Король клетки (ЛП) - Кейн Мила - Страница 5

В последнее время у Де Санктисов были проблемы с ирландцами, а Брэндон О'Коннор был на самом верху черного списка моего брата. Элио был педантичным и дисциплинированным. Он ожидал, что все будут жить так же, как он, с монашеской преданностью своему делу. Брэн О'Коннор обладал аурой человека, который никогда не встречал правила, которое не хотел бы нарушить. Неудивительно, что Элио терпеть его не мог.

Это делало его идеальным для моих целей.

— Давай, Джада. Самка богомола Де Санктис. Съешь меня этой ночью. – Чертов Энрико играл на моих последних оставшихся нервах.

Самка богомола.

Этот титул я носила годами. Даже культивировала его. Очевидно, если женщина знала, что ей нравится в постели, и не боялась об этом попросить, это делало ее хищницей. А если у нее был свой типаж - красивый, тихий и покладистый, - это создавало ей репутацию властной стервы в постели. Возможно, я такой и была. Мне определенно нравилось быть главной. Так казалось безопаснее. Я решала, когда, где и с кем. Я контролировала, как это происходило, когда начиналось и заканчивалось. Я не уступала.

Самка богомола не могла быть жертвой. Это было невозможно, и поэтому я стала ею.

Энрико дотронулся до моей щеки.

— Или я для тебя слишком большой, детка? Я не против, если ты подавишься мной. Мне бы это понравилось.

— Прости, что лопаю твой мыльный пузырь, Рико, но хищница уже выбрала свою цель на сегодня, и это не ты, – пробормотала я с убийственной вежливостью. Все еще оставался шанс заставить Рико отступить до возвращения Сол, хотя было очевидно, что он все равно недостаточно хорош для нее.

Я должна была избавиться от него, пока моя лучшая подруга не совершила огромную ошибку.

Повернувшись на каблуках, я направилась через переполненный бальный зал к бару, где за столом сидела компания ирландцев, готовых в любой момент затеять драку.

Я не стала тратить время на пешек. Было очевидно, кто в этой группе главный. Один парень присвистнул, когда я прошла мимо. Послышался тихий оценивающий шепот, но ни один из них не поднял руку, чтобы прикоснуться ко мне, пока я протискивалась сквозь сплоченную группу прямиком к нему.

Брэн. Младший сын ирландской мафии в Нью-Йорке.

Потерянный Мальчик Адской Кухни.

Враг моего брата.

У него была определенная репутация. Моя роль заключалась в том, чтобы знать всё о крупных игроках в нашей сфере, и Брэндон пользовался дурной славой. Безрассудный и неукротимый, он дважды побывал в тюрьме к тридцати одному году, тесно дружил с русскими и был отличным бойцом. Он яростно оберегал свою семью, особенно младшую сестру, Куинн О'Коннор, которая несколько часов назад отправилась домой.

За столом воцарилось молчание.

— Мы можем тебе чем-нибудь помочь, милая? – спросил глубокий ирландский голос одного из людей Брэна.

— Вы - нет. Он может, если готов принять вызов, – сказала я, не отрывая взгляда от изумрудных глаз Брэна.

На его полных губах заиграла ухмылка.

— Какого хуя? Ты оставишь меня ни с чем после того, как сама набросилась на меня? – голос Энрико донесся до нас точно по сигналу.

Отбросив осторожность, я развернулась и опустилась на колени Брэна. Его длинные мускулистые руки тут же сомкнулись вокруг моего живота, удерживая меня на месте. Его кожа была такой горячей, что согревала меня сквозь атлас вечернего платья.

— Ладно, приятель. Давай немного успокоимся. – Один из ирландцев встал, недовольный грубым обращением итальянца.

Спровоцировать драку между итальянцами и ирландцами никогда не составляло труда. И те, и другие были вспыльчивы и слишком драматичны. Несомненно, я относила и себя к этому стереотипу. Я была кровожадной королевой драмы.

— Джада, верно? – пророкотал мне в ухо голос Брэна.

Его руки крепко обнимали меня, и я снова повернула лицо, чтобы посмотреть на него. Старые добрые боги постарались на славу, создавая его.

Я кивнула.

— Принимаю твое молчание за согласие, – пробормотала я и приподняла бровь. — У тебя с этим проблемы?

Его губы изогнулись, и он покачал головой.

— Никаких проблем, малышка.

Христос, от этого мужчины приятно пахло. Лесом и приключениями. Как апельсиновые дольки у костра, в глубине лесов Кампаньи. Древесной дым, сосна и цитрусовые.

— Джада, перестань быть гребаной сукой. Я купил тебе коктейль... – Энрико замолчал, когда воздух наполнился громким ирландским смехом.

— И всё? Приятно знать, что итальянцы обходятся минимумом.

— Только один? Ей нужно гораздо больше, чтобы уйти с тобой, брат.

— Это бесплатный бар, Казанова. Что за обольститель у нас тут, парни.

Банда Брэна, безжалостно издевающаяся над Энрико. Я могла бы слушать это всю ночь.

Я откинула волосы и ухмыльнулась разъяренному Сеприано.

— Они правы, и, кроме того, я не набрасывалась на тебя… не в этой жизни. Видишь ли, у меня уже есть кое-кто, кто отвезет меня домой сегодня вечером, – сладко пробормотала я, обнимая Брэна за затылок и играя с выбившимися светлыми прядями.

Его рука легла на мое бедро и сжала его. Хммм, большому мальчику это понравилось.

— Чушь собачья. Ты продинамила меня, сука, – начал Энрико и остановился, когда все ирландцы, кроме Брэна, отодвинули стулья и встали. В одно мгновение энергия сменилась с беззаботной на напряженную до предела.

— Здесь только одна сука, и это ты, ублюдок, – сказал один из ирландцев, вплотную подойдя к Энрико.

— Разве ты не слышал о нас? – я прервала растущее напряжение.

Все взгляды обратились ко мне, а я провела носом по щеке Брэна и укусила его за ухо.

— Я и Брэн… мой единственный и неповторимый. – Я погрузила язык в раковину уха Брэна.

Он дернулся подо мной, его бедра прижались к моей заднице. Парень был твердым, и стало ясно, что он идеально пропорционален. Большая, размашистая дубинка для горячего, могучего воина. Я сдвинулась, поддразнивая его. Мне всегда нравилось играть с огнем, а сидеть между злобным, высокомерным мужчиной и горячим, как черт, ирландским наследником со смертоносной свитой было именно тем, чего не хватало вечернему развлечению.

Энрико выругался, его лицо покраснело от гнева, когда он разразился потоком итальянских слов.

Я хмыкнула.

— Энрико, пожалуйста. И ты целуешь маму этими губами? Che vergogna.5

— Что он сказал? – спросил Брэн, его голос был полон смертоносных намерений.

Мне очень понравился этот тон.

— Такие речи не подходят для приличной компании, – сказала я и попыталась встать.

Руки Брэна удерживали меня несколько секунд, а затем отпустили. В этом собственническом прикосновении было что-то такое, что ясно давало понять, - я встала только потому, что он позволил мне. Это взволновало меня.

— А теперь беги обратно к старшему брату, как хороший мальчик. О, и не води Солярию за нос. Она слишком милая для такого животного, как ты, – твердо сказала я Энрико, поравнявшись с ним.

Он усмехнулся.

— Милая? Скорее отчаявшаяся, – усмехнулся он.

Меня охватила ярость. Моя рука взметнулась прежде, чем я успела обдумать все, и она бы тяжело приземлилась, если бы не огромная лапа, вцепившаяся в мое запястье, которая остановила ее в полете.

Брэн возвышался надо мной, без усилий удерживая мою руку в своей огромной ладони.

— Никаких драк на свадьбе, помнишь? Даже я знаю этот маленький кусочек мафиозного этикета.

— Он сам напрашивается, – возразила я, пытаясь высвободить руку.

— Не навлекай на себя неприятности из-за него, он того не стоит, – продолжил Брэн.

— Он оскорбил мою подругу, и это того стоит. Если у таких, как мы, нет преданности, то у нас ничего нет. – Я повторила выражение, которое слышала множество раз. Голос отца прошептал в моей голове, прямо из прошлого. Я не произносила эту фразу несколько десятилетий. Это были слова лицемера, но, как оказалось, я все еще верила в них.

Брэн уставился на меня, его глаза видели слишком многое в этот момент.