"Фантастика 2025-25". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Бикмаев Сергей - Страница 307

"Стрела" зашла сверху по крутой дуге к последнему оставшемуся в воздухе противнику, которому ничего не светило в такой ситуации. Но удар не был нанесен. Машина судорожно вздрогнула и резкими рывками пошла вверх. Набрав километровую высоту, она камнем полетела вниз. Мое сердце оборвалось, когда я рассмотрел ауру Антонова глайдера — тяжелая, темно-серая. Это означало, что двигатель машины почти мертв. Мгновенный взлет без разогрева, пиковые рывки, непрерывные форсажи — вот результат, машина угроблена. Вот черт, мы были так близки к цели!

"Паук" хищно устремился за "Стрелой" и ударил по ней всеми орудиями. Антону удалось отклонить машину вправо. Второй залп все же задел глайдер, он беспомощно кувыркнулся, в стороны полетели куски обшивки, борт прочертил безобразный рваный шрам. Антон сумел замедлить падение, но противник заходил над ним для последней атаки.

Пилот-рагнит знал, что Антон в его полной власти. Я мысленно проник внутрь "Паука" и увидел, что в обычно равнодушных глазах рагнита мелькнул острый огонек темной страсти. Его переполняло упоение охотника, настигшего дичь. Пальцы уже были готовы вдавить кнопку разрядника...

В этот момент нос "Стрелы" вздыбился, совершил неуклюжее движение, напоминавшее восьмерку. Воздух прорезали ослепительные молнии. Одна из них врезалась прямо в центр нарисованного паука. Пилот-рагнит так и не успел нажать на гашетку. Он потерял какую-то секунду, смакуя беспомощность жертвы, наслаждаясь своей властью над ней. И проиграл. Мертвый глайдер рухнул на форт, и опять в воздухе поплыли снежные хлопья.

Аура "Стрелы" начала проясняться и искриться. Антон сумел-таки вновь запустить двигатель. Правда, тот работал туго, с перебоями, но работал! Машина неуклюже шла боком, но все-таки держалась в воздухе и все еще слушалась управления.

Еще один рагнитский глайдер начал подниматься вверх. Антон пригвоздил его к полю, как муху к чистому листу бумаги. В воздухе никого, кроме "Стрелы", не было, но на взлетной площадке оставалось еще несколько вражеских машин.

"Стрелу" лихорадочно бросало из стороны в сторону. Она крутанулась, ухнула вниз, потом рванулась вверх. Антон опять сумел развеять серый туман, охватывающий глайдер. И стартовая площадка под ним превратилась в стену огня, Через несколько секунд уже никто не смог бы точно утверждать, что гора металлолома была когда-то эскадрильей боевых глайдеров рагнитов.

А потом машина Антона пошла по большому кругу, сея смерть и разрушения. После ее второго круга оборона рагнитов перестала существовать. Все было испепелено и разбито. Некоторые защитники форта сумели скрыться в траншеях, за различными укрытиями и остаться невредимыми среди кипящего стеклобетона и пузырящегося оранжевого металла. Но они перестали быть единым боеспособным подразделением с согласованными действиями, управляемым опытными командирами, а потому уже не представляли опасности. Путь внутрь форта был открыт.

После завершения второго круга глайдер Антона понесло на скалы. Уйти от столкновения с острыми пиками не представляло труда, но для этого нужно было иметь исправную машину, а серое облако опять неумолимо окутало глайдер. Двигательная установка еще теплилась, но почти не реагировали компьютер и системы управления.

На рагнитских глайдерах не было устройств для аварийного спасения экипажа. Идея конструкторов довольно проста и по-своему логична — сам по себе глайдер отключиться не может, слишком уж надежен, ну а если тебя подбили в бою такова твоя судьба, и вымаливать у нее отсрочку страшный грех. Рагниты непреклонные фаталисты.

— Ну давай же, Антон! — прошептал я. — Мы победили. Тебе нужно лишь несколько секунд. Всего лишь приземлиться. Это мелочь после того, что ты сделал. Мы выиграли. Давай!

Я мысленным взором проник за броню глайдера. Антон распластался в пилотском кресле — обессиленный, бледный, выигравший тяжелейший бой, совершивший невозможное. На его губах запеклась кровь, из носа тоже стекали две струйки крови — результат исполинских перегрузок. Теперь у него не осталось сил ни на что. Он не мог подчинить себе глайдер.

