем.

— Пожалуйста, никому не рассказывай про меня и Риза. Тренер Грин не должен узнать — никто не должен. Ни игроки, ни кто-либо ещё. Меня точно вышвырнут со стажировки.

— Не расскажу, — говорит она, обнимая меня. А потом добавляет с хитрой улыбкой: — Никому не скажу, что вчера ты получила горячую порку от Риза Кейна. — Она подмигивает. — Дважды.

— Так, хватит обо мне, — говорю я, решив сменить тему. — Что там с Брентом? Вы всё ещё мутите?

Я стараюсь быть менее осуждающей, особенно когда дело касается Нади. Но я всё равно за неё переживаю. Гонка за спортсменами редко к чему-то хорошему приводит, но если ей весело, кто я такая, чтобы вмешиваться?

— То да сё, но сейчас сезон, у них куча дел. — Она толкает меня локтем. — Как и у Риза. Кто бы мог подумать, что мы обе будем спать со звёздами спорта?

То, что между мной и Ризом, ощущается как нечто большее, чем просто секс, но я этого не говорю. К тому же, Риз рассказывал, что столкнулся с Брентом, и, судя по всему, теперь он встречается с Шэнной. Я ожидала, что Надя сама поднимет эту тему, но она молчит.

Так что да, Брент занят. Но не настолько, чтобы отказаться от ночных звонков или перестать пытаться заполучить светскую львицу.

— Кто-нибудь ещё тебя заинтересовал?

— Есть пара ребят в команде, с которыми весело. Один парень, Си Джей, вроде ничего. Он сейчас травмирован и пропускает сезон. Брент сказал, что ему не помешает немного поддержки. — Она накручивает прядь волос на палец — я знаю, что она так делает, когда в чём-то не уверена. — Я не против.

— Хм.

Она бросает на меня косой взгляд.

— Что?

— Я не осуждаю, честно. Просто странно, что Брента устраивает, что ты тусишь с другими парнями из команды.

— Он прямо этого не говорил. Я решила проверить. — Она пожимает плечами. — Посмотреть, вдруг приревнует.

— А он начал?

— Не то чтобы, но, как я уже сказала, он занят. Он же квотербек, а Си Джей травмирован. Они лучшие друзья, и мне несложно уделить Си Джею немного внимания, пока Брент весь в делах. — Она останавливается у входа в здание, продолжая крутить прядь волос. — Он, если честно, подавлен. Беспокоится, что не восстановится к драфту. Переживает, стрессует, и если я могу хоть немного помочь, то почему нет?

Ох, Надя. Она ничему не учится.

— Ну, на всякий случай, я всё ещё считаю, что ты достойна кого-то получше, чем футболист.

— Ты что, нового хоккеиста для меня присмотрела?

— Нет, я завязала с этим, но в мире есть нормальные парни. Например, Рид — вам весело вместе, даже если между вами ничего нет.

— Это да, — соглашается она, — но, Твай, у девушек тоже есть потребности. И не у всех из нас есть Риз Кейн, который по ночам тайком пробирается в комнату.

Следующая неделя проносится как в тумане. Учёба становится сложнее — куча эссе и тестов наваливается одновременно. На стажировке тоже напряжённо — чем больше игр, тем больше травм. До последнего предсезонного матча остаётся два дня, а потом команда сразу погрузится в сезон. Времени на профилактику почти не остаётся, и давление растёт как на игроков, так и на тренеров.

Рада, что можно отвлечься. Держаться от него подальше и раньше было сложно, а теперь, когда я знаю, каково это — чувствовать его мощное тело над собой, внутри себя… Чёрт, теперь он в моей голове 24/7.

— В эти выходные у нас последний предсезонный матч против самых жёстких соперников — «Мэйсон Ю», — слышу я, как в раздевалке тренер Брайант обращается к команде, пока они готовятся к тренировке. Я сижу на корточках рядом с Питом, заматывая ему лодыжку. — Первые три игры мы как-то вытянули, но далеко не идеально. Если вы сыграете с Мейсонами так же хреново, они размажут вас по льду, а потом вернутся в сезоне и отожмут у нас место в чемпионате.

Он начинает разбирать детали тренировки. У меня по спине пробегает тёплая дрожь, и я оглядываюсь через плечо. Риз смотрит на меня, и, стягивая через голову майку, подмигивает. Чёрт. Жар разливается по телу, и я тут же отвожу взгляд, пока никто не заметил.

— Так нормально? — спрашиваю я у Пита, проверяя, насколько плотно сидит эластичный бинт. — Не слишком туго?

— Вообще можно ещё потуже, — отвечает он, пробуя пошевелить стопой. Или пытаясь. Он уже несколько раз просил заматывать сильнее, и меня начинает беспокоить, не теряет ли он гибкость.

— Ты уверен, что не хочешь, чтобы тренер Грин отправил тебя на обследование? Если лодыжка так беспокоит, возможно, проблема серьёзнее. — Он засовывает ногу в конёк, явно игнорируя мои переживания. — Если нет, возможно, стоит наоборот ослабить бинты. Не хочу, чтобы у тебя начались проблемы прямо на льду.

— Да всё нормально, — фыркает он, натягивая гетры. — Мне так удобнее. Спасибо, ДиТи.

Тренер Брайант заканчивает говорить, и парни направляются на лёд. По пути к бутылкам с водой меня перехватывает тренер Грин.

— Как у тебя с запасами бинтов?

Я заглядываю в аптечку.

— Почти закончились.

— Тогда сбегай за двумя новыми рулонами. С такой нагрузкой, Пит и Хаскелл тратят бинты быстрее, чем поглощают пиво в пятницу вечером.

— Будет сделано.

— Потом заберёшь бутылки и выставишь их. Чувствую, Брайант сегодня доведет их до изнеможения.

Я киваю и ухожу в конец коридора к кладовой. В руках уже два новых рулона бинтов, и я размышляю, стоит ли сказать тренеру Грину про Пита, когда дверь внезапно открывается.

Риз заходит внутрь, полностью экипированный — в защите, шлеме, тренировочной форме. В таком виде он выглядит ещё больше. Быстро закрыв за собой дверь, он ухмыляется так самодовольно, что у меня даже спрашивать ничего не хочется.

— Нет, — сразу говорю я и пытаюсь отступить, но тут особо некуда. — Даже не думай.

— Что? У меня травма, нужна срочная помощь.

Он несет полную чушь, но ладно, я подыграю ему.

— Какая ещё травма? — быстро оглядываю его сверху вниз. — И не смей говорить, что травмировал его.

Он смеётся.

— Нет, Солнышко, мой член работает идеально, но вот губы ужасно пересохли. — Его руки ложатся мне на бёдра. — И, кажется, помочь мне можешь только ты.

Особенность Риза в том, что ему трудно, нет, невозможно сказать «нет». А с его чертовски уверенной улыбкой и этими серыми глазами, полными озорства… Ну, именно так я в это и вляпалась, верно?

Я и сама хочу его поцеловать. Времени побыть наедине у нас почти нет — он не может привести меня к себе, а мой дом на слишком оживлённой улице. Я вздыхаю, глядя на него.

— Один поцелуй.

— Благодарю. — Он наклоняется и сразу захватывает мои губы, без колебаний скользя языком внутрь. Всё, что касается его — это сила, напор, уверенность, и я снова теряюсь в этом с головой. Когда он отстраняется, его язык коротко пробегается по нижней губе. — Вот так. Намного лучше.

— Ты идиот, — качаю я головой, но на лице у меня, конечно же, расползается глупая улыбка. — А теперь марш отсюда.

Он выходит, а я собираю ещё пару вещей перед тем, как вернуться обратно. Перебрасываю свою сумку через плечо, хватаю подставку с бутылками для воды обеими руками. Риз стоит в конце коридора, когда видит меня, толкает дверь.

— Я возьму, — говорит он, возвращаясь, чтобы помочь.

— Всё нормально, — отвечаю я, хотя знаю, что не смогу открыть дверь и унести всё это одновременно.

— Твай, — говорит он, забирая контейнер. Он легко поднимает его одной рукой и открывает дверь другой. Холодный воздух арены прогоняет жар с моих щек, и он переносит бутылки к тренировочному столу. Тренер Грин следит за нами с лавки.

— Спасибо, Кейн, — говорю я спокойным голосом. — Ты не обязан был это делать.

— У тебя был такой вид, будто тебе тяжело, — замечает он, натягивая перчатки, его взгляд поднимается вверх, и я ощущаю приближение тренера Грина. — Просто хотел помочь.