Антон улыбнулся разбитыми губами, сжал пальцы в кулак и врезал по умершей приборной панели. Это чудо, но серый туман стал расползаться, по ауре вновь пошли разноцветные полосы. Антон закусил губу и до белизны в пальцах сжал подлокотники кресла. Глайдер начал забирать круто вверх. У Антона получалось!

Машина пронеслась прямо над острым гребнем, взмыла вверх, приняла вправо, чтобы зайти на посадку... Тут по глайдеру прошла крупная дрожь, он на секунду задержался на вершине дуги, а потом обрушился на скалы. Он превратился в покрытые инеем куски металла и пластика, среди которых лежало безжизненное, разбитое тело Антона. В который раз звон обрываемой душой серебряной нити встряхнул меня и обдал осознанием бесповоротности происшедшей трагедии.

Тем временем остальные преодолели последние метры. Готово! Герт, Ковальский и Маклин в форте.

Теперь дело оставалось за малым — освободить базу от уцелевших рагнитов и уничтожить "Изумрудный странник" Большинство солдат противника лежали бездыханными на поверхности, но в форте их еще оставалось не менее полусотни, При бездействующем нейроцентре в узких коридорах, пусть и хорошо им знакомых, они долго не продержатся. Можно считать, что мы победили. Вот только меня вряд ли ждут радужные перспективы. Титанитовая плита, отделявшая меня от рагнитов, стала менять цвет и осыпаться. Рагниты все-таки притащили расщепитель и теперь справятся с преградой минуты за две-три. После этого мне придется туго...,

По полу прокатилась волна, и стены затряслись. Сначала я не понял, что тому причиной. А когда понял, то застонал от отчаяния. Все рушилось. Окончательно и бесповоротно. Происходило то, чего мы никак не ожидали. В информацию, которую мы получили в Круге, змеей вползла ошибка, оказавшаяся роковой. Она в миг перечеркнула все усилия, все жертвы, все надежды.

"Изумрудный странник" вздрогнул, по нему прошло смутное движение, штыри и углы начали преобразовываться и обретать иную форму. По полю ударил порыв ветра, разнося золу и расшвыривая угли, Гул нарастал, пол теперь ходил ходуном.

Махина корабля, которая будто на веки вечные вросла в посадочное поле и которую никакая сила вроде бы не могла сдвинуть с места, качнулась. Через минуту "Изумрудный странник" поднимется над фортом и врежет по нему всей мощью своей бортовой артиллерии. Или просто исчезнет в небесной лазури. Он еще не запас достаточно энергии для того, чтобы пройти через туннель, но ничто не мешает ему дождаться на орбите рейсового корабля. И ничего тут не поделаешь остается только ругаться самыми страшными словами и вытирать выступающие на глазах слезы.

"Изумрудный странник" оторвался от поверхности, еще раз качнулся и начал неторопливо подниматься, совершая мерные маятниковые движения вокруг своей вертикальной оси. Все, ушел! И нет в мире силы, способной остановить его. Вот дерьмо собачье!

— Герт! — крикнул я. — "Изумрудный странник" уходит!

— Знаю, — донеслось из серьги.

— Что же делать?

— Богу молиться, чтобы в него комета врезалась! Больше ничего сделать мы не можем. Как у тебя?

— Рагниты пилят дверь. Я полностью выжат и даже не могу хорошенько задать им трепку.

— Держись... Мы идем к тебе. Разблокируем выход, а потом будем убираться восвояси. Работа закончена.

— Поздно. Меня накрыли.

С шорохом посыпался на пол превратившийся в песок титанит, в плите образовалась дыра метра два с половиной в диаметре. За столбом пыли я разглядел силуэт гусеничной машины со штангой, на конце которой покачивался шар. Машина походила на помесь танка с античным тараном для крепостных ворот. Это и был расщепитель. Еще я различил снующие фигуры рагнитов. Подставились они глупо. Я выстрелил два раза, и солдаты исчезли. Одного я уложил вчистую, второго ранил в плечо. Тишину прорезал вопль, от которого кровь стыла в жилах. Вот уж не думал, что рагниты могут так орать от боли